Прячась от света
Шрифт:
Эмма вздохнула и набрала номер Алекса.
Трубку сняла Паула, ее голос звучал весьма резко.
– Да, Алекс получил твое сообщение. Не волнуйся, он поговорит с тобой, возможно на той неделе.
– На той неделе? – переспросила Эмма. – А сейчас он дома? Можно его на минуточку?
– Нет, нельзя, – ответила Паула еще более резко. – Он устал и возится с детьми. Прости, Эмма.
Эмма положила трубку и прикусила губу. Господи, но должен же быть хоть кто-то, с кем бы она могла поговорить! Эмма позвонила Майку. Его тоже не было. Но с ним можно связаться по мобильному, ведь он
Эмма вскипятила чайник, задернула занавески и с удивлением подумала – куда же подевались Мин и Макс? Ведь им пора ужинать. И они всегда любили составить ей компанию...
В доме было тихо. Слишком тихо. Эмма отчетливо осознавала, что за окнами чего-то ждет темный молчаливый сад. Она подошла к радиоприемнику и включила его, почувствовав облегчение при звуках голосов, заполнивших пустую комнату.
Пройдясь по всему дому, она везде включила свет и проверила – не спрятались ли кошки за занавесками. Но их нигде не было видно.
Эмма не нашла их и через полчаса, когда взглянула на часы и вернулась в кухню.
– Макс! Минни! Ужинать! – Она постучала вилкой по посуде. – Кис-кис-кис!
Но кошки словно сквозь землю провалились.
– Макс! Мин! – Голос Эммы стал резким от волнения. Она снова открыла заднюю дверь. На улице было холодно. В лицо ей летели брызги дождя. Эмма огляделась, напряженно всматриваясь в темноту.
– Макс! Мин! – Но ветер усиливался, унося прочь ее зов; ветер нес с собой соль и грязь – напоминая, что скоро зима. Из полей за изгородью до Эммы донесся резкий визг лисицы. Дрожа всем телом, она отступила в комнату и закрыла дверь на задвижку. Может быть, кошки поймали кролика и до сих пор где-нибудь под навесом в сарае наслаждаются ужином из собственной добычи?
Музыка по радио смолкла, начали читать новости, Эмма слушали их вполуха.
«Эмма!»
Эмма помотала головой и попыталась думать только о кошках. Если кошки не желают ужинать, ей можно расслабиться и выпить. Эмма потянулась за бутылкой виски.
«Эмма!»
Она вздрогнула и огляделась по сторонам. По радио читали анонс вечерних программ. Наклонившись над столом, Эмма прибавила звук и добавила в виски немного воды.
«Эмма!»
– Да перестань же! – Она нервно глотнула виски. – Хватит! Заткнись!
Кухня, обычно такая теплая и уютная, внезапно показалась ей неестественно холодной. Эмма сделала еще глоток. В горле пересохло, и внезапно она почувствовала сильную слабость.
– Макс? Мин? Где же вы?
В воздухе почти осязаемо чувствовалось какое-то напряжение.
Почти машинально Эмма потянулась к телефону. Но кому она может позвонить? Не Алексу, не Майку и не Пайерсу...
Линдси!
Уж Линдси-то знает, что ей делать. Поставив на стол стакан, Эмма достала телефонную книгу и трясущимися руками начала перелистывать страницы. У нее ушло немало времени, прежде чем ей удалось найти указанный напротив адреса Лин номер телефона.
Гудки, бесконечные гудки. В помещении
Эмма огорчилась. С Флорой тогда тоже не удастся поговорить. Не от кого ей ждать помощи, и неоткуда.
«Эмма! Ведь мы друзья. Я помогу тебе, а ты поможешь мне, Эмма».
– Нет. – Эмма мотнула головой.
«Эмма, нам надо сделать это. Нам следует наказать его».
Голос больше не звучал только в ее голове. Он был здесь, с ней, в этой комнате, он словно окутал Эмму.
– Убирайся! – Эмма заткнула уши.
«Мы знаем, как найти его, Эмма».
– Я не знаю, о чем ты говоришь! – Эмма машинально посмотрела на градусник на плите. Плита горела почти в полную силу, тогда почему же здесь так холодно? Эмма быстро подошла к столу и включила радио на полную громкость.
«Ты должна выслушать меня, Эмма. – Голос вновь зазвучал в голове. – Нам надо убить его! Разве ты не понимаешь? Мы должны заставить его страдать так, как страдала Лиза! Мы должны затащить Хопкинса в ад, Эмма! И теперь мы можем добраться до него с помощью Майка! Мы должны убить Майка, а когда он умрет, Хопкинс окажется в нашей власти, и мы сможем отправить его в ад!» – Голос говорил, говорил, говорил...
80
Суббота, 31 октября
Хэллоуин
На следующее утро Джемми совершенно поправился и сразу же дал об этом знать.
– Я проголодался, пап! – С этим возгласом мальчуган ворвался в комнату родителей в семь часов утра.
Алекс застонал, Паула не издала ни звука. Алекс нехотя поднялся с постели, сходил в душ, надел любимый «костюм», в котором обычно работал в саду – старые поношенные брюки, выцветшую заплатанную рубашку, вязаный свитер с орнаментом – и направился на кухню. Выпив первую чашку кофе, он почувствовал, что почти проснулся. Он покормил детей завтраком и погрузился в чтение утренней газеты.
– Слава богу, похоже с Джэмми все в порядке. – Вошла Паула, все еще в ночной рубашке, и налила себе кофе. – Какие новости?
– Ох уж эти газеты... – буркнул Алекс.
– Что ты сегодня будешь делать, мам? – Софи слезла со своего стула и залезла на колени к матери.
– Ничего, надеюсь, – зевнула Паула.
– Мы сможем поехать к Салли? – Лицо Софи горело энтузиазмом. – Джэмми уже лучше, а ее родители сказали, что мы можем навестить их еще раз. И разрешили покататься на их пони!
Алекс взглянул на Паулу, та пожала плечами.