Проклятые башни
Шрифт:
– Отступить?! – разом ахнуло несколько голосов, и Мак-Танах встал в полный рост, явно оскорбленный в лучших чувствах.
Прежде чем он успел хоть что-то возразить, Дункан Железный Кулак поинтересовался:
– Почему вы так говорите, Ваше Высочество? Мне тоже казалось, что освобождение Риссмадилла – одна из наших первоочередных задач.
– Ты забыл про Фэйргов? – спросила Изолт нетерпеливо. – Мы все знаем, что они вернутся с весенним приливом. Мы подойдем к берегам Бертфэйна как раз в тот момент, когда придется обороняться и от Ярких Солдат, и от морского народа одновременно. Почему бы
– Что вы имеете в виду? – воскликнул кто-то, и Изолт подавила вздох.
– Фэйрги войдут в устье реки сразу же, как только доберутся до наших берегов. – Поскольку Яркие Солдаты уничтожили шлюзы и ворота, их ничто не остановит. Они прорвутся в город и в окружающую его сельскую местность и перебьют всех, кого встретят на своем пути. Вы же не можете не понимать, что оставить там наши войска в это время будет очень глупо? Если мы отступим, Яркие Солдаты ухватятся за эту возможность укрепить свое положение в городе и повторят попытку захватить дворец. Потом им придется отражать натиск Фэйргов, а мы сможем вместо этого бросить все силы на восток, чтобы ударить по Блэйргоури и снять осаду с Дан-Идена…
Мак-Танах открыл было рот, чтобы возразить, но на последнем слове Изолт закрыл его, задумчиво погладив бороду. Его побагровевшие щеки приняли чуть более естественный цвет, и он признал неохотно:
– Да, некоторый смысл в этом есть.
Лахлан не смог удержаться от смешка, поскольку он знал, что Мак-Танаху больше всего хотелось бы освободить свой родной город и выбить Ярких Солдат из Блессема. Чтобы скрыть свою веселость, он проговорил быстро:
– И даже более того, мы покажем людям, что не потерпим неповиновения! Чтобы принести мир нашей стране, мы должны пользоваться безусловной поддержкой в сельской местности; пока мы позволяем искателям мутить воду в стране, сея слухи и устраивая беспорядки, у нас никогда не настанет мир.
Так и решено было действовать. Армия Ри должна была выступить на восток, ударив в самое сердце Блессема, а сторонникам Лахлана следовало передать приказ отступить от реки и морских берегов. После долгих споров опасную задачу отнести эту новость в Дан-Горм поручили Дайду Жонглеру и Катмору Шустрому. Дайд с самого Хогманая ходил мрачный и молчаливый и с пугающей готовностью ухватился за возможность что-то сделать.
Лахлан с беспокойством взглянул на него и спросил:
– Но Дайд, неужели тебе не хочется поехать со мной в Блэйргоури?
– Ты же знаешь, в Дан-Горме у меня полно друзей, – ответил Дайд. – Мы не раз работали вместе, спасая какую-нибудь ведьму или расстраивая очередной план Колдуньи. Они меня знают и доверяют мне.
– Верно, – отозвался Лахлан. – И все-таки мне хотелось бы, чтобы ты был рядом.
– Я вернусь и присоединюсь к тебе, когда смогу, хозяин, – ответил Дайд, немного просветлев лицом. – Давненько уже мы не бились бок о бок. Но все-таки сначала отвезу новости в голубой город – там, должно быть, несладко приходится.
– Я поеду в Дан-Горм вместе с вами, – заявил Дугалл Мак-Бренн, отрываясь от изучения своих колец и поднимая сонные черные глаза.
Дайд и Катмор нерешительно переглянулись. Дугалл, худой апатичныый мужчина, всегда был одет в черные шелка и бархат и
– Это опасно, милорд, – сказал Катмор. – Дан-Горм занят Яркими Солдатами, и наши люди нападают исподтишка, когда только могут. Нам придется пробираться по занятой земле и проскользнуть через их ряды. Если нас поймают, все пропало.
Дугалл прикрыл зевок нежной белой рукой.
– Да, я это понимаю, – усталым голосом ответил он. – Возможно, вы вспомните, что я был в Риссмадилле, когда напали Яркие Солдаты, и видел, как они опустошали город. Кроме того, мы уже многие недели почти ни о чем другом не говорим. Как ни странно, я почти все время как-то умудрялся не отвлекаться от военного совета.
– Наше путешествие будет не из легких, милорд, – нерешительно сказал Дайд, пытаясь донести до прионнсы то, что его беспокоит, и при этом не обидеть его. – Скорее всего, нам придется переодеться фермерами или даже нищими…
Дугалл приподнял бровь.
– Ты удивляешь меня, парень. Неужели ты думаешь, что я отправлюсь на войну в своих лучших шелках? Так ведь и попортить их недолго. Нет, уверяю тебя, мой мальчик, я переоденусь перед отъездом.
Лахлан недоуменно посмотрел на своего кузена.
– Зачем ты хочешь ехать в Дан-Горм, Дугалл? Неужели тебе не хочется поехать со мной на восток?
Дугалл расправил пальцы так, чтобы полюбоваться блеском своих колец.
– Как вы уже упоминали раньше, Ваше Высочество, мы не получали никаких вестей из Равеншо. Последнее письмо от моего дорогого отца пришло шесть месяцев назад, и в нем говорилось лишь о том, что Яркие Солдаты приходили к нему, выражая желание использовать бухты и гавани Равеншо. Вполне естественно, я чувствую сыновнее беспокойство. Мне подумалось, что сейчас самое время навестить владения предков.
– Да, мне хотелось бы узнать, вторглись ли тирсолерцы и в ваши земли, – сказал Лахлан.
Дугалл пожал плечами.
– Меня тоже это немного интересует, Ваше Высочество.
– И ты сможешь передать нам новости, – пробормотал Ри, запоздало вспомнив, что кольца, унизывавшие руки его кузена, служили не просто украшением. Дугалл Мак-Бренн был полностью обученным колдуном, одним из немногих, оставшихся в стране. Его знания вполне позволяли их обладателю войти в Совет колдунов, но прионнса не мог быть его членом, поскольку совет должен сохранять независимость от светской власти.
Кузен Лахлана улыбнулся.
– Ну разумеется, смогу, дорогой мой. Мне также пришло в голову, что стоило бы послать гонцов в Тирейч и посмотреть, как они поживают и не могут ли оказать нам поддержку. Всадники были бы нам сейчас весьма полезны.
– Да, это так, – горячо согласился Лахлан. Одной из его наиболее насущных проблем была нехватка кавалеристов, поскольку лишь Красных Стражей учили воевать верхом на лошадях, а большинство из них скрывалось от нового режима.
– Судя по всему, Кеннет Мак-Ахерн – гордый человек и никому не уступит того, что принадлежит ему по праву. Я видел его, когда он приезжал в Риссмадилл на Ламмасский Собор, и это действительно высокомерный прионнса. Думаю, он с большей готовностью согласится помогать нам, если Ри пришлет к нему своего кузена, а не какого-нибудь скромного гонца.