Проклятие чародея

Вольски Пола

Вардрул выглядел озадаченным. Два внутренних глазных валика расширились, и сияние тела ослабло. Двигаясь к середине пещеры, он остановился в нескольких футах от границы действия заклятия. Огромные глаза удивленно смотрели на сновавших в воздухе мышей. Тело ребенка вновь тускло засветилось, дважды сияние как бы мигнуло, что, очевидно, было сигналом для летучих мышей, которые сразу же опустились ему на плечи. Ребенок вновь пристально осмотрел зал, и мелодичная трель вырвалась из его безгубого рта. Повернувшись, он поспешил назад к узкой расселине, через которую вошел, и, бросив последний взгляд назад, исчез в туннеле.

Некоторое время после ухода вардрула люди сидели не

двигаясь и почти не дыша. Постепенно напряжение спало, но настороженность осталась. Наконец друзья нашли в себе силы подняться, и Уэйт-Базеф повел их к выходу из подземного зала через сводчатый проход, усыпанный кристаллами, по галерее с массивными естественными колоннами к расселине столь узкой, что им пришлось протискиваться сквозь нее боком. Путники, крадучись, шли по туннелю. Выбравшись из узкого прохода, они оказались в очередном коридоре с высоким потолком, стены которого были измазаны разноцветной слизью. Наконец они дошли до малинового утеса, где свечение скал сквозь бесцветную растительность приобрело красный оттенок, и здесь они обнаружили явные признаки присутствия вардрулов. Туннель был искусственно расширен и выровнен, стены отшлифованы. На огромных монолитах, выложенных бордюрами вдоль стен, были высечены барельефы.

Путники шли извилистыми коридорами в самое сердце пещер. Несколько раз они встречали одиноких вардрулов, от которых защищало заклятие Хиджина. Вардрулы проходили мимо, не замечая людей. Но встречи эти были, на удивление, редки: видимо, в пещерах осталось совсем немного обитателей. Почти все вардрулы, возглавляемые самим архипатриархом, отправились воевать.

Они шли дальше по проходу с низким потолком, мимо бесконечного ряда маленьких, одинаковых, словно нанизанные на нитку бусы, спален, которые привели их в туннель с серыми, без всяких украшений стенами. Туннель упирался в зыбкий мост над пропастью, на дне которого были видны острые каменные пики. За пропастью виднелась тропа, ведшая сквозь лабиринт коридоров, таких извилистых, что Деврас невольно подумал о том, что дорогу назад будет найти нелегко. А может, вернуться невозможно. Они зашли слишком далеко, чтобы рассчитывать на счастливый исход дела, другими словами, похоронили себя заживо.

И в этот момент Деврас ощутил на запястье тепло от браслета Хар-Феннахара и посмотрел на него. С детства знакомое серебряное кольцо сияло ярче окружавших их лучезарных камней. Никогда раньше Деврас не мог истолковать эти неожиданные изменения, время от времени происходившие с браслетом. Теперь, после объяснения Базефа, он понял, что где-то поблизости находится магический предмет. Браслет нагревался с каждым шагом. Скоро он стал обжигать запястье. Деврас снял браслет с руки и положил в карман.

Они прошли еще несколько сот ярдов вниз по наклонному коридору и очутились в пещере с очень высоким сводчатым потолком. Путь им преграждали двое рослых вардрулов, вооруженных металлическими копьями и чем-то средним между ножом и коротким мечом. Очевидно, нескольких крепких воинов все же оставили охранять пещеры. Оба стража стояли около странной конструкции, помещавшейся на невысоком помосте в центре пещеры. Это был непрозрачный ящик, накрытый четырьмя яркими полушариями, весьма странными для этого места. Судя по всему, сей предмет изготовлен человеком.

«Что это? — подумал Деврас. — И как мы здесь пройдем?» Он вопросительно посмотрел на Рэйта Уэйт-Базефа.

Чародей стоял неподвижно, беззвучно произнося слова заклинания. Раз он решился потратить бесценную магическую энергию, значит, ощущал опасность. Оба охранника безжизненно застыли. Исчезло свечение тела и глаз.

