Прощальный танец
Шрифт:
***
Последующие дни походили на предыдущие, пожалуй, с единственным исключением. Теперь, когда королевские войска ушли с Бэрлока, Юфемии разрешалось покидать покои. Совсем ненадолго, но она была чрезвычайно рада этому. Короткие прогулки с Аратой по утреннему парку стали для неё небольшой отдушиной и спасением от бесчисленных описаний пыток и убийств, которым, казалось, просто не было конца. Уставшая от насилия, Юфемия посмотрела названия других книг, и уныние поселилось в её сердце. Несколько томов оказались посвящены военным законам, а все остальные и вовсе битвам и сражениям. Бэрлок был безнадёжен, впрочем, как и эфемерные наивные мечты, которые,
Несмотря на завоевание Каэра, Ариат появлялся в её спальне каждую ночь. Юфемия несколько раз пыталась его разговорить, желая узнать, как же ему удавалось покинуть в столь важное время короля, но каждый раз слышала лишь невнятные отговорки, после которых супруг ускользал так же быстро, как и появлялся. И это откровенно действовало на нервы.
— Скажи, линкские принцессы владеют каким-то секретом? — после очередного провала спросила Юфемия. От воспоминаний о прошедшей ночи, её бросало то в жар, то в холод. Она опять была сама не своя, поддавшись его загадочным чарам, а затем, уже кутаясь в простыни, совершила, пожалуй, самую дерзкую свою попытку. Не просто задала вопрос, но и схватила его за руку, тем самым не давая уйти. Однако Ариат вместо ответа предпочёл заткнуть ей рот поцелуем, после чего, превратившись в летучую мышь, самым бессовестным образом испарился! Вот и как она должна это была понимать?
— О чём ты? — недоуменно переспросила Арата, поправляя тяжёлую шляпу. За окном, несмотря на начавшийся зимний сезон, было солнечно, а они как раз собирались спускаться на прогулку.
— Как им удаётся завоёвывать сердца мужчин? — Юфемии удалось произнести это почти не тушуясь. — Младшая, говорят, не только разбила сердце моему дяде, но и подставила барона Витора, а потом и вовсе похитила у меня жениха. Да и старшая не лучше. Украла сердце твоего брата, не оставив мне и шанса!
— Ты серьёзно? — Арата насмешливо фыркнула. — Говоришь так, будто тебе понравился мой брат!
— Он теперь мой муж, и… — Юфемия стыдливо замялась, прежде чем продолжить: — Мне бы хотелось знать, что он обо мне думает.
— Подожди-ка, — Арата хитро сощурила глаза. — Хочешь сказать, что ты намерилась покорить его сердце?
— Думаешь, это возможно?
Её наивный вопрос вызвал у вампирши смех. Юфемия смутилась и уже жалела, что вообще подняла эту тему.
— Наверное, нам лучше сегодня остаться и побольше почитать, — понизив голос, произнесла она, на что Арата хитро улыбнулась.
— Ну уж нет, сестрица. Раз задумала что-то, не сдавайся так легко! Пойдём, я отведу тебя в одно интересное место.
— Мы покинем дворец? Но разве это не опасно? — встревожилась Юфемия. В памяти, словно нарочно, всплыла пугающая сцена нападения в день приезда. Сердце предательски сжалось от воспоминаний о матушке. Прошло уже так много времени, а затянувшаяся тишина почти не оставляла надежд. И только очередная колкая насмешка Араты помогла ей избежать слёз.
— И это говорит безумица, что собралась покорять сердце вампира? Разумеется, мы возьмём с собой хорошую охрану!
Обо всех приготовлениях суетилась только Арата, а Юфемии только и оставалось, что глупо крутить головой, да предвосхищать поездку. Было решено непременно отправиться в экипаже, чтобы привлекать не так много внимания.
Марван — столица Бэрлока, был не самым красивым городом, а сейчас, в начале зимы, и вовсе выглядел подобно его жителям весьма недружелюбно и пугающе. Мрачные каменные дома, грязные и сырые от постоянных дождей, торчали
Экипаж свернул в небольшую неказистую улочку, серую и безликую, и с грохотом пронёсся вдоль обветшалых несуразных зданий, чтобы вскоре выскочить в оазис красок и цвета. От неожиданности Юфемия даже зажмурилась: уж слишком ярким показался ей новый квартал. Причудливые дома с изогнутыми крышами из насыщенно-лилового кирпича прочерчивали тонкие лазурные колонны с блестящими, словно панцирь жука, изумрудными вставками. Разномастными окна с позолоченными рамами от мелких круглых отверстий до вычурных многоугольников были хаотично разбросаны по зданиям, словно кто-то по неосторожности разбросал их во время строительства. Кроваво-алый камень дороги сменился на мелкую жёлтую плитку. Вдоль улицы повсюду стояли кадки с хвойными кустарниками редких сортов. Тут были и можжевельники с золотистой и будто ржавой хвоей, и голубые и пурпурные кипарисовики, и почти черные тисы с яркими, похожими на крохотные рубины ягодами. Между домов тянулись гирлянды фонариков, они же украшали роскошные расписные двери. Экипаж остановился напротив одной из них. Узор из роскошных пионов, пышных роз и орхидей, слишком помпезный и нарочито броский, не оставлял сомнений о том, что скрывалось внутри. Юфемия медленно подняла глаза к высившейся над дверями вывески: «Цветочный дом леди Флорет».
— Это же… бордель!
— Ну да, — согласно хмыкнула Арата. — А что ещё остаётся? От крови твоей отказались, да и видитесь вы только в спальне. Значит, с неё и нужно начинать!
Юфемия залилась краской и ощутила желание немедленно провалиться под землю.
— Но… если меня здесь увидят… — нервно заметила она. — Будет скандал!
— С чего бы вдруг? — отмахнулась Арата. — Это заведение славится не только своими блудницами, но и прекрасной музыкой и танцами. И вообще, почему бы принцессе не узнать, как живут её подданные?
— Но не в таком же месте! — попыталась возразить Юфемия, но Арата была непреклонна и затащила её внутрь.
Их встретил светлый зал с украшенной лепестками сценой, на которой под мягким светом больших фонарей порхали, словно прекрасные бабочки, хрупкие танцовщицы в воздушных полупрозрачных платьях под чувственную игривую мелодию. По краям сидели музыканты. Не считая нескольких смазливых юношей, на инструментах играли тоже девушки. Одетые в нежные шелка и невесомый шифон, они и в самом деле походили на прекрасные цветы. В глаза Юфемии бросилось явное отличие откровенных нарядов от своеобразных вкусов жителей Бэрлока. Никаких кричащих красок и диких сочетаний. Всё сдержанно, лаконично и со вкусом.
Арата повела Юфемию к свободному столику.
За ними бесшумно прошествовали несколько охранников. Безликие, будто тени, они, устроились по соседству.
Все столики находились в небольших нишах, подобно тем, что устраивались для высоких господ на арене для боев. Здесь находились мягкие диванчики, заваленные мелкими пестрыми подушками и небольшой резной столик в центре. Витые входные арки украшали гирлянды из цветов и лент, а над столом качалось несколько разномастных фонарей, бросающих по стенам желтые, синие и нежно-бирюзовые блики.