Шрифт:
Татьяна Жарикова
Провинциалка
Повесть
I
Наташа позвонила и стала с волнением ждать, прижимая к груди прохладное и чуть влажное от вечернего тумана одеяло с Дениской. Прижимала осторожно, с опаской, как бы стук ее сердца не разбудил сына. Два раза щелкнул замок, дверь открылась. На пороге стояла Валя. Была она в длинном халате, в том, что особенно понравился Наташе весной, когда Валя приезжала в деревню. Из квартиры сквозняком выдуло теплый воздух, обдало сладким запахом жареного мяса.
– Наташка! Ты!.. Входи!
Наташка, придерживая одной рукой сверток с сыном, потянулась к сумке, которая стояла у ее ног, но Валя опередила, подхватила сумку и втянула в коридор. Дверь за ними с громким стуком захлопнуло сквозняком. Наташа вздрогнула, замерла, прислушиваясь, не проснулся ли Дениска. Но он лежал тихо, не шевелился. Слышно было, как в кухне что-то шкворчало, потрескивало.
– А это? Это...
– Валя с недоумением смотрела на одеяло.
– Дениска... сын мой...
– ответила Наташа.
– А-а!
– все с таким же недоумением протянула Валя. То, что в одеяло завернут ребенок, она сразу догадалась, но откуда он взялся у Наташки? Полгода назад, в мае, ни о свадьбе предполагаемой, ни о женихе речи не было, а ведь сын и тогда уже в проекте был. Неужто Наташка без отца решилась родить? Интересно!
Валя указала на тапочки.
– Переобувайся!.. Давай его...
– Она взяла Дениску неуклюже и неумело. И пока Наташа переобувалась, снимала шуршавшую куртку, с опаской держала ребенка.
Вернула Наташе мальчика Валя с явным облегчением, подняла с пола сумку и понесла в кухню. Наташа двинулась следом.
Кухня была большая, широкая. Кроме высокого холодильника с двумя дверцами, плиты, стола, над которыми висели шкафчики с зелеными цветочками, у противоположной стены стоял диван. Над ним висел ковер. С одной стороны его стучали старинные часы с большим желтым неторопливым маятником, а с другой - на полочках-уголках горшки с цветами, опутавшими своими плетями полстены. Капроновые занавески на окне тихонько шевелились. Форточка была открыта.
– Ты откуда?
– спросила Валя.
– С поезда...
– Наташа повернулась к подруге спиной, положила Дениску на диван, стала суетливо развязывать голубую ленту, разворачивать одеяло.
Дениска лежал с закрытыми глазами, не обращал внимания на то, что его теребят. Он высунул чуточку мокрый кончик языка, отчего казалось, что у него три губы. Соска валялась на одеяле возле щеки. Наташа взяла ее и поводила Дениске по языку. Он приоткрыл рот, втянул соску, начал дергать ее, но глаз не открыл.
– Мужа нет дома?
– обернулась Наташа к подруге. Валя переворачивала на другой бок на сковороде куски мяса.
– На работе он...
Наташа взглянула на часы на стене. Было без двадцати минут девять. Валя заметила
– Универсам до девяти работает... Евгеша часто там до закрытия бывает!
– Ах, да! Он же директором в магазине!
– вспомнила Наташа.
– А я в гости к тебе!
– сообщила она.
– Помнишь, в мае приглашала?
– В гости? Серьезно?!
– воскликнула Валя, еще не решив, радоваться ей или огорчаться приезду подруги.
– Ну, молодец!.. а как же ты с ним?.. посмотрела она на диван.
– Он у меня спокойный...
– Ну молодец!
– снова воскликнула Валя, но уже без особого энтузиазма.
– Это ты здорово придумала!.. Только вот...
– начала она медленно, но перебила себя, засуетилась, заговорила быстро: - Об этом мы потом поговорим... Ты есть-то хочешь? Ой, чего я спрашиваю! Знаю, проголодалась! Дорога длинная... Сейчас накрою! Евгеша один поест...
– Может, дождемся? Девять скоро...
– За столом дождемся... Он сервелат принесет, сегодня завезли!
– А что это?
– Что? Сервелат? Ты что, не знаешь?
– Валя взглянула на подругу и захохотала.
– Правда, не знаешь? И не ела ни разу?
Наташа покачала головой.
– Ну, деревня!.. Это колбаса финская!
– А сама-то давно узнала?
– засмеялась Наташа.
Валя подумала - не груба ли она с подругой, и сказала с улыбкой:
– Ты не обижайся...
Она открыла шкаф над столом, вытащила тарелки и стала накладывать в них из кастрюли картофельное пюре и румяные кусочки мяса со сковородки. Из холодильника достала бутылку фанты, налила себе и подруге.
Напиток был холодный, колючий, приятный. Так бы и пила его Наташа.
Валя взглянула на Дениску.
– Когда ж ты успела? Весной-то и разговору о свадьбе не было?
– Не было свадьбы...
– Да-а?
– протянула Валя.
– Как же ты решилась?.. Иль любовь несчастная?
– Скучно одной-то...
– пробормотала Наташа.
– Годы идут...
– Куда торопиться-то? Нам по двадцать пять только... Я пока не замышляю! Нет! Погожу!
– Немало...
– снова пробормотала Наташа.
Она старательно ковырялась в тарелке, делала вид, что вся поглощена едой.
– А сколько Дениске?
– спросила Валя.
– Месяц и три дня...
– Ты рисковая... с таким крохой по поездам... Отец-то его кто?
– Таежник!
– Кто? Таежник! А кто это?
– Славик Жданкин.
– Славик?!
– воскликнула Валя, умолкла.
– Ты вроде встречалась с ним... в школе...
– посмотрела на нее Наташа.
– Вроде встречалась...
– усмехнулась Валя и потянулась рукой к своей груди, чтобы успокоить сердце, но не дотянулась, опустила руку.
– Значит, его "таежником" прозвали?