— Я замедлил ток их жизней, — шепотом пояснил

Уэйт-Базеф. — Сейчас для них мы двигаемся настолько стремительно, что они не могут нас заметить. Но этот эффект не продлится очень долго. Скорее, нам надо торопиться. — И маг указал на дальний конец пещеры.

Друг за другом они прошли мимо заколдованных стражников и обогнули помост, на котором стояла загадочная композиция из ящика и полушарий. Любопытство оказалось сильнее осторожности, и Деврас не удержался от вопроса:

— Что это?

— Отопительная машина. Изобретение ордена Избранных, причем очень древнее. Возможно, его сделал сам Террз Фал-Грижни. Раньше я не знал о его существовании, но подозревал о чем-то в этом роде. Вот он, источник тепла в пещерах.

— Но если эта машина такая древняя, как вы говорите, то, вероятно, может сломаться?

— Тогда горе белым демонам! Природа с лихвой вернет свое. Холод, уничтоженный магией, снова поселится в пещерах, а без живительного тепла вардрулы погибнут. Они не выносят холода. Правда, устройство сделано на совесть, разрушить его трудно, но крохотный шанс у нас все-таки есть.

— Неудивительно, что они выставили здесь караул, — сказал Деврас, одновременно обернувшись через плечо, чтобы взглянуть на часовых, и от того, что он увидел, душа ушла в пятки. Охранники по-прежнему не шевелились и ничего вокруг себя не видели, но у противоположного входа стояли еще несколько вооруженных вардрулов, на которых заклятие Хиджина не распространялось. Они смотрели то на оцепеневших сородичей, то на людей. Кожа их замерцала, и мелодичные трели отозвались странным эхом под сводами пещеры.

Уэйт-Базеф, Гроно и Каравайз обернулись на звук. Обе группы изумленно уставились друг на друга. К этому времени кончилось действие заклятия и оба часовых словно оживали на глазах. Сияние их набирало яркость, а окологлазные валики ритмично сокращались. Затем, обменявшись мелодичными трелями, пятеро вардрулов приготовились к бою и двинулись вперед. Судя по тому, как легко и непринужденно они поигрывали оружием, проникшим в пещеры смельчакам предстояло связаться с опытными вояками. Надежды на победу в рукопашном бою у людей не было.

— К выходу! — скомандовал Уэйт-Базеф и ринулся к проему в стене.

Бежать? Какой смысл, если они нас обнаружили? Рэйт должен воспользоваться магией, другого выбора нет. Несмотря на подобные мысли, Деврас был готов бежать так быстро, насколько позволяли силы. Рядом неслась Каравайз, чуть сзади, спотыкаясь, Гроно. Вардрулы бросились им наперерез, но Уэйт-Базеф резко свернул к узкому проему в стене и исчез из виду. Деврас, низко нагнувшись, проскочил в щель за ним и оказался в узкой галерее. За спиной он слышал шумное дыхание Каравайз. Но и преследователи не отставали, от шагов вардрулов стены сотрясались. Галерея заканчивалась веером полудюжины проходов, разбегавшихся в разных направлениях. Уэйт-Базефа и след простыл. Он скрылся в одном из них, и в каком именно, угадать было невозможно. Времени на раздумья не было. Деврас скользнул в крайний слева. Каравайз — за ним. Бросив быстрый взгляд назад, он увидел, что Гроно, бледный, с трудом переводящий дыхание, с непреклонным выражением лица значительно оторвался от погони. Что делать? В таком лабиринте можно легко сбить преследователей со следа. Проход был узкий и высокий, чуть шире, чем тот коридор с неровными серыми стенами. Но в нем не было ни лазейки, ни трещины, ничего, где можно было спрятаться. Мало того, с каждым шагом коридор сужался. Неожиданно перед Деврасом открылся узкий каменный проход, а за ним — ниши, выемки, боковые коридоры и ответвления. Тропа пару раз резко повернула, и шум погони затих.