Проклятые цепи

Шкуратов Валентин

— в империи есть замечательная традиция, дуэль Окнес, ныне запрещенная на территории Аврелианской империи, согласно этой дуэли, победитель считается избранником богов и оспорить его неправоту значит оспорить волю богов, она пришла к нам из славных времен военных походов, когда трон доставался по праву сильнейшего.

Торговец оскалился.

— мне нет дела до ваших тупых традиций, когда я освобожусь тебя и всех твоих матросов отправят в шахту, добывать камень души, где вы будете гнить до конца своих дней.

Лоренц, долго не думая, размахнулся и врезал весомую пощечину наглому торговцу.

— вижу ты не настроен к беседе, тогда кратко, выиграешь вон у того человека

в темном балахоне, останешься жив, проиграешь, и мои парни застрелят тебя с четырех разных позиций, все понял? И даже не думай о том, чтобы кого-нибудь ранить, или повредить мой корабль, тогда получишь пулю промеж глаз в досрочном порядке.

Лоренц не дождался ответа, он отвернулся от пленника и направился к Максвеллу.

— теперь дело за тобой, интересно как ты собираешься совершить то что задумал.

— сейчас увидишь.

Лоренц похлопал его по плечу и направился на мостик капитана, где и встал за штурвал. Максвелл махнул рукой Арту в толпе и тот бросил человеку с синяком его серьги. Тот, как только сообразил, что ему возвращают, мигом кинулся к своему сокровищу. Максвелл сжал руку в кулак, кольцо на руке начало светиться лёгким синеватым светом.

Как только его противник одел свое украшение, Максвелл моментально почувствовал укол страха в глубине души, ну разумеется, торгаш будет использовать гнев. Усилием воли он отогнал частицы страха что пытались сломить его решимость, как вдруг в его сторону полетели смертельные красные иглы. Максвелл создал барьер и те испарились о синюю стену, вот только несколько из них отклонились от прямой траектории, обогнули стену и практически впились Максвеллу в мягкую плоть, в последний момент он успел перенаправить энергию в свое тело, из-за чего стал намного крепче. Черт, прошлой ночью его соперник дрался совсем не так, просто тогда он был намного пьянее, а сейчас, перед страхом смерти, он мог разгуляться в полную силу.

— и это все? Мне нужно всего лишь победить тебя? К ужину управлюсь.

— не обольщайся, в отличие от детей я способен тебе противостоять.

В Максвелла вновь полетели кинетические снаряды, он отражал один осколок за другим, но его соперник без конца посылал все новые и новые потоки магии. Вскоре синие барьеры перестали успевать за бесконечными иглами, что летели в сторону Максвелла, он начал получать один порез за другим, из ран сочилась кровь, но он не отступал ни на шаг как вдруг поток игл прекратился. Максвелл воспользовался этой передышкой чтобы укрепить свои барьеры, но сильнейший луч ударил по одному из его щитов, за секунду проломив барьер и врезавшись в грудь несчастному. Максвелл отлетел назад и в полете остановился спиной об опору мачты, после чего упал на колени на палубу. Торговец ликовал, для него это была лёгкая победа, в бою недостаточно только лишь защиты, и он это знал, может против обычного солдата такая тактика и работает, но против умелого мага никогда, на что вообще рассчитывал этот ничтожный лекарь? Он осторожно подошёл к своему сопернику.

— видимо твои боги считают, что я иду по честному пути, значит ли это что все имперские собаки обязаны в цепях целовать ноги нашему великому народу?

Максвелл поднял голову, он не смог победить, его противник оказался сильнее, что же это может значить? Что прав этот торговец? Прав в том, что заковывает людей в кандалы и торгует ими словно вещами? И кто сможет его остановить? Кто сможет остановить всех их? Между тем его оппонент продолжал.

— тебе нужно было просто влепить мне пулю в лоб, а теперь по вашим же тупым традициям я свободен и пойду с этого корабля здоровый и невредимый и все будет так как я сказал, вы все здесь лишь скот, неспособный

даже найти себе катализатор для волшебства.

Кольцо на пальце у Максвелла приобрело другой цвет, теперь оно светилось красным, и свет этот становился все ярче. Гнев толчками вырывался из своего уютного убежища внутри разума, с каждым пульсом становясь все ближе к истинной ярости. В уме вновь закрутились воспоминания, поля, усеянные трупами в бесполезной войне, клетки в подвалах гаремов, жестокое пренебрежение людскими жизнями аристократов и на вершине всего, лицо его родной, мертвой сестры. Время вокруг практически остановилось, он спокойно встал и подошёл к своему сопернику, выдернул серьги из его ушей, он видел, как капли крови застыли в воздухе над палубой, затем направил энергию наружу, время вновь возобновило свой ход и огромный водопад ярости обрушился на сознание противника. Максвелл закричал и эхом его голоса был рокот древнего чудовища.

— ты избранник богов?! Так узри же частицу божественности!

Его соперник кричал и бился в бесплотных попытках выбраться из хватки. Светящиеся красным глаза Максвелла выжигали в его душе неизлечимые шрамы, он кричал и вырывался, сбивая кулаки в кровь, но тот все держал и давил на него нескончаемым страхом. Вот наконец крик начал прерываться, а потом перешёл в смех. Бывший торговец уже не боялся монстра, что сжимал его в своих стальных объятиях, для него все уже было кончено.

Максвелл закрыл канал и отпустил соперника. Все было кончено, безумец лежал у его ног, плача в своих собственных испражнениях. Максвелл обернулся, никто вокруг не разговаривал, все взгляды были устремлены на него и в глазах он снова видел страх и растерянность. Двое матросов молча взяли сумасшедшего за руки и отнесли под палубу, тот, не останавливаясь, рыдал. Максвелл нашел на полу серьги, которые вырвал из ушей противника и подобрал, в оправе из чистого золота блестел серебрянный, цвета восприятия, камень, этот человек часто воздействовал на своих покупателей влечением, его делу правда это мало помогло.

Толпа медленно расходилась, и матросы сбились в кучу, что-то обсуждая и показывая пальцами на Максвелла. Он выкинул за борт корабля серьги и посмотрел на Артемия, тот в свою очередь указал ему в сторону каюты капитана. Лоренц все также стоял у штурвала и пристально наблюдал за своим пассажиром.

— думаешь, Лоренц разозлился? Я его обо всем предупредил.

Артемий помахал головой и вновь показал на дверь каюты капитана.

— я не понимаю, ты хочешь, чтобы я туда зашёл? Я и так там буду за ужином.

Арт шлёпнул себя по лбу, потом махнул рукой и двинулся в сторону лестницы под палубу. Максвелл посмотрел ему вслед и отправился на разговор к Лоренцу.

— как видишь, твой корабль цел, не порвано ни одной ниточки на канатах.

Лоренц молчал, он не отводил взгляда от горизонта впереди.

— я ведь тебя предупреждал, ты думал я его молитвами буду доводить до безумия?

Лоренц не отвечал.

— ты можешь меня игнорировать, мне плевать, только работы поубавится.

Максвелл уже развернулся чтобы уйти, как капитан наконец подал голос.

— ты черный маг?

— с чего ты взял?

Лоренц одним движением вытащил пистолет и наставил его ко лбу собеседника, одновременно с ним такое же движение проделали ещё трое человек, стоявшие рядом, и вот уже четыре ствола с разных сторон смотрят в сторону одной головы, слишком много для любого волевого барьера. Максвелл поднял руки и начал говорить.

— спокойно, я не черный маг.

— хватит врать! Невозможно проделать такой трюк без воздействия на разум, да ты бы сам первее выгорел, прежде чем даже поднялся с того пола!