Провидица
Шрифт:
— Мне достаточно того, что вы сказали, — кивнула девушка. — Вы знаете, о чем говорите. Кому, как не вам знать разницу между благородной лаиссой и служанкой.
Лаисса Альвран развернулась и направилась обратно в деревню. Мужчина некоторое время смотрел ей вслед, но вскоре догнал и преградил дорогу.
— Катиль, я требую, чтобы вы немедленно объяснились. Что, ради всех Святых, сейчас было?! — в негодовании воскликнул ласс Корвель. — Вы ждете от меня ответа, желая убедиться, что на моей совести нет насилия над женщинами в захваченных замках, и я, как последний дурак, честно отвечаю вам. Чем вас
Лаисса Альвран сложила руки на груди и с вызовом взглянула в лицо бывшего сайера, угадывавшееся в предрассветных сумерках.
— Меня ваш ответ вполне устроил, — ледяным тоном ответила она.
— Тогда, за каким Нечистым, ваш гнев? — Корвель так же скрестил руки на груди и ответил упрямым взглядом.
Катиль фыркнула, попыталась обойти мужчину, но быстро поняла, что он не намерен ее так быстро и легко отпустить. Лаисса вспыхнула, открыла рот, чтобы дать наглецу отповедь, но тут же вновь закрыла и нахмурилась. Ей самой была непонятна эта вспышка. Разве не должна она быть удовлетворена тем, что Гален Корвель подтвердил ее чаяния? Она желала удостовериться в том, что он отличается от многих и удостоверилась. И что же теперь? Да, он предпочитает покладистых служанок чопорным и гордым лаиссам, потому что они дают ему…
— Получайте свое наслаждение с кем хотите, ласс Корвель! — с неожиданной злостью воскликнула Катиль. — Меня это не касается.
После этого все-таки обошла опешившего от ее вспышки мужчину и поспешила отыскать двор, где приютили их с бывшим сайером. Как назло, двор никак не желал находиться, зато за спиной вновь послышались шаги Корвеля. Он положил ладонь на плечо благородной лаиссе, вынуждая этим прекратить метания по деревенской улице.
— Поправьте меня, если я не прав, Кати, — насмешливый тон мужчины привел девушку в еще большее раздражение. — Я поначалу подумал, что вас задели мои слова о разнице между служанкой и благородной дамой. Я решил, что в вас взбунтовалась честь дворянки. Но вас разгневало то, что я получал с кем-то наслаждение?
— Это совершенно неприличный разговор, ласс Корвель, — отчеканила Катиль, скидывая с плеча ладонь Галена. — И я требую, чтобы вы прекратили его. Немедленно!
— Кати…
— Лаисса Альвран и никак иначе, — заносчиво оборвала его девушка и поспешила в дом, стремясь спрятать смятение и пылающие щеки.
Смешок, понесшийся ей в спину, не улучшил настроения благородной лаиссы и не умерил ее гнева. И когда отряд покидал деревню, Катиль намеренно не замечала поглядывающего на нее ласса. Обвинить своего собеседника в невоспитанности оказалось проще, чем задумываться над истоками своего гнева, а невеж лаисса Альвран не любила. И вся ее нелюбовь пала сейчас на голову бывшего сайера. Сам же виновник недовольства маленькой лаиссы находился в приподнятом настроении, о причинах которого тоже не желал задумываться. Ему было хорошо, и мужчину это вполне устраивало.
Глава 20
Гетт ничем не смог поразить маленький отряд, успевший разделиться на две части, еще за час езды до города. На воротах стояла полусонная стража, не обратившая внимания на благородную лаиссу, въехавшую в сопровождении служанки и пяти воинов. Катиль пренебрежительно кинула монету — плату за въезд, и страже
Катиль так же не заостряла внимания на страже. Ее намеренная брезгливость стала своеобразным щитом, за которым скрывалась ее тревога за ласса Корвеля, с которым они успели вновь повздорить, когда Гален навязал ей шестерых ратников, вместо ранее оговоренных двух. Лаисса Альвран нервничала из-за того, что у бывшего сайера для защиты осталось так же шесть воинов, а ироничная усмешка, которой ласс ответил на замечание девушки, и вовсе рассердила.
— Кати, вы не можете даже представить, насколько мне дорого и приятно ваше волнение обо мне, но оно излишне. Поверьте, я сам стою пятерых, — увещевал негодующую лаиссу Гален Корвель.
— Напыщенные индюки теряют свои головы и попадают на трапезный стол, — ответила Катиль.
— Это ваше предсказание? — изломил бровь Корвель, продолжая поглядывать на нее насмешливым взором.
— Это мое предостережение, ласс Корвель. И если вы хоть чуть разумней индюка, то не станете слепо совать голову под нож мясника, — ответила лаисса, но вместо ожидаемого ответа услышала:
— Клянусь, дорогая моя лаисса, я буду обходить стороной все мясные лавки.
Смерив упрямого мужчину недовольным взглядом, Катиль пришпорила лошадь, и, больше не желая вести пустой спор, первой устремилась к Гетту.
— До чего же хороша в гневе! — воскликнул бывший сайер и обернулся к ратникам, спрятавшим улыбки. Корвель натянул на лицо маску привычной надменности и рявкнул. — Вперед!
Всю оставшуюся дорогу Гален Корвель не выпускал из поля зрения маленькую лаиссу, следя, чтобы она добралась до города без приключений, но не приближался, чтобы даже подозрений ни у кого не возникло, что они могут быть знакомы. Катиль за всю дорогу не обернулась ни разу, чем немного расстроила мужчину, но он быстро избавился от ненужных сейчас мыслей. Ему было о чем подумать, например, как вывозить сундук с золотом из Гетта.
— Гейр, — подозвал он к себе одного из оставшихся ратников. — Как только въедем в город, найдешь повозку, достойную благородной лаиссы.
— Лаисса Альвран будет недовольна… — попробовал возразить ратник и удостоился ледяного взгляда господина.
— Найдешь повозку, в ней поедет сундук, — закончил Корвель. — Если надо будет туда посадить в повозку еще и лаиссу Альвран, я собственноручно ее туда засуну.
— Лаиссе Катиль подобное придется не по нраву, — подал голос еще один воин.
Корвель остановил лошадь и обернулся.
— Не понял, — произнес он, окидывая пристальным взглядом притихших ратников, изобразивших на лицах отсутствующее выражение. — Что-то языкасты вы стали не в меру.
Воины виновато потупились, и Гален усмехнулся.
— Гейр, сделаем иначе. — Корвель снова повернулся к ожидавшему его распоряжений ратнику. — Догони лаиссу Альвран, сопроводи ее до постоялого двора и забери Ведису. Она будет нашей лаиссой, пока не покинем город. Катиль умеет за собой ухаживать сама, а служанка посидит на сундуке. Вместе с ней и с повозкой подъедите к толстяку Рёйледу, все понял?