Пророк

Перетти Фрэнк

– Мы ищем в окружении губернатора. Один мой друг пытается выяснить, не появилось ли в недавнее время у губернатора каких-нибудь врагов из числа ближайших сотрудников, посвященных в обстоятельства дела.

Хендерсон сжал губы, напряженно размышляя.

– Вы говорите о человеке из непосредственного окружения губернатора?

– Возможно. Ребята в магазине говорят, что у Папы был посетитель в то утро. Я тогда заезжал к нему и видел у него плейер Чака.

– Я загляну туда, возьму у

них описание того парня. Нам нужно найти его во что бы то ни стало.

– Он мог просто выполнять чье-то поручение, мы же незнаем.

– Само собой, не знаем.
– Хендерсон открыл блокнот на странице, где оставалось еще место для записей.
– Джон, позвольте вас спросить, почему эта пленка оказалась у вашего отца? Я имею в виду, он ведь просто торговал водопроводным оборудованием! Зачем давать такого рода пленку торговцу водопроводным оборудованием?

– Ну... помните, я говорил про его религиозные убеждения?

Хендерсон энергично кивнул.

– Ах да, противник абортов, который настраивает против себя сторонников свободы выбора. То есть он действительно имел влияние в сфере политики.

– И я знаю, он страшно действовал губернатору на нервы. Он написал Слэйтеру письмо о его дочери и явно знал все про аборт еще до того, как получил пленку.

Хендерсон поднял глаза от блокнота.

– Откуда он знал? Джон пожал плечами.

– Он был пророком.

Лицо Хендерсона слегка перекосилось.

– Вы хотите, чтобы я записал это? Джон улыбнулся.

– В настоящее время это основная гипотеза. Да. Хендерсон записал.

– Это дело полно сюрпризов, скажу я вам...
– Потом он обвел взглядом всех присутствующих.
– Хорошо, теперь я хочу обратиться ко всем вам с практически невыполнимой просьбой. Постарайтесь держать себя в руках. Не болтайте языком. Дело слишком серьезное, слишком опасное, и если что-то где-то сорвется прежде, чем мы полностью подготовимся к наступлению, мы можем потерять все, понимаете? Это в первую очередь относится к вам, господа репортеры!

– И к вам тоже, Хендерсон!
– парировала Лесли.
– Позвольте напомнить вам, что в вашем полицейском участке постоянно сшиваются репортеры, готовые на убийство ради подобной сенсации. Но и вы, и я знаем, что мы имеем дело с людьми, которые специализируются на лжи и фальшивых имиджах, и если они заподозрят, что мы вышли на их след...

Хендерсон рассмеялся.

– Заподозрят? Да они все знают! Ведь полиция только что арестовала их наемного убийцу, как вы не понимаете! Лесли сбросила обороты.

– Да, резонное замечание. Итак... значит, всем надо действовать быстро и тихо.

– И сохранять спокойствие! Пока мы еще ничего не знаем наверняка. Постоянно повторяйте себе это - и не делайте поспешных выводов.

Давайте сначала составим полную и ясную картину.

– Вполне разумное предложение, - сказал Джон.

– Договорились, - сказала Лесли.

– Я бы советовал поторопиться, - сказал Макс.

– Ладно, я пошел, - Хендерсон поднялся на ноги.
– Буду поддерживать с вами связь. Лесли, позвоните мне, и мы просмотрим видеозапись. И еще, Джон, если Шэннон захочет добавить что-нибудь к сказанному, дайте мне знать.

Джон встал, чтобы пожать Хендерсону руку.

– Я связался с другом, работающим там на телевидении. Он собирается взять интервью у Шэннон перед камерой и выслать мне весь отснятый материал.

– Отлично.

– И еще, Лесли...
– Джон знаком подозвал ее.

– Да?

– У тебя с собой копия "Инструкций на послеоперационный период"?

Лесли полезла в сумочку.

– Да, точно.
– Она протянула фотокопию Хендерсону.
– Вот... Оригинал мне передала Шэннон, а она получила его прямо в Женском медицинском центре. Наверху страницы вы увидите название и адрес клиники.

Хендерсон с интересом заглянул в бумажку.

Джон продолжал:

– Лесли, обязательно передай одну копию инструкций миссис Вестфол из Центра охраны человеческой жизни. Расскажи ей про Шэннон. Возможно, Мэри выступит с показаниями теперь, когда появился еще один свидетель.

– Возможно, у Мэри есть своя такая памятка, - задумчиво предположила Лесли. Карл хлопнул в ладоши.

– Послушайте, но это будет уже кое-что! Тогда мы сумеем доказать, что оба аборта производились в одной клинике!

– Я позвоню ей завтра, - сказала Лесли.

– И, полагаю, необходимо ввести в курс событий Аарона Харта, адвоката, высказался Джон.

Все они оживленно разговаривали, когда Хендерсон закрыл за собой дверь квартиры Джона и начал медленно спускаться по лестнице - погруженный в раздумья, глубоко озадаченный и все еще не пришедший в себя от потрясения. Сегодня на него свалилась куча информации - почти больше, чем он мог переварить за раз.

Он подошел к своей полицейской машине без опознавательных знаков и с минуту просто стоял, прислонившись к ней.

– Qui bono?
– снова спросил он себя, глядя на вечерний город. Похоже, все стрелки указывают в одном направлении. Да-а-а... С таким темным делом ему еще не приходилось сталкиваться.

Хендерсон сел в автомобиль, продолжая мысленно перебирать многочисленные факты, раскладывать их по полочкам, выстраивать в цепочки и приходить к довольно поразительным заключениям.

– Кому это выгодно?
– снова спросил он, а потом бессильно уронил голову на руль, поскольку ответ казался очевидным.