Проклятые башни
Шрифт:
– У нас есть еще одна проблема, – сказал интендант. – Леса кишат бандитами, которые нападают на наши обозы, точно так же, как и на вражеские. Нельзя планировать серьезное наступление на Блессем и Клахан, если мы не можем обеспечить безопасность дорог, по которым подвозят продовольствие. Вы же помните, Ник-Хильд сказала, что Яркие Солдаты жгут за собой все поля и гумна.
На лице Мак-Танаха мелькнуло страдальческое выражение, и он бросил умоляющий взгляд на Эльфриду, которая серьезно кивнула, и сказал:
– Да, они жгут все, что
Изолт кивнула.
– Чтобы одержать победу в войне, нужно уморить врага голодом, – сказала она.
– Замечательный совет, – раздраженно фыркнул Мак-Танах, – только похоже, что это нас морят голодом, Ваше Высочество. Объясните мне, как нам заставить этих мерзких Ярких Солдат поголодать, и я поблагодарю вас за этот совет.
– У нас нет людей, чтобы подавить бандитов, – сказал Лахлан, очень встревоженный. – Они уже много лет хозяйничают в лесах и знают их куда лучше нас.
– А почему бы нам не объявить амнистию? – сказал Мак-Рурах. – Ведь многих из них прогнали со своих ферм Красные Стражи и обвинили в интригах против Колдуньи.
– Да, среди них есть и такие, но большинство из них – воры и убийцы, и обвинения против них заслуженные, – возразил Мак-Танах.
– Это поможет нам увеличить численность нашей армии, – настаивал Мак-Рурах. – Верно, они грубы и недисциплинированны, но я уверен, что многих из них стоит простить за их прошлое и дать шанс начать все заново, а не вешать как преступников.
– А что, неплохая идея, – сказал Лахлан. – Если они начнут воровать и убивать, когда будут под нашим командованием, тогда и будем их наказывать. Камерон, запиши! Мы разошлем гонцов по всем деревням и селам, предлагая амнистию преступникам и бандитам, которые поступят в нашу армию на военную службу.
Канцлер кивнул, усердно записывая. Лахлан задумчиво походил взад-вперед, потом сказал:
– Поясни, что амнистия распространяется также на всех бывших Красных Стражей, Камерон. Все, кого мы сможем привлечь на нашу сторону, намного облегчат нам подчинение страны, а с их военным опытом они нам очень пригодятся.
Дайллас Хромой сказал:
– Мудро ли это, Ваше Высочество? Красные Стражи провели последние шестнадцать лет, сжигая ведьм и волшебных существ. Не можем же мы так легко простить эти ужасные преступления?
В зале послышались согласные возгласы, и Гвилим Уродливый закричал:
– Они никогда не проявляли милосердия к ведьмам, так почему мы должны проявлять его к ним?
Дайллас и Гвилим оба побывали в лапах Оула и пережили жестокие пытки, оставившие их калеками, поэтому их слова вызвали сочувственные возгласы. Изолт наклонилась вперед и сказала:
– Как можно винить обычных солдат за преступления их командиров? Многие просто выполняли приказы, а без этого в армии нельзя. Если мы пообещаем им прощение, они могут склонить соотношение
Они принялись спорить, причем Гвилим утверждал, что Красных Стражей шестнадцать лет пичкали философией Оула и они вряд ли станут служить ри, который восстановил Шабаш Ведьм.
Изолт устало пожала плечами и ответила:
– В таком случае, они скорее всего так и так присоединятся к Реншо Безжалостному в Блэйргоури. Почему бы нам не предложить им выбор? К нему и так уже примкнуло достаточно много народу.
Послышался приглушенный шепот, поскольку все слышали донесения об армии, которую бывший Главный Искатель собирал в Блэйргоури. Эта новость очень тревожила лордов, ибо исчезновение дочери Майи из дворца породило массу слухов. Хотя Лахлан Мак-Кьюинн и говорил, что сестра Банри, Изабо Рыжая, увезла девочку в безопасное место, очень многие подозревали, что ее отсутствие объясняется куда более пугающими причинами.
Этот шепот заставил Лахлана вспыхнуть, но он обуздал свой гнев, сказав просто:
– Это гнездо гравенингов нужно уничтожить, и побыстрее!
– Да, – согласилась Изолт. – Думаю, Блэйргоури должен стать нашей первой целью. Если мы ударим мощно и молниеносно, то не дадим им собрать слишком большую силу.
Мак-Танах нахмурился. Он очень не одобрял новую Банри, которая говорила и вела себя совершенно не подобающим молодой девушке образом. Ведь ей не было еще и семнадцати, как и его четвертой дочери, которая никогда не осмелилась бы высказывать свое мнение с подобной дерзостью.
– Первым делом нужно отбить гавань и реку, Ваше Высочество, – сказал он резко. – Сейчас Яркие Солдаты могут просто приплыть в Бертфэйн в любое время, привозя подкрепления и контролируя всю реку.
Изолт начала было что-то говорить, но он перебил ее, снисходительно заявив:
– Не то чтобы подавить восстание Реншо в зародыше было плохой идеей, Ваше Высочество, но может быть, лучше сначала снять осаду с Риссмадилла?
Большинство остальных лордов согласно закивало головами, но Изолт сказала отчетливо:
– Нет, милорд. Больше того, подобное действие будет просто глупостью.
Мак-Танах напрягся, его борода угрожающе ощетинилась.
– Не лучше ли вам заняться своим младенцем и прядением, а планирование войны оставить мужчинам, – сказал он грубо. – Наверное, я уж куда лучше в этом разбираюсь, чем простая женщине вроде вас.
– С чего бы это? – парировала Изолт. – Блессем десятилетиями был богатым и мирным краем, а вы если и воевали, то только против чучел и с деревянным копьем. Я – Шрамолицая Воительница, я участвовала во многих битвах и во всех до одной одержала победу. То, что вы советуете нам сосредоточиться на снятии осады с Риссмадилла, только доказывает, что вы ничего не продумали. Мы не только не должны посылать туда еще людей, но должны приказать нашим войскам в городе отступить.