Прорицательница

Резник Майкл Даймонд

— Плохой человек, — сказала Пенелопа. — Все другие хотят поймать меня, а он хочет меня убить.

— Его постигнет неудача, Прорицательница.

— Тогда почему же я его так боюсь? — спросила Пенелопа, и глаза ее наполнились слезами.

— Потому что вы ребенок и еще не осознаете, что это значит на самом деле — быть Прорицательницей, — ответил Черепаха Квази. — Мы будем защищать вас на Летнем Злате, пока вы не вырастете высокой и сильной и не сможете взглянуть в лицо своей судьбе, какова бы та ни была.

— Ну

а пока она еще ребенок, позвольте спросить, какое вооружение у этого корабля? — спросила Мышка.

— Никакого, — ответил иножитель. — Это не военный корабль.

— Как далеко мы находимся от Летнего Злата?

Черепаха Квази нажал на клавишу и всмотрелся в цифры, появившиеся на экране компьютера.

— Приблизительно в двух днях по галактическому стандарту.

— А что, если мы не станем садиться в человеческой колонии за едой?

— Прорицательница — всего лишь ребенок, — заметил иножитель. — Ей нужно питаться.

— У вас нет анабиозной камеры? — спросила Мышка. — Вы бы могли заморозить нас, пока мы не прибудем.

— Это всего лишь маленький частный корабль. Здесь нет криогенной автоматики.

Мышка повернулась к Пенелопе.

— Они далеко от нас?

— Не знаю, — ответила девочка.

— Забудьте про еду, — сказала Мышка. — Она не стоит такого риска. Мы всего несколько часов как взлетели с Каллиопы. Если их корабль даже на самую капельку быстроходнее нашего, то нас догонят, остановись мы даже на час.

— Нам нет нужды строить догадки, — сказал Черепаха Квази спокойно. Он повернулся к Пенелопе. — Безопасно ли нам останавливаться, Прорицательница?

— Нет, — сказала Пенелопа.

— Вы сможете прожить два дня без пищи? — продолжал иножитель.

— Да.

— Пьет ли ваша раса воду? — спросила Мышка.

— Да. Я прикажу автоматике модифицировать ее так, чтобы она пришлась по вкусу людям.

Черепаха Квази дал навигационному компьютеру команды для расчета курса на Летнее Злато, затем отправился на камбуз проследить за фильтрацией воды.

— Он никак не хочет остановиться, — жалобно сказала Пенелопа. — Почему он не оставит меня в покое, Мышка?

— Ты уверена, что он пустился в погоню, чтобы убить тебя? — спросила Мышка. — Может быть, он считает, что Черепаха Квази украл тебя, и они с Вечным Малышом хотят нас освободить?

— Не знаю, — сказала Пенелопа. — Ведь он сам не знает.

— Подумай хорошенько, Пенелопа. Или он хочет тебя убить, или спасти. Он бы не стал гнаться за нами, если бы не решил это для себя.

— Он еще не решил, убьет ли он меня, — сказала Пенелопа. — Но он считает, что мне надо умереть. — Она повернулась и посмотрела Мышке в глаза. — Почему? — всхлипнула девочка. — Что я ему такого сделала?

— Ничего, — ответила Мышка и нахмурилась, в который раз злясь на себя за то, что когда-то этот человек; был ей дорог. — Знаешь, возможно, пришло

время, чтобы нам подумать о каких-то мерах против него.

— Я не желаю никому зла. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Иногда не получается, чтобы выходило только то, что хочешь, — сказала Мышка. — Или по крайней мере выходит, но не сразу.

— Это несправедливо, — сказала Пенелопа, убаюкивая на руках Марианну.

— Конечно, нет, — мрачно отозвалась Мышка. — И все же, может быть, нам уже начало везти. Ты нашла еще одного друга, а на Летнем Злате мы, наверное, будем наконец в безопасности.

— Я так устала, Мышка, — сказала Пенелопа.

Мышка обняла ее за плечи.

— Я знаю.

— Ты всегда будешь со мной?

— Всегда.

Пенелопа положила голову на грудь Мышке и через минуту заснула беспокойным сном.

— Прорицательница доверяет вам, — сказал Черепаха Квази, возвращаясь в рубку с двумя стаканами воды.

— Да, доверяет.

— Тогда, наверное, вы и не так глупы.

— Большое спасибо. — В этот отчет Мышка вложила весь накопившийся за время разговора сарказм.

— Я надеюсь, вы повлияете на нее, чтобы она согласилась остаться на нашей планете, — сказал Черепаха Квази.

— Сначала мне надо посмотреть, что ваша планета собой представляет.

— Девочке нужно время, чтобы спокойно вырасти, не подвергаясь давлению извне, — продолжал иножитель.

Мышка перевела взгляд на спящую малышку и погладила ее по светлым волосам.

— Да, нелегко ей пришлось, уж это точно.

— Летнее Злато даст ей покой и убежище.

— Никто никогда ничего не предлагает просто так, — сказала Мышка.

— Я сказал, в чем заключаются наши интересы.

— Помню, — ответила Мышка, — сказали. А теперь мне надо решить, верю я вам или нет.

— Она бы знала наверняка, если бы я солгал вам, — сказал Черепаха Квази. — Вы можете учесть это, когда будете принимать решение.

— Приму к сведению.

Они провели следующий час в молчании, потому что говорить друг другу больше было нечего. Потом проснулась Пенелопа, и Черепаха Квази предложил ей стакан воды, а потом девочка с Мышкой сыграли в слова, а потом и во все устные игры, которые помнили, чтобы отвлечься от мыслей об Айсберге.

Они снова поспали, снова проснулись, снова попили воды, а когда до Летнего Злата оставалось несколько часов лету, Черепаха Квази связался по подпространственному радио, сообщил координаты корабля, рассказал, кто находится на борту, и указал приблизительное время прибытия.

Последовала недолгая тишина, потом пришел ответ, иножитель снова что-то сказал, подождал следующего ответа, затем отключил приемник. После всех этих манипуляций он повернулся к Пенелопе.

— Мне очень жаль, Прорицательница, — сказал он, — но мы не можем приземлиться на Летнем Злате.