Прорыв

Кент Кайли

– Расслабься. Я пыталась донести до них мысль, что они не могут контролировать мои поступки. Поверь мне, мне нужно как минимум три свидания.

– Три свидания? Мне понадобился целый газиллион.

– Официально мы не были даже на одном, - говорит она.

– Я это исправлю. Когда мы вернемся домой, я приглашу тебя куда-нибудь прогуляться. Может быть, я найму самолет, чтобы он написал в небе сообщение, и весь Ванкувер узнал, что мы официально вместе.

– Не делай этого. Тебе еще предстоит разобраться с моими братьями. Они не будут такими

понимающими, каким оказался мой отец. Что мне до сих пор кажется странным.

– О чем вы говорили?

Алия отступает назад, чтобы посмотреть на меня.

– В основном о моей матери. Я понятия не имела, что мои родители поженились по расчету.

– Некоторые браки по расчету в итоге оказываются самыми счастливыми, - говорю я ей.

Алия качает головой.

– Сколько себя помню, я винила себя в том, что между ними произошло. Мой отец потерял жену, и все из-за меня. Это была моя вина.

– Почему это была твоя вина?
– Черт, к этой теме я никак не могу подступиться. С тех пор как она отправила и тут же удалила то сообщение, я хочу спросить ее.

– Моя мать пыталась меня убить. И не раз, - говорит она, опустив взгляд.
– Она говорила, что это моя вина, что я недостойна любви.
– Алия дотрагивается до шрама на запястье.
– Это была ее последняя попытка. Об этом мои кошмары - она режет мою руку. Это была самая сильная боль, которую я когда-либо испытывала в своей жизни, и иногда в своих кошмарах я все еще чувствую ее. Как будто это происходит на самом деле.

Я моргаю, притягивая ее к себе и прижимая чуть крепче.

– Я думаю, что ты - самый заслуживающий любви человек из всех, кого я знаю, Алия Монро, - говорю я ей.

Люблю ли я ее? Я уверен, что люблю. Пугает ли это меня до смерти? Безусловно. Просто я еще не уверен, что готов ей об этом сказать.

– Именно так сказал мой отец.
– Она улыбается мне.

– Ну, он умный человек, - говорю я, а потом добавляю: - В конце концов, он приобрел лучшего игрока в НХЛ.

Алия смеется.

– Приобрел. Но если ты скажешь Грею, что я это сказала, я буду отрицать это.

– Твои секреты всегда будут в безопасности со мной, принцесса.

– Спасибо.

– Может, уже пойдем спать?
– У меня есть четыре часа, прежде чем мне снова придется вставать. Я веду ее к кровати.

– Я должна вернуться в свою комнату, - говорит она.

– Почему?

– Чтобы ты мог поспать.

– Если ты уйдешь, я не сомкну глаз. Залезай.
– Я откидываю одеяло, ожидая, пока она заберется под него.

Алия стягивает платье через голову, тянется за спину и снимает лифчик. Мои глаза жадно впитывают открывающийся мне вид. Как только она оказывается в постели, я запрыгиваю рядом с ней и накрываю нас одеялами. Мы оба молчим, пока я притягиваю ее к себе, укладывая ее голову на свое плечо, а моя рука проводит по ее спине вверх и вниз.

– Лиам.

– Да.

– Никогда больше не рискуй своей

карьерой ради меня. Я не хочу жить с таким чувством вины, - говорит она.

– Хорошо, - соглашаюсь я. Но я не говорю ей, что, если бы выбор стоял между ней и хоккеем, я бы выбрал ее. То, что она никогда не попросит меня выбирать, заставляет меня любить ее еще больше.

Я люблю хоккей. Живу и дышу им. Но Алия…? Когда я с ней, у меня такое чувство, будто я только что забил буллит в матче Кубка Стэнли. Это кайф, который я раньше испытывал только на льду, то, за чем я гнался всю свою жизнь. Теперь я держу его в руках, и не собираюсь отпускать.

– Тебе не кажется, что мы немного сумасшедшие? Это безумно быстро. Я даже не знаю, какой у тебя любимый цвет, - говорит она.

– Коричневый, цвет твоих глаз. Это мой любимый цвет, - говорю я ей и чувствую, как ее тело расслабляется, а дыхание выравнивается. В этот момент я закрываю глаза и позволяю сну овладеть собой.

Я:

Ты собираешься смотреть игру?

Алия:

Да, у моих друзей есть ложа. Я буду сидеть с ними.

Я:

Друзья? Какие друзья?

Алия:

Просто друзья семьи. Никого важного.

Тренер что-то кричит в мою сторону, и я бросаю телефон в шкафчик, а затем иду за парнями через туннель. Мы играем нашу первую выездную игру против «Нью-Йорк Бобкэтс». Они хорошая команда, но мы лучше.

Я выхожу на лёд для разминки, и мои глаза сразу же начинают искать ложу. Я нахожу Алию, которая стоит близко к стеклу и смотрит на каток. Затем я замечаю четверых парней, окружающих ее.

– Грей, - окликаю я. Он подъезжает, и, кроша лёд, останавливается передо мной.
– Кто это там с твоей сестрой?
– спрашиваю я.

Грей смотрит в направлении моего взгляда, и находит Алию как раз в тот момент, когда один из придурков обнимает ее за плечи. Перед моими глазами вспыхивает красный, и безумная ревность захлестывает меня. Я не знаю, что делать. Мне хочется пойти и оторвать руку этого ублюдка от его гребаного тела.

– Братья Валентино, друзья семьи, - говорит Грей, а потом снова смотрит на меня.
– А что?

– Просто интересно.

– Это не те люди, с которыми стоит связываться, Кинг. Поверь мне, - говорит он и разворачивается, чтобы забить одну из шайб в сетку.

Может, я и не могу подойти и оторвать руку этому парню прямо сейчас, но я могу выместить на льду свое разочарование, злость, да все, что я, блядь, чувствую. Моя клюшка поднимается вверх, и я замахиваюсь, нанося удар по шайбе так сильно, как только могу. Шайба не попадает в ворота. Вместо этого я отправляю ее в полет прямо в плексиглас. Она отскакивает и возвращается ко мне. Я поднимаю руку в перчатке и ловлю ее, а затем бросаю шайбу обратно на лёд и снова бью по ней изо всех сил.

– Ты в порядке, Кинг?
– спрашивает Джеймсон.