Проклятые башни
Шрифт:
– Грести не понадобится, я могу двигать шлюпки, и вам не нужно будет потеть и напрягаться.
Лодки плавно отчалили от ступеней. Изолт протянула руку и коснулась колонны, мимо которой они проплывали. Камень был холодным и скольким, и она брезгливо вытерла пальцы о штаны.
Дугалл расстелил на коленях старый, весь в пятнах, пергамент и, хмурясь, разглядывал его. Он считал колонны, которые они миновали, и в какой-то миг окликнул Айена, сидевшего в первой лодке. Тот кивнул, и лодки бесшумно изменили курс, быстро и без усилий, точно косяк
Вскоре площадка осталась далеко позади, и Изолт почувствовала, как напряглись у всех нервы, когда они попали в безмолвный лес нависающего камня. Одна за другой колонны и изогнутые своды потолка встали им навстречу из тьмы и снова терялись во тьме, неотличимые одна от другой. Без солнца и без звезд невозможно было определить направление, в котором двигались лодки. Они начали чувствовать себя так, как будто плыли по одному большому кругу без всякой надежды когда-нибудь снова увидеть солнечный свет.
Дайд затянул разухабистую песню, но слова отзывались таким тревожным эхом, что его голос вскоре притих. Дугалл перегнулся через борт лодки и прошептал через водную гладь, разделявшую их шлюпки:
– Я бы на твоем месте не стал здесь петь, парень. Мы находимся прямо под лагерем Ярких Солдат, и кто может утверждать наверняка, что звук каким-нибудь образом не усилится и не дойдет до земли? Мы же не хотим, чтобы они узнали, что мы плывем прямо у них под ногами.
Дайд метнул изумленный взгляд на сводчатый потолок и больше не пел. Диллон положил руку на мохнатую голову Джеда, чтобы не дать ему шуметь, но пес время от времени тихо поскуливал.
В тот самый миг, когда Изолт показалось, что она больше не может выносить эту темноту, безмолвие и сырой запах стоячей воды, она услышала странный ревущий звук, доносившийся откуда-то над ее головой. Резные колонны сменились грубо вырубленными каменными стенами, подбиравшимися к ним с обеих сторон и сверху. Лодки скользили по туннелю, и самым высоким из мужчин пришлось пригнуть головы, чтобы не стукнуться о неровный потолок.
– Сейчас мы под заливом, – прошептал Дугалл, скорее от благоговения, чем от страха, что кто-нибудь наверху может его услышать. – Слышите этот шум? Это море грохочет в ущелье, которое отделяет Риссмадилл от материка.
Все подняли головы, и многие Синие Стражи сжали рукоятки свои мечей, подумав о мощи и количестве воды, бушующей над их головами. Они плыли все дальше и дальше по низкому темному пахнущему сыростью туннелю, потом внезапно очутились в просторной пещере, и лодки остановились у узкого скалистого рифа. Гамиш Холодный заметил ряд железных колец, ввинченных в камень, и, проворно забравшись по ржавой обросшей ракушками лестнице, привязал свою лодку к одному из них. Солдаты из остальных лодок тут же последовали его примеру.
К тому времени, когда два Гамиша удостоверились, что путь безопасен, вода начала прибывать. Все поспешили по узкому проходу, жмуря слезящиеся от факельного дыма глаза. Камень под их ногами
Внезапно раздался испуганный крик, и процессия остановилась.
– Что там? – спросил Лахлан.
– Коридор кончился, Ваше Высочество, – отозвался Катмор Шустрый. – Там в конце какая-то яма. Я вообще не вижу ее дна.
Изолт подошла к ним и взглянула через плечо Катмора. Он лежал на животе, как можно ниже опустив свой факел в глубокую круглую яму. Она уходила во тьму, гладкие стены поросли мхом.
– Брось вниз камешек, – велел Лахлан.
Финли Бесстрашный пошарил у себя под ногами, но ничего не нашел. Он передал Катмору монетку, и тот бросил ее в яму. После долгого ожидания послышался слабый всплеск.
– Подними факел, Катмор, посмотрим, что там наверху, – сказала Изолт. Солдат повиновался. Прямо над их головами обнаружилась ржавая лестница, ведущая в темноту.
– А вот и наш путь на свободу, – довольно сказал Лахлан. – Катмор, шустрый мой, похоже, это задачка именно для тебя.
Катмор ухмыльнулся и запрыгнул на лестницу, быстро карабкаясь по стене. Вскоре его башмаки исчезли во мраке, и Лахлан снова затеплил огонек в глубине Лодестара, подняв его над головой, чтобы они смогли наблюдать за проворным продвижением Катмора. Но даже это серебристое сияние было недостаточно сильным, чтобы осветить конец лестницы, и они опасливо смотрели, как их товарищ исчезает из виду.
После долгого ожидания до них донеслась какая-то возня и смачное ругательство, многократно усиленное смыкающимися стенами. Потом послышался скрип, и внезапно высоко над их головами показалось маленькое круглое светлое пятно, потом тело Катмора закрыло свет, а потом он исчез.
Финли Бесстрашный, вне себя от нетерпения, умолял Лахлана позволить ему пойти посмотреть, что случилось, когда пятно света снова появилось. Они услышали свист Катмора, означавший, что все в порядке, и Финли, подтянувшись на руках, начал взбираться по лестнице. Гамиш Горячий быстро последовал его примеру, за ним устремились Гамиш Холодный и Барнард Орел, затем Дункан Железный Кулак. Лишь когда великан лично убедился, что все в порядке, Лахлану и Изолт было позволено последовать за ним, хотя его излишняя осторожность всегда выводила Изолт из себя.
Изолт выскочила из люка, не обращая внимания на протянутую руку Дункана, и с интересом огляделась по сторонам. Над ней была покрытая дранкой остроконечная крыша, держащаяся на четырех деревянных столбах. В стороне стояла большая деревянная бадья, привязанная за ручку веревкой к железному пруту над ее головой.
Рядом с этим странным сооружением, смеясь, стоял Лахлан.
– Кто бы мог подумать! – воскликнул он. – Сколько раз мы просили одного из слуг достать нам воды из этого колодца и так и не поняли, что это вход в тайные пещеры! Дугалл, а ты знал?