Провидица
Шрифт:
Серьезно?
Человек, которого я планирую медленно убивать, прогуливался по лужайке. Я забыла о рунах, когда мое сердце сначала остановилось, а потом застучало быстро-быстро. На Торине была кожаная куртка, а под ней — белая майка. Он редко носил белый цвет, но белый выглядел на нем великолепно, особенно на фоне кожаной куртки и черных волос. Всегда ли он так действовал на меня: волнение от его присутствия, ожидание и трепет моего сердца, даже когда я хотела накричать на него?
— Это действительно необходимо? — я махнула рукой
— Абсолютно, — он обнял меня за талию, опустил голову и поцеловал в нос. — Давай. Время для школы.
Торин был в таком приподнятом настроении, что я не сомневалась — у него имелось для меня еще немало неприятных сюрпризов. Он обошел мою машину спереди и, открывая пассажирскую дверь, глянул на меня этим своим «ну- чего-ты-тормозишь» взглядом.
— Что ты натворил? — спросила я.
— О чем ты говоришь?
— Ты очень доволен собой. Так что ты сделал, кроме как расписал рунами мой дом и мою машину?
Его невинная улыбка не обманула меня. Я положила свой рюкзак и гобой на заднее сиденье и скользнула за руль. На деревьях вокруг наших домов и у домов всех соседей были руны. Еще больше рун обнаружилось на деревьях и зданиях вдоль дороги, вокруг школьной стоянки, и на самом здании школы.
— Когда у вас было время сделать все это? — спросила я, тронутая, несмотря на свое смущение и недовольство.
— Прошлой ночью.
— Ты же понимаешь, что не можешь запеленать меня в кокон во имя сохранения в целости и сохранности.
— Мы решили, что сейчас это самое подходящее.
— Мы? — спросила я, паркуясь на школьной стоянке.
— Мы: Эндрис, Феми и Блейн. А, и Хоук. С ним контачит Феми. Когда ты задействуешь свои руны, то соседние руны реагируют и начинается эффект домино. Мы будем чувствовать пульсацию, где бы мы ни находились, и сможем таким образом определить твое местоположение, — он пригладил мои волосы, убрав прядь за ухо. — В лучшем случае ты можешь начинать тренироваться сегодня. Ты будешь работать на скорости, задействовать свои руны в движении, уклоняться и маневрировать. Я знаю идеальное место для практики. После обеда ты можешь заниматься с Феми, учиться управлять своей энергией.
Это было прекрасно. Я наклонилась и поцеловала Торина.
— Ты великолепен.
— Знаю.
— Ты мог бы попросить меня помочь с рунами, — попеняла ему я.
Торин ухмыльнулся:
— Ты бы нас только замедлила.
— Эй! — возмутилась я, но он покинул машину, прежде чем я смогла что-то сделать.
Он все еще смеялся, когда я присоединилась к нему.
— Вот почему тебе нужно тренироваться. Твои рефлексы замедлены. Ты думаешь и действуешь, как Смертная. Этот удар должен был попасть мне по ребрам. Если бы ты применила руны своей силы, то несколько сломала бы.
Я никогда бы не навредила ему так. Резко выдохнув, я сказала:
— Я убеждена, что быть Вельвой означает, что меня балуют и почитают, и мне никогда не придется и пальчиком пошевелить.
— Так
— О, да. Я считала, что все Валькирии по большей части занимаются пожинанием душ, — поддразнила я. Кора помахала нам у входа в школу. — Кора говорит, что души беззащитны и напуганы, как новорожденные.
Торин хмыкнул.
— Она имеет дело с заблудшими душами. Мы выдергиваем их с полей боя, или когда те погибают под лавиной, во время ураганов, землетрясений… — он замолк и нахмурился. — Зачем я рассказываю тебе это, когда ты и так все уже знаешь? Валькирии в Вальгалле и в Фолькванге тренируются вместе с воинами. Когда настанет Рагнарек, воевать отправятся все. Каждый. Даже ты.
— Чего? — голос почти перешел на визг.
— Еу, Сент-Джеймс, — окликнул его у нас за спиной Хит Кинкейд, наш полузащитник. Как обычно, он был в компании трех свои приятелей — Слоана Менкена и Пита и Дрю Кавано, последний был мерзким типом, с которым еще встречалась Малиина, когда притворялась Корой.
— Мы собираемся закатить вечеринку в честь дня рождения моего кореша, — Хит мотнул головой в сторону Слоана, — в пятницу в «Л.А. Коннэкшн». Он получил полную футбольную стипендию, спасибо нашей блестящей игре на штатах. Все наши парни будут, мы надеемся, ты тоже придешь, — Хит ударил кулаком по ладони и кивнул Торину, — вместе с Рейн.
— Во сколько она начнется? — спросил Торин.
— В восемь. Приглашена вся команда, — Хит дал пять Слоану.
Я слушала их через слово, и когда был упомянут «Л.А. Коннэкшн», вся остальная беседа прошла мимо меня. После вечеринки на мое семнадцатилетие, во время которой погиб один член команды по плаванию, я избегала этот клуб.
— Рейн? — позвала меня Кора. Она начинала терять терпение.
Я коснулась руки Торина и, указывая на Кору, беззвучно сказала:
— Увидимся в классе.
Он взял меня за руку и увел от остальных.
— Мне надо проверить одну зацепку, поэтому я не приду, но я отвезу тебя в магазин к трем.
— Ты не обязан. Со мной все будет в порядке.
— А со мной нет. Дождись меня после школы.
— Торин, я сама могу о себе…
Он поцеловал меня. Когда мы отстранились, причина ссоры была совершенно забыта. К щекам прилил жар, когда я поняла, что у нас были зрители. Взбудораженная, я поспешила внутрь здания.
— Блин, вы двое знаете, как заставить всех остолбенеть, — сказала Кора. — Так что там с рунами?
— Защитные. Ты же знаешь Торина.
— Еще бы, этот парень помешался на тебе.
А еще у него есть идиотская привычка целовать меня во время спора, чтобы заставить замолчать. Так подло. Я проследовала за Корой внутрь.
Она бросила на меня взгляд и вздохнула.
— Иногда мне хочется, чтобы Эхо тоже здесь учился.
Я не могла представить себе Эхо в качестве ученика, пусть и ненастоящего.