Противостояние
Шрифт:
– Спасибо... – пробормотала она, и уже в следующее мгновение прыгнула к нему на руки, обхватив его бедра ногами. Клэр не совсем понимала, что она делает. Она зарылась пальцами в мокрые волосы Майкла и стала целовать его так, словно он был единственным источником, а она – жаждущей. Майкл застонал и крепко прижал ее к себе, отвечая на поцелуй.
Клэр, наконец, отстранилась от него, и заплакала, уткнув голову в его плечо. Грэнс опустил ее на пол и прижал к своей груди.
– Тихо... тихо...
Майкл погладил ее по голове, его голос был полон тепла и сочувствия.
–
– Я просто почувствовал, что тебе плохо. Я... я не знаю, как это объяснить.
Она посмотрела ему прямо в глаза, и Майкл увидел в ее взгляде любовь. Как давно он не видел что-либо подобное! Ему вдруг вспомнился тот день, когда он впервые увидел Клэр, и он внезапно понял: когда она смотрит на него вот так, он не в силах противиться...
Майкл увлек девушку к дивану. Она не проронила ни слова, только все еще всхлипывала. Он сел перед ней на колени и обнял ее ноги.
– Не плачь... Я ведь здесь.
– Хорошо, Майкл. Только побудь сегодня рядом.
Он не поверил своим ушам. Клэр! Недотрога Клэр, которая швыряет парней направо и налево просит его, прожженного Казанову, остаться с ней до утра! Не может быть!
Усевшись на диван, она подобрала под себя ноги и пристально взглянула на Майкла своими глубокими карими глазами. Тот невольно залюбовался ею – в полумраке она казалась еще более очаровательной.
За окном бушевала стихия, а в комнате было тепло и уютно – именно в такой обстановке Майклу хотелось вырваться из мира одиночества, в котором он так долго пребывал. Он сел рядом с Клэр на диван и привлек ее к себе. Клэр положила свою голову ему на плечо, и ее дыхание постепенно успокоилось.
Она вспомнила день, когда Майкл впервые поцеловал ее. Она тогда понятия не имела, что он попросту симулирует свое недомогание. Ах, если бы только знать! Но ведь она не ясновидящая, и предугадывать не умеет, поэтому она спросила:
– Майкл? А зачем ты меня поцеловал, тогда, в гримерке?
Парень хмыкнул и пошутил:
– Воспользовался подходящим моментом!
Клэр возмущенно охнула, высвободилась из его объятий и вскочила с дивана:
– Ты невозможен, Грэнс!
Она прелестно надула губки и посмотрела на бессовестного красавца, сидевшего перед ней на диване. Ей так хотелось броситься на него и зацеловать до смерти, но остатки девичьей совести сдерживали ее. Она уже и так набросилась на него, как полоумная дикарка.
Майкл встал с дивана и взял ее лицо в свои руки. Клэр смотрела на него немного доверчиво и ласково. Грэнс наклонился и поцеловал ее, и девушка ответила робко и нежно. Майкл обвил рукой ее талию, прижал к себе, поддерживая ее голову другой ладонью.
Он отстранился, снова привлек ее на диван и прошептал:
– Ты слишком... слишком...
– Слишком – что?
– Слишком хороша. Потрясающа. Я в жизни не встречал похожей девушки. Я люблю тебя, Клэр.
Девушка закрыла глаза, и в ее груди растеклось горячее чувство любви к Майклу.
– Я тоже тебя люблю.
====== Глава 34, в которой Ирвинг на новогоднем балу откровенничает о своих недостатках. ======
Стоя
Сегодня был предновогодний бал, который устраивали в университете. Ирвинг пригласил ее, на что Джанис сразу согласилась. Через два часа он должен заехать за ней, а потому Паркер уже начала готовиться к вечеру. Она надела черное строгое платье с белым корсетом, тоненькую нитку жемчуга и новые туфли из черной лакированной кожи. Волосы она собрала сзади, скрепив их на затылке белой заколкой-бантиком. Наложив макияж, она устало присела на пуфик возле зеркала и вздохнула. На нее почему-то внезапно нахлынула апатия и усталость. Джанис встряхнула головой и пощипала себя за щеки, чтобы на них выступил румянец.
Раздался автомобильный гудок. Паркер вскочила, надела пальто и выбежала к серебристому «Седану», за рулем которого сидел Ирвинг.
– Привет! – Ирвинг чмокнул девушку в щечку и завел мотор. – Здорово выглядишь!
– Спасибо! – ответила Джанис и пристегнула ремень безопасности.
Весь университет сверкал праздничными огнями. Особенно ярко светился спортивный зал, который был от пола до потолка украшен разноцветными гирляндами огоньков. Туда и сюда сновали разряженные студенты, подходя к фуршетным столикам и столикам с шампанским.
Едва они зашли в зал, как Ирвинг тут же направился к такому столику и одним махом осушил бокал. Джанис подошла сзади и положила свою руку ему на локоть:
– Я думаю, тебе не стоит этого делать.
– Почему?
– После выпивки ты не контролируешь себя. Вспомни вечеринку в честь дебютного альбома Кортни Якобсон.
С кислой миной Ларсон поставил бокал на место и неохотно отошел от стола.
Начались танцы. Студенты стали оттягиваться по полной: прыгать и визжать, считая свое поведение нормой для любой вечеринки, в частности для этой. Джанис смотрела на это безобразие со стороны, не желая принимать участие во всеобщей оргии.
Ирвинг был там, среди толпы, и отплясывал не хуже остальных. Однако в его движениях была какая-то особая пластика, выделявшая его из кучи дикарей. Джанис тотчас же захотелось встать и присоединиться к нему, чтобы показать остальным, что такое настоящий танец. Но она сдержала себя.
На маленький импровизированный помост вскочил растрепанный ведущий и заорал в микрофон:
– А теперь гвоздь нашей вечеринки! Встречайте – группа «Muse»!
Финальные слова ведущего потонули в криках взбудораженных студентов, когда они увидели легендарных музыкантов. Рев был такой силы, что Джанис невольно закрыла уши руками.