Пуля для адвоката
Шрифт:
Эллиот устало покачал головой.
— Я не нанимаю киллеров.
Официант принес поднос с заказом. Отделив от костей рыбное филе, он положил его на тарелки и разместил на столе вместе с двумя маленькими кувшинчиками, наполненными соусом бер-блан. Поставив перед Эллиотом полный бокал мартини и два фужера, он откупорил бутылку и спросил, не желает ли тот попробовать вино. Эллиот покачал головой и жестом отпустил официанта.
— Ладно, — сказал я, когда мы остались одни. — Вернемся к взятке.
Эллиот залпом опрокинул полбокала мартини.
— Вы сами все поймете, если как следует подумаете.
— Наверное, я тупица. Помогите мне.
— Суд нельзя было откладывать. Почему?
Мой взгляд все еще был устремлен на Эллиота, но я его уже не видел. Мозг лихорадочно соображал. Я быстро перебирал все возможности: судья, прокурор, копы, свидетели, присяжные… Потом я сообразил, что подкуп и невозможность перенесения сроков судебного процесса пересекаются только в одном пункте. Там, где фактор времени имел значение. Судья, прокурор и свидетели оставались на своих местах независимо от графика работы. Зато пул присяжных менялся каждую неделю.
— Среди присяжных есть «подсадная утка»! — выпалил я. — Он работает на вас.
Эллиот промолчал, не желая мне подсказывать. Я стал размышлять дальше. Перед мысленным взором завертелись лица присяжных. Два ряда по шесть человек. Номер семь.
— Седьмой номер. Вы хотели включить его в коллегию. Вы о нем знали. Он ваш человек. Кто он?
Эллиот кивнул и едва заметно улыбнулся. Прежде чем ответить, он спокойно подцепил на вилку кусок рыбы, будто мы обсуждали не убийство, а шансы «Лейкерс» на выход в плей-офф.
— Я не знаю, кто он такой, да и знать не хочу. Но это наш парень. Нам сказали, что мы можем положиться на номер семь. Вообще он не просто «подсадная утка», а настоящий локомотив. Когда дело дойдет до совещания, он сумеет убедить присяжных и перетянуть на нашу сторону. После того как вы и Винсент поработали над делом, нужен только маленький толчок. Я уверен, что они вынесут оправдательный вердикт. Но как минимум наш агент будет стоять на своем, и присяжные не смогут прийти к единому мнению. Тогда мы начнем все сначала и сделаем то же самое. Они никогда не смогут меня засудить, Микки. Никогда.
Я отодвинул тарелку в сторону. У меня вдруг пропал аппетит.
— Уолтер, хватит загадок. Расскажите мне, как все произошло. С самого начала.
Эллиот усмехнулся и налил себе вина, не снимая с него пробу. Официант подскочил на помощь, но мой клиент отмахнулся.
— Долгая история, Микки. Не хотите смочить ее вином?
Он наклонил бутылку над моим бокалом. Это было соблазнительно, но я покачал головой.
— Нет, Уолтер, я не пью.
— Не уверен, что могу доверить свою тайну человеку, который не берет
— Я же ваш адвокат. Вы должны доверять мне.
— Прежнему адвокату я тоже доверял, и вот что с ним случилось.
— Не надо мне угрожать, Уолтер. Просто расскажите, что произошло.
Эллиот опрокинул бокал и со стуком поставил на столик. Оглянулся по сторонам, словно спохватившись, но я почувствовал, что он сделал это нарочно. Хотел проверить, нет ли за нами слежки. Я тоже окинул взглядом зал. В ресторане не было ни Босха, ни людей, похожих на копов.
Эллиот начал свой рассказ:
— Когда приезжаете в Голливуд, никого не волнует, кто вы и откуда, если у вас в кармане кое-что есть.
— Деньги?
— Верно. Я приехал сюда двадцать пять лет назад, и у меня были деньги. Сначала я вложил их в пару фильмов, потом в одну захудалую компанию. Но я превратил ее в конфетку. Еще лет через пять люди уже не будут говорить о Большой четверке, потому что она станет Большой пятеркой. И «Арчуэй пикчерс» займет в ней свое место рядом с «Парамаунт» и «Уорнер бразерс».
Я не ожидал, что мы перенесемся в прошлое на четверть века.
— Ладно, Уолтер, я уже понял, что вы преуспели в бизнесе. К чему вы это говорите?
— К тому, что это были не мои деньги. Когда я сюда приехал, деньги были не мои.
— Но я слышал, что ваша семья владела не то фосфатными рудниками, не то судоходной компанией во Флориде.
Он утвердительно кивнул.
— Да, смотря что понимать под семьей.
До меня начало доходить.
— Вы говорите о мафии?
— Я говорю об организации с огромным количеством наличности, которую надо «отмывать» через легальный бизнес и для которой нужны соответствующие легальные представители. Я являлся одним из таких людей. Их бухгалтером.
Все сходилось. Флорида двадцать пять лет назад. В то время она купалась в деньгах и кокаине.
— Меня отправили на Запад, — продолжил Эллиот. — У меня была легенда и чемодан с деньгами. К тому же я любил фильмы. Знал, как находить стоящие вещи и пускать в оборот. Я купил «Арчуэй пикчерс» и превратил ее в компанию стоимостью миллиард долларов. А потом моя жена… — Его лицо помрачнело.
— Что, Уолтер?
Он покачал головой.
— На следующее утро после нашей двенадцатой годовщины — со дня заключения брачного контракта — она заявила мне, что уходит. Хочет подать на развод.
Я кивнул. Все ясно. По брачному контракту Мици Эллиот полагалась половина стоимости «Арчуэй пикчерс». Но Эллиот не являлся ее владельцем. На самом деле его компания принадлежала «организации», которая вовсе не собиралась отдавать огромную часть своих вложений какой-то взбалмошной дамочке.