Прощальный танец
Шрифт:
— Просто это может быть не безопасно, — Рэл упорно прятал глаза. Если бы так же просто можно было задержать дыхание! Цветочный аромат дурманил и без того плывущее от вина сознание.
— Вы не кажетесь мне настолько опасным. Вдобавок достичь чего-то нового невозможно, если не рисковать… — Шанталь порывисто прижалась к нему, а затем совершенно бесстыдно поцеловала в губы!
Он не смог устоять. Пылко ответив, Рэл обхватил принцессу за талию и принялся рассыпать новые ещё более жаркие поцелуи по её тонкой шее. Шанталь едва ли уступала ему, принявшись стягивать с него сорочку, а затем, страстно лаская, и вовсе увлекла на парящую облачную
— Вы же не… — с беспокойством начал Рэл, на миг застыв над ней, но договорить она ему не дала, заткнув рот новым пьянящим поцелуем.
— Это неважно, — горячо прошептала принцесса и сама притянула его к себе. И он выбросил из головы все тревоги, отдавшись на волю чувствам.
Чуть позднее проснувшаяся совесть принялась понемногу грызть его.
— Законы царства нагов позволяют сэйлу иметь несколько жён, — перебирая её золотистые шелковистые волосы, тихо произнёс он, на что она только рассмеялась.
— Мне бы не хотелось портить наши отношения какими-то обязательствами, — сказала Шанталь, выбираясь из его объятий. Она небрежно натянула обратно сброшенную ночную рубашку и уже более деловито добавила: — Чтобы вернуться вновь сожмите камень в ладони и дождитесь, чтобы он стал обжигающе ледяным. Портал отправит вас в то же место, откуда забрал. И… — В её глазах мелькнули озорные искорки. — Пока камень у вас, вы всегда можете вернуться сюда…
Словно желая подтвердить свои слова, принцесса стянула со своего рабочего стола похожий камешек и через миг исчезла в золотом вихре. Рэл последовал её примеру и был приятно обрадован, поняв, что его отсутствие никто не заметил.
Конечно, он размышлял о своём безумном поступке с надлежащей серьёзностью, прекрасно понимая, чем подобное может обернуться, но вся эта загадочность, непринуждённость и, что уж скрывать, азарт и жгучая страсть влекли, подобно магниту, в таинственную бухту вновь и вновь. Та превратилась в его заветное прибежище, где можно, наконец, отдохнуть от бесчисленных забот. Рядом с Шанталь он впервые за долгое время ощутил себя самим собой. Ему было удивительно легко и невероятно интересно с ней общаться. Они устраивали вылазки в горы за кристаллами для исследований, купались на мелководье бухты, ночью жгли костры и жарили пойманную Рэлом рыбу. И, главное, он видел её искреннюю улыбку, слышал неподдельный смех. На их долю точно выпало истинное неслыханное счастье, вот только продлилось оно совсем недолго.
В тот погожий и ясный весенний день, он прибыл довольно рано. Солнце стояло в зените, океан лениво шелестел бирюзовыми волнами, а мягкий бриз слегка поигрывал с ивовыми листьями, выставляя на обозрение то белую, то сизую стороны, отчего казалось, что ракитник переливается, как драгоценные кристаллы. Царящая вокруг безмятежность быстро передалась Рэлу. Он бодро зашагал проторённым маршрутом, на лице расплывалась счастливая улыбка, а все мысли были поглощены только предстоящим свиданием. Стоит ли им сегодня прогуляться к рифам, или же лучше полюбоваться облаками в тени ив? Его сердца радостно застучали, когда он увидел на крыльце Шанталь. Рэл ускорил шаг и уже распахнул объятья, чтобы поймать в них свою любимую озорную принцессу, но она не побежала, как прежде, навстречу. Рэл нахмурился, ощутив беспокойство. На красивом лице Шанталь впервые за долгое время он не видел улыбки, вместо неё там красовалась кривая ироничная усмешка.
— Что случилось?
— Ничего особенного, — произнесла она, но её голос был наполнен печалью. —
— Нас выследили? — Рэл начал нервно озираться по сторонам, ожидая увидеть кого-то из стражи или даже самого Императора.
— Нет. — Шанталь покачала головой. — Нас отметила судьба.
Рэл с недоумением уставился на принцессу. Сейчас её любовь говорить загадками его откровенно пугала.
— Ты хочешь сказать…
— У нас будет ребёнок.
Глава III. Солнце в зените. Виргуэль
Виргуэль:
Первый день месяца белой совы, третий день после исчезновения короля Дамиана
Ему было ужасно холодно. Жуткий мороз пробирался даже сквозь плотную драконью шкуру. Виргуэль чувствовал, что вот-вот начнёт клацать от дрожи огромными зубами, тогда как Гвол и леди Даниэла сняли дорожные плащи.
«Может, этот магический источник на всех работает по-разному?» — размышлял он, внимательно осматриваясь по сторонам. Леди Даниэла привела их в горную долину, густо заросшую лиловым вереском и голубыми маками. Магия буквально витала вокруг. Виргуэль чувствовал её острое холодящее покалывание, вдыхал морозный, но в то же время сладковато-пряный аромат, и видел крохотные блестящие искры, подобно светящейся мошкаре, крутящиеся над всей долиной. Однако леди Даниэла не стала останавливаться, ведя их невидимой тропой к расположившемуся в низине удивительно ровному плато, покрытому необычными переливающимися на солнце валунами.
— Это здесь, — указывая на лишённый растительности каменистый круг, произнесла она и, присев у края, вытянула из воздуха магическую нить и принялась набрасывать петли нового полотна.
— Значит, ты знала это место уже давно? — немного пронаблюдав за её работой, заметил Виргуэль.
— Я увидела его во сне, — не отвлекаясь от работы, ответила леди Даниэла. — А потом отправилась в небольшое путешествие в горы.
— И… тут всегда так холодно?
— Холодно? — удивилась леди Даниэла.
— Я чувствую, как мороз щиплет мои пальцы, — неохотно признался Виргуэль.
— Что если вам сменить облик? Вашим предкам-драконам нравилось лежать на этих камнях — они заряжали их силой, — сообщила она, и он решил попробовать.
Его огромная чёрная туша заняла едва ли не всю долину. Примяв ароматные травы и цветы, он лежал спиной к солнцу и впервые не ощущал его тепла. Виргуэль принялся рыться в памяти своих предшественников, и не без труда выудил крохотное отцовское воспоминание. Получившие рану или же старые драконы действительно прилетали к подобным источникам. Магия впитывалась в их тела, насыщая и придавая им сил. Так почему же у него сворачивались от холода внутренности?
«Или всё дело в том, что О’дар слишком много сделал зла? И теперь его чёрному телу нужна тёмная магия?» — внезапная мысль озарила сознание Виргуэля. И это очень походило на правду. Большинство драконов к старости теряли цвет своих ярких шкур и становились пепельными, жемчужными и даже кипенно-белыми. Иногда, среди воевавших, случалось увидеть кого-то пятнистого и даже грифельно-серого, но только кожа О’дара была смолисто-чёрной.
«Торик был прав. Для меня это только детские фокусы!» — с раздражением подумал Виргуэль и покосился на леди Даниэлу. За то время, пока он размышлял и пытался не замёрзнуть, она успела соткать из магии новый гобелен. Изображение постоянно менялось, будто в калейдоскопе, так что ему ничего толком не удалось разглядеть.