Пучина
Шрифт:
– Вот случай поправить наши дела: там дают еду и пять песо 1 [1 Песо колумбийская денежная единица.] в день. Я так и сказала Франко.
– А кто такой этот Баррера?
– спросил дон Рафо.
– Нарсисо Баррера, вербовщик, он привез товары и моррокоты 2, [2 Моррокота - золотая монета, разная по стоимости двадцати долларам.] чтобы раздавать их и угощать.
– И вы верите в эту аферу?
– Молчали бы уж, дон Рафо! И не вздумайте отговаривать Фиделя. Ему предлагают верные деньги, а он не решается бросить усадьбу. Он больше любит коров, чем жену! А кроме того, мы
Алисия бросила на меня косой взгляд и улыбнулась.
– Этот переезд может принести убытки, нинья Грисельда.
– Дон Рафо, кто не рискует, тот всегда в проигрыше. Скажите сами, разве не стоит завербоваться, когда все у нас об этом только и говорят? В Ато Гранде, усадьбе Субьеты, почти никого не осталось. Старик Субьета еле упросил вакеро помочь ему загнать стада. Люди не хотят ничего делать. А по ночам пляшут хоропо!..3 [3 Хоропо - местный танец.] Нет, вы подумайте: среди них Кларита... Я запретила Фиделю оставаться там, а он не слушается. С понедельника уехал. Завтра ждем его.
– Вы говорите, Баррера привез много товаров? И дешево продает?
– Да, дон Рафо. Вам не стоит даже развязывать тюки. Все уже накупили всякой всячины. А почему вы не привезли мне модных журналов? Они мне так нужны. Я хочу одеваться по последней моде.
– Вот, привез один.
– Ну, спасибо!
Старая Себастьяна, седая, со сморщенным, точно винная ягода, лицом, дрожащими руками протянула нам несколько чашек горького кофе, которого не могли заставить себя выпить ни Алисия, ни я; дон Рафо пил его с блюдечка. Грисельда поспешила принести темную патоку в кувшине и предложила нам подсластить кофе.
– Спасибо, сеньора.
– А эта красавица - ваша жена? Вы - зять дона Рафо?
– Не зять, а ближе зятя.
– А вы тоже из Толимы?
– Я из департамента Толима; Алисия - из Боготы.
– Она словно на танцы вырядилась! Какая модница! Что за ботинки! А платье какое хорошенькое! Вы его сами скроили?
– Нет, сеньора. Но я кое-что понимаю в шитье. Я три года училась этому в школе.
– Вы научите меня? Правда, научите? Я для этого и купила машину. Посмотрите, какие у меня шикарные отрезы. Мне их подарил Баррера, когда приезжал к нам. Тьяне он тоже подарил материю. Где она у тебя, Тьяна?
– Убрала к себе. Сейчас принесу.
И старуха вышла.
Грисельда, в восторге оттого, что Алисия согласилась обучить ее шитью, сняла с пояса ключи и, открыв сундук, показала нам яркие ткани.
– Да это же обыкновенный сатин!
– Что вы, дон Рафо, - это чистый шелк. Баррера щедрый. А вот, смотрите, виды фабрик на Вичаде, куда он нас собирается взять. Скажите по совести, разве это не великолепные здания, разве это не шикарные фотографии? Баррера их повсюду раздавал. Смотрите, сколько я их наклеила в сундуке.
Это были цветные открытки с изображением двухэтажных зданий, расположенных на высоком берегу реки; на верандах домов стояли люди; в небольшой гавани дымили паровые катера.
– Там живет больше тысячи человек народу, и все зарабатывают по фунту в день. Я буду вести хозяйство в бараках. Подумайте, какие
– Жалко, я стара стала, а то бы и я поехала с сынком, - сказала старуха, снова появляясь на пороге.
– Вот материя, - прибавила она, развертывая красную бумажную ткань.
– Ты в ней будешь похожа на горящую головешку.
– Подумаешь, - ответила старуха, - хуже, когда человек ни на что не похож.
– Поди, - приказала ей Грисельда, - достань дону Рафо спелых бананов для лошадей. Но сначала скажи Мигелю, чтобы перестал валяться в гамаке, потому что лихорадка у него все равно от этого не пройдет. Пусть вычерпает воду из лодки и осмотрит крючки, не объели ли карибе 1 [1 Карибе - мелкая хищная рыбешка.] наживу. Может, попался багре 2. [2 Багре - большая рыба без чешуи, около метра в длину.] И дай нам чего-нибудь закусить, гости приехали издалека. Пойдемте сюда, нинья Алисия, переоденьтесь с дороги. В этой комнате мы будем жить вдвоем.
И, остановившись передо мной, она прибавила с плутовским вызовом:
– Я увожу ее. Вы уже спите врозь?
Мне было очень жаль дона Рафаэля, потерпевшего неудачу в торговле. Грисельда была права: все уже запаслись товарами.
Но все же два дня спустя из усадьбы Ато Гранде приехали несколько бледных, тощих людей на взмокших конях, провалившиеся бока которых были прикрыты байетонами. Люди кричали с другого берега, чтобы мы подали лодку, и, решив, что их не слышат, дали залп из винчестеров. Никто не отозвался. Тогда, не спешиваясь, они пустили коней вплавь и переплыли реку, держа на голове свернутые байетоны.
Всадники подъехали к воротам ранчо. На них были холщовые штаны, рубашки навыпуск и широкополые коричневые шляпы. Большими пальцами босых ног они упирались в стремена.
– Добрый день...
– устало произнесли они. Лай собак заглушал их голоса.
– Вы чуть нас не убили, такую подняли стрельбу!
– вскричала Грисельда.
– Нам лодку...
– Еще лодку вам! Здесь не перевоз!..
– Мы приехали посмотреть товар...
– Проходите, только оставьте своих кляч здесь. Приезжие спешились и теми же веревками, которые служили уздечками, привязали лошадей к саману 3 [3 Саман - тропическое хвойное дерево.] у ворот и вошли во двор с плащами через плечо. С небрежным видом они присели вокруг кожи; на которой дон Рафо разложил товары.
– Посмотрите диагональ экстра; вот патентованные ножи; обратите внимание на кожаный пояс с кобурой для револьвера - все высшего качества.
– Хина есть?
– Самая лучшая, и порошки от жара.
– Почем нитки?
– Десять сентаво 4 [4 Сентаво - мелкая монета, сотая часть песо.] за моток.
– По пять сентаво отдадите?
– Берите за девять.
Они все потрогали, пощупали, прикинули, не произнося почти ни слова. Чтобы узнать, не линяет ли материя, они смачивали пальцы слюной и мяли ткань. Дон Рафаэль с метром в руках все им показывал, без умолку расхваливая каждую вещь. Но им ничего не нравилось.