Пропавшая глава

Голдсборо Роберт

– Привет!
– поздоровался он.
– Вы, видимо, мистер Арчи Гудвин?

Я отпираться не стал, а он, протянул мне для пожатия широкую ладонь и представился:

– Меня зовут Клод Пембертон, и я являюсь президентом нью-йоркского отделения КСПОБ. Познакомьтесь с Вильмой Рейс и Дэном Мак-Клелланом, моими коллегами и помощниками. И - спасибо, мистер Гудвин, что позволили нам прийти к вам так быстро.

– Это вам спасибо, что пришли, - любезно ответил я, препровождая троицу в кабинет.

Я представил их Вулфу, который удостоил каждого едва заметным кивком, сохраняя безучастный вид; для него это обычное состояние. Пембертона, как главаря,

я усадил в красное кожаное кресло, а мисс Рейс и мистеру Мак-Клеллану предложил расположиться в желтых.

– Желаете что-нибудь выпить?
– спросил Вулф, обводя посетителей хмурым взглядом.
– Сам я предпочитаю пиво.

Все отказались - кто жестом, кто - словами. Клод Пембертон, прокашлявшись, сказал:

– Прежде всего, мистер Вулф, я хотел бы извиниться за столь внезапное вторжение, а заодно поблагодарить вас за то, что вы согласились нас принять. Все мы являемся членами, а заодно и руководителями КСПОБ, "Клуба страстных поклонников Орвилла Барнстейбла". Вы, вероятно, считаете нас ненормальными...

Вулф оборвал его предостерегающим жестом.

– У меня нет ни малейшего предубеждения против вас, - он обвел все трио взглядом, - и вашей организации. То, что кому-то кажется эксцентричным, другими воспринимается как вполне нормальное и здравое поведение.

Пембертон заулыбался.

– Спасибо, мистер Вулф. Так вот, как я уже сказал по телефону мистеру Гудвину, наши ряды насчитывают более тысячи членов, примерно половина которых проживает в Нью-Йорке, хотя крупные отделения созданы также в Торонто, Чикаго, Лос-Анджелесе и даже Лондоне. Мы очень любили книги Дариуса Сойера и были счастливы, когда его дело продолжил Чарльз Чайлдресс.

– Насколько единодушно вы воспринимали качество произведений мистера Чайлдресса?
– спросил Вулф.

– О, мы их обожали, - ответила Вильма Рейс, оживленно жестикулируя. Большинство из нас считало, что он целиком воспроизводил стиль мистера Сойера. Верно?
– обратилась она к обоим мужчинам.

– Кое в чем книги Чайлдресса нравились мне даже больше, - заявил Дэн Мак-Клеллан.
– К тому же они были более современными, что немаловажно.

Вулф снова поднял руку.

– Вы сказали по телефону, - промолвил он, глядя в упор на Пембертона, - что хотели кое-что со мной обсудить. Что именно?

– Да, конечно, - закивал долговязый президент, выпрямляясь.
– Если не ошибаюсь, то прошло пять дней - Вильма меня поправит, - с тех пор как Хорэс Винсон сказал нам о том, что вы занялись расследованием гибели мистера Чайлдресса.
– Вильма энергично закивала.
– Я позвонил мистеру Винсону, который несколько лет назад присутствовал на одном из заседаний нашего клуба, и поинтересовался, не располагает ли он какими-либо сведениями о случившемся, которые не попали в печать. И вот тогда он и сказал, что убежден, что Чарльза Чайлдресса убили, хотя никакими доказательствами не располагает. Он добавил также, что обратился за помощью к вам.
– Пембертон перевел дух и продолжил: - Это, понятно, задело нас за живое и вот за три дня, обзвонив членов нашего клуба, мы собрали двенадцать тысяч триста долларов.
– В голосе президента КСПОБ прозвучала плохо скрываемая гордость.

– С какой целью?
– осведомился Вулф.

Пембертон хлопнул себя по темени.

– Ах, извините, я не с того конца начал!
– извиняющимся тоном пояснил он.
– Эти деньги мы собрали, чтобы внести посильный вклад в проводимое вами расследование. Вот заверенный чек на всю сумму.

Он

протянул Вулфу конверт.

– Я восхищен вашим предлоежнием, сэр, но вынужден от него отказаться, - произнес Вулф, безучастно взирая на конверт.
– Я, как вам известно, предпочитаю сотрудничать лишь с одним клиентом, а он у меня уже есть.

Вильма Рейс сочла своим долгом вмешаться.

– Дело в том, - сказал она, - что почти все наши члены, узнав о том, что вы взялись за это дело, восприняли это настолько близко к сердцу, что сами начали посылать нам деньги. Для всех нас - это просто святое!

Я попытался припомнить, видел ли за последнее время более искренне лицо, но решил, что - нет.

– Поразительно, - пробормотал Вулф.
– И что, все они успели перевести деньги в Нью-Йорк за столь короткое время?

– Нет, - ответил Мак-Клеллан.
– Пока мы получили лишь несколько чеков - главным образом, из Нью-Йорка, Филадельфии, Бостона и Принстона, - но многие устно подтвердили, что высылают деньги, а для нас слово члена клуба - то же самое, что наличные. Мы подсчитали все вместе, а недостающую сумму Клод внес сам, из своего кармана.

– Мы знаем цену нашим людям, - кивнул Пембертон.
– Они пришлют все, до последнего цента.

– Мисс Рейс, - сказал Вулф, - джентльмены, я очень признателен за ваше доверие, однако ещё раз подчеркиваю, что могу сотрудничать лишь с одним клиентом. Да, цель вашей организации и мистера Винсона совпадает: все вы хотите узнать, кто убил мистера Чайлдресса. Если мне удастся изобличить убийцу, то ваша цель будет достигнута - без всяких затрат с вашей стороны.

– Вы правы, - согласилась Вильма Рейс, - однако мы - члены КСПОБ хотим сами принять участие в этом деле. Если Чарльза Чайлдресса убили, а вам удастся найти его убийцу - в чем мы не сомневаемся, - для всех нас жизненно важно не просто внести посильную лепту, но почувствовать свою сопричастность - понимаете? Назовите это гордостью, солидарностью - не важно. Главное - это наше желание.

– И еще, - добавил Мак-Клеллан.
– Может и не стоило это говорить, но я все же скажу.
– Он расправил плечи и поджал губы.
– Все мы читали, как вы собираете здесь у себя всех подозреваемых, когда намереваетесь назвать убийцу, и надеялись...

– Дэн! Это уже слишком!
– воскликнул Пембертон.

– На что вы надеялись, мистер Мак-Клеллан?
– требовательно спросил Вулф. Самому ему ничего не стоит перебить кого угодно, а вот другим он это не дозволяет.

Я поневоле посочувствовал парню, который испуганно втянул голову в плечи, оказавшись между двух огней. Он затравленно посмотрел на своего президента, затем перевел взгляд на Вулфа и наконец, судорожно сглотнув, решился.

– Мы надеялись, что вы пригласите одного из нас сюда, в эту комнату, когда... ну, в общем, когда назовете имя убийцы!
– выпалил он.

Вулф хмуро воззрился на него.

– Сэр, это мой рабочий кабинет, а не театр. Более того, он не превращается в театр даже в тех случаях, о которых вы упоминаете. Поэтому ваше предложение, мягко говоря, непрактично, а по большому счету - просто нелепо.

– Мистер Вулф, - вмешался обескураженный Пембертон, - позвольте мне пояснить вам, что имел в виду Дэн. Главная наша цель состоит, конечно, не в том, чтобы один из нас присутствовал при развязке, хотя, признаться честно, вы обсуждали такую возможность, а в том, чтобы, как сказала Вильма, хоть таким образом поучаствовать в расследовании, показав вам всю глубину нашей поддержки ваших усилий.