Проклятая благодать
Шрифт:
— Фиби? — голос Ребекки ласкал мои уши, когда мои ноги окончательно подкосились, и я упала на землю.
Я моргнула, пытаясь сфокусироваться, но мир вокруг меня продолжал исчезать из поля зрения.
Две руки подняли меня, и я расслабилась, почувствовав знакомый запах дыма и кожи.
— Куда мне ее отнести? — спросил хрипловатый голос АК.
Меня уложили на кровать. АК положил руку мне на лоб.
— Райдер сказал, что следующие несколько дней она будет слаба. Но больше всего ей нужна еда и вода. И сон. Насколько я могу судить, за последние
— Спасибо, АК, — сказала Ребекка. Она неуверенно поцеловала его в щеку. — Я не знаю, как смогу отблагодарить тебя за то, что ты сделал. Ты, несомненно, рисковал своей жизнью ради нее, чтобы вернуть ее мне. За это я тебе бесконечно благодарна.
АК опустил глаза. Я знала, что, если бы могла видеть их под копной его волос, они бы блестели. У него была жесткая оболочка, но под ней скрывалось что-то более мягкое. И сколько бы я ни пыталась вытеснить эту мысль из головы, как ни странно, не могла думать ни о чем другом.
— Я пойду, — сказал АК, его голос был низким и грубым.
Моя грудь болела при мысли о его отсутствии. Перед тем, как выйти из комнаты, он встретился со мной взглядом и сказал только одно слово:
— Рыжая.
Это был его способ попрощаться.
— Прощай, АК, — сказала я, мой голос был уставшим и слабым.
Мои глаза начали закрываться, так как сон пришел по зову сердца.
Ребекка села на кровать рядом со мной и сжала мою руку.
— Спи, сестра. Теперь ты в безопасности.
И это было последнее, что я помнила.
Это и ангельский взгляд АК, когда он покидал меня.
***
Я моргнула в темной комнате. Единственный свет исходил от маленькой лампы на тумбочке.
Где я была?
Из-за двери доносилось тихое бормотание голосов. Я откинула с себя одеяло, и, когда мои ноги коснулись пола, то вспомнила, где нахожусь.
У Ребекки.
Чувствуя себя лучше, чем прежде, я отправилась на звук голосов в соседнюю комнату. Заглянув через щель в двери, я увидела Ребекку, которая сидела возле кровати Грейс и читала ей книгу.
Мое сердце бешено колотилось, пока я слушала, как мягкий голос Ребекки рассказывал историю о говорящих ежике и кролике. Грейс смеялась над веселыми отрывками, а затем медленно погрузилась в сон. Ребекка закрыла книгу и встала. Она уложила Грейс и наклонилась, чтобы поцеловать ее в макушку.
— Я люблю тебя больше, чем звезд на небе, — прошептала она.
Слезы навернулись мне на глаза, когда я смотрела на крепко спящую Грейс. В другом мире это была бы Ребекка. Тот же цвет кожи, то же красивое лицо. Но ее лишили этой жизни.
Я не заметила, как Ребекка подошла к двери.
— Фиби? — она закрыла дверь в комнату Грейс. — Как ты себя чувствуешь? — ее обеспокоенные глаза изучали мое лицо.
— Лучше, — сказала я, мой голос был хриплым. — Который час?
— Уже поздно.
Ребекка взяла меня за руку и повела в большую кухню, отделанную деревом. Я села за стол и увидела,
— Я приготовила поесть, пока ты спала. АК сказал, что ты будешь голодна, или, по крайней мере, что тебе нужно будет поесть.
Она поставила передо мной тарелку с незнакомым мне блюдом.
— Это ты приготовила? — спросила я.
Щеки Ребекки раскраснелись.
— Я люблю готовить. С тех пор как попала сюда, я обнаружила страсть к кулинарии.
Я протянула руку через стол и взяла ее за левую руку. На четвертом пальце она носила обручальное кольцо. Я улыбнулась.
— Ты вышла за него замуж.
— Да, — подтвердила она, и я увидела счастье, светящееся на ее лице. — Он… он не был тем мужчиной, которого я ожидала. Но потом, после всего…
Она вздохнула.
— Оказалось, что он именно то, что мне нужно. Кай дерзкий и грубый. Он ругается, и порой очень опасен. Но он любит меня больше, чем я заслуживаю, а я люблю его больше, чем когда-либо считала что смогу. Он… он мой дом.
Она пожала плечами, как будто недостаточно хорошо все объяснила. Но я потеряла дар речи от ее признания. Я понятия не имела, что собой представляет подобное спокойствие.
— Тогда я несказанно счастлива, — смогла вымолвить я. — Ты…
Я сглотнула комок в горле.
— Ты, как никто другой, заслуживаешь этого.
— Не уверена, но благодарю Бога за Кая каждый день, — она вздохнула. — И за Грейс.
Ребекