Противоречия любви
Шрифт:
— Зачем его пьют? Можно и воду выпить.
Гер видел, как Дара провела пальчиками по стеклу бокала и плавно погладила его ножку. Затем ее пальчики медленно, как бы лаская выпуклость стекла, обхватили бокал, и она поднесла его к губам. Один глоток, и опять розовый язычок прошелся по нижней губе, слизывая капельку вина.
Гер нервно взял свой бокал и выпил, понимая, что здесь безумно жарко.
Это безумие прервал официант, подошедший уточнить о десерте. Гер еще раз отпил из бокала и перевел взгляд на тележку, которую официант прикатил к их столу. На ней стояли всевозможные десерты.
Видя, что девушка теряется в выборе, Гер показал на пять разных пирожных.
— Зачем
— Ты ведь не знаешь, что выбрать. Попробуешь понемножку от каждого, — Гер вымученно улыбнулся, представляя свою пытку просмотром поедания сладких пирожных этими пухлыми губками.
— Еду нельзя оставлять… ее нужно доесть.
Гер растерялся от смысла сказанного, но потом осознал. Он по-английски велел официанту оставить лишь одно, самое красивое, а остальные забрать. И опять он понял, что совсем не знает эту девушку. Такое отношение к еде. Подобного сейчас и не встретишь, а вот Дара не могла взять кусочек торта и не доесть его. Гер знал почему. Для тех, кто голодал веками, еда священна. Это в современном мире к ней относятся как к само собой разумеющемуся. Но Дара воспитана по-другому. Он смотрел на нее и понимал, что не узнает ее. Она другая, или он просто не видел, какая она настоящая.
Дара медленно ела кусочек торта. Он был очень вкусным, такого она раньше и не пробовала. Облизывая ложку, она подняла взгляд и увидела глаза Гера. Тигр поедал ее взглядом. Ей стало жарко от его глаз и от того, что было в их глубине. Она как завороженная поднесла к губам бокал вина и сделала глоток, ощущая его прохладу.
Гер чувствовал, что его самообладание уже на пределе. Сначала наблюдать то, как она ела десерт. Как ложечка погружалась в ее рот, и как она облизывала ее, а потом этот глоток вина, и опять розовый язычок прошелся по пухлой губке.
— Отвези меня, пожалуйста, обратно в клинику.
— Ты плохо себя чувствуешь? — Гер очнулся от ее голоса.
— Нет. Мне хорошо. Просто все неожиданно…
Он видел ее растерянность и понимал, о чем она говорит. И для него это было слишком неожиданно — увидеть ее. Он ведь только сейчас ее увидел.
— Пойдем.
Расплатившись, Гер показал в сторону выхода.
Дара шла к машине и думала о том, что она впервые за все это время видит Гера. Он другой… Она даже не знала, как его воспринимать. Наверное, она так привыкла оборонятся от него, бежать, а потом бросаться в пучину страсти, не замечая ничего. А сейчас все по-другому. Он смотрит на нее так, как будто наглядеться не может. И она теряется от его взгляда.
Проезжая по улочкам городка, Гер остановил машину и, ничего не говоря, вышел. Когда он вернулся, в его руке был букет цветов.
— Это тебе.
Дара неуверенно взяла цветы и провела по ним рукой.
— Жалко их. Теперь они погибнут.
И Гер понял, что опять прокололся. Сегодня он, как юнец на первом свидании, все делал невпопад. И цветы завершили общую картину его промахов. Он вспомнил, как Дара сажала цветок в клумбу, сколько в ее действии было заботы и любви. А он принес ей сорванные цветы.
— Ничего, — видя странное лицо Гера, произнесла Дара, — я их в вазу поставлю, и они еще поживут.
Чертыхнувшись про себя Гер завел машину и понял, что провалил свое первое свидание. Хотя чему удивляться? У него никогда и не было свиданий. Были лишь договорные встречи с девушками, которые за деньги были с ним и ложились под него.
Отвезя Дару в клинику и просто проводив ее до входа, Гер вернулся к машине. Он знал что на сегодня это самое лучшее — просто проводить Дару до дверей.
Гер вздохнул и, идя к машине, подумал о том, что судьба дает ему второй шанс. Только реально ли исправить то, что он сделал?
Зайдя в свою комнату, Дара налила в вазу воды и, срезав у цветов кончики стеблей, поставила их в воду. Ей было жалко эти цветы. Если бы их не сорвали, они бы прожили очень долго. А так всего лишь несколько дней. Она не понимала, зачем срывать цветы. Ведь намного приятнее любоваться ими, когда они растут. Вообще Дара много не понимала в этой жизни. Все было так сложно, а ей не у кого спросить совета. Она опять вспомнила о Гере. Сегодня он был другой. Ей даже казалось, что немного потерянный. Рядом с ним она ощущала себя очень странно. Ей было в его обществе и хорошо, и тревожно. Она не понимала себя. Решив, что все это от резкой перемены в ее жизни, Дара успокоилась. Ведь так и есть. Она столько времени жила здесь, в закрытой клинике, тихой, спокойной, размеренной жизнью. И вот столько событий в один день: приезд Полонского, поездка на машине, этот магазин, потом ресторан и цветы. Дара не хотела больше об этом думать. Хорошо, что вечером у нее были плановые процедуры, и она отвлеклась на них.
Возвращаясь в город, Гер остановился у магазина, где они были с Дарой. Он поясни встретившей его владелице бутика свою просьбу: подобрать на его сегодняшнюю спутницу одежду в нужном стиле и размере, отправить по указанному адресу. Гер написал адрес клиники и фамилию пациентки. Женщин кивнула, показывая, что все поняла. Затем спросила:
— Девушке и белье подобрать? Она отказалась от него.
Гер проследил за взглядом женщины. Бюстгальтер и трусики из бежевого кружева с алыми ленточками. Гер представил это на Даре и ощутил, что его эрекция будет очевидна до неприличия. Он медленно выдохнул.
— Да, и это, и еще подберите на свой вкус. — видя что, женщина кивнула, он уже хотел уходить, но потом вспомнил: — Только брюки ей не присылайте. Она носит только юбки, длинные.
Гер был город собой. Хоть это он помнил из стольких сложностей в жизни цыганки. Ее заморочки с брюками, когда у него в доме ее заставили надевать спортивные костюмчики, и как Ковало говорил, что это претит ее воспитанию. Тогда ему было все равно, а сейчас нет. И длина юбок. Он знал, что короткую юбку Дара никогда не наденет. Гер подумал о том, что впервые с ним женщина, которая не носит брюк и коротких юбок. Ему было это приятно. Выставление своих прелестей напоказ ему уже приелось.
Оставив аванс за вещи и написав интернет-адрес, по которому можно будет отправить счет, он вышел из магазине. Хоть здесь он не прокололся. Но в целом сегодня для него был день сплошных двоек. Никак иначе он не мог охарактеризовать свои действия при Даре.
Больше всего хотелось поехать в шале и побыть одному. Но на сегодня он уже договорился о встрече с деловыми партнерами, отдыхающими неподалеку от этого городка, и пришлось ехать к ним.
Гер пересел в машину с водителем и поехал на встречу. Только вот по окончании встречи, когда деловая часть была завершена, и, как принято, все плавно перешли к отдыху, Гер сказал, что уезжает. Он равнодушно взглянул на девушек, подсевших к нему. Эти "Леры", пусть и на десять лет младше его Леры, в остальном были ее копиями. Они ему неинтересны. Он слишком пересытился ими, или в его жизни появилось то, что затмило их.