Проклятие любви

Лей Тамара

— Но, милорд, — обнимая его, вкрадчиво заговорила она. — Я готова.

С этими словами она, встав на носки, коснулась губами его шеи.

— Позже! — рыкнул Пендери.

Сета словно и не слышала его. Она запустила руку в его штаны и коснулась жестких волосков.

— Я помогу вам подготовиться, — прошептала она, отыскав его плоть.

Вытащив руку из штанов, Максен оттолкнул Сету:

— Можешь идти.

Женщина обиженно надулась, но тут же соблазнительная улыбка заиграла на ее губах.

— Хорошо,

позже, — и наклонилась за платьем и сорочкой.

Максен наблюдал, как она медленно одевалась, сладострастно изгибаясь и водя: руками по телу. Но все это его не зажигало. Он заметил, что платье Райны было ей узко в груди и бедрах, хотя и соблазнительно облегало их. Пендери догадывался, каким способом она добыла это платье, и ему стало жаль, что это случилось.

Держа туфли в одной руке, намеренно обнажив одно плечо и не опуская юбки, она подошла к Максену.

— Сегодня? — игриво спросила женщина, томно глядя и обводя его правый сосок указательным пальцем.

— Когда я пошлю за тобой.

Женщина радостно улыбнулась:

— Не заставляйте меня ждать, милорд, потому что если не вы, так будет другой.

А это, похоже, и было причиной того, что он не хотел ее. Когда женщина принадлежала многим, в том числе и Томасу, у него это отбивало охоту. Еще до ухода в монастырь Максен ничего не имел против женщин, кочевавших по чужим постелям.

— Хорошо, пусть будет так, — согласился Пендери.

И вновь в глазах женщины загорелась обида. Сета повернулась и ушла.

Вздохнув, Пендери поднял было рубашку, но швырнул ее в сторону: где же вода?

Глава 12

Вода выплеснулась на перебинтованную руку Райны, когда она резко остановилась. Слава Богу, что вода уже остыла, а то бы ошпарилась. Забыв про боль, девушка с изумлением смотрела на растрепанную женщину, которая выходила из-за ширмы.

Сета казалась разгневанной, но, увидев соперницу, победно улыбнулась и подошла к ней.

— Лучше, чем Томас, — нежно промурлыкала она, встав перед Райной.

Проведя рукой по бедру, она положила ее на низ живота:

— Да, но откуда тебе знать об этом? — с насмешливым сочувствием продолжала брюнетка. — Томас хотел видеть тебя женой, а спал-то он со мной.

Чувства, ранее незнакомые Райне: обида, сожаление, печаль и даже ревность — нахлынули на нее при мысли, что Максен, возможно, был близок с Сетой. Скорее всего, так оно и есть! Сета — любовница Пендери-старшего.

Но почему сердцу так больно? Она ведь не возражала, когда Томас, во всеуслышание назвав ее женой, продолжал приглашать Сету в свою постель, Райна даже была благодарна ему, что свою страсть он удовлетворял с другой. Но Максен?

Подозрение ее еще больше окрепло, когда из-за ширмы вышел Пендери — по пояс голый, в одних штанах. Она не позволила ему, вот он и проделал это с Сетой.

Он

собирался пойти в зал, но, увидев Райну, остановился. Взгляд норманна ощупал ее с ног до головы, и — странное дело! — душе от этого взгляда стало легче, а обида сменилась гневом, стыдом за то, что совсем недавно произошло между ними.

Сета обернулась и, хихикнув, повернулась и прошептала:

— Не бойся, он не тронет тебя, наигрался.

Что нашло на Райну — она так и не поняла, но улыбнулась и ответила тихим голосом, специально предназначенным для ушей соперницы:

— Это же хорошо. Ведь и часу не прошло, как он был со мною. Удивляюсь, что у него еще остались силы на тебя.

Сета отпрянула, широко открыв глаза и рот. Она смотрела на соперницу, плотно сжав губы. Потом убралась восвояси.

С высоко поднятой головой Райна подошла к ванне и вылила в нее воду из ведер. И столкнулась лицом к лицу с Максеном.

— Что это? — рыцарь брезгливо дернул ее за рукав грязного и кое-как сшитого платья.

— Более подходящая одежда, милорд. Именно то, что вы хотели видеть, — ответила она, глядя на него.

— Не совсем то.

— Оно мне вполне подходит. А теперь дайте мне пройти. Принесу вам еще воды.

— Может, вы меня обойдете?

Райна подняла голову.

— Хорошо, я так и поступлю, если вы мне позволите.

— Считайте, что уже получили мое согласие, — проговорил Пендери, стараясь заглянуть ей в глаза.

— А вы — мою благодарность.

Взяв пустые ведра, она вышла из комнаты и вздохнула с облегчением.

Райна пыталась убедить себя, что ей хватит нескольких минут, чтобы успокоиться, но она ошибалась — минуты шли и шли, а в душе по-прежнему кипели гнев и обида. Она закрыла глаза, но слезы все равно потекли по щекам, а в горле застрял комок. Она сжимала и разжимала кулаки, стараясь избавиться от душевного напряжения. Как ни крути, а Максен отвернулся от нее и приблизил к себе Сету.

— Райна?

Открыв глаза, она увидела Кристофа.

— Да?

— Что-то случилось?

Саксонка покачала головой:

— Я себя плохо чувствую, вот и все.

— Ваша рука?

Конечно, носить воду было тяжело. Да это куда ни шло. А вот душевные муки теперь просто невыносимы.

— Нет, рука ничего. Голова вот болит.

— У меня есть кое-что. Это облегчит ваши боли.

— Пойдет и так, — перебила она его. Наклонившись, девушка подняла ведра.

— Вам нельзя носить тяжести.

Ничего на это не ответив, Райна направилась на кухню.

Несколько раз саксонка приносила полные ведра и, сопровождаемая молчаливым взглядом Максена, удобно устроившегося в кресле, наполняла ванну. Но когда она принесла их в последний раз, то остановилась в растерянности, пораженная увиденным: положив голову на край ванны, Пендери полулежал, закрыв глаза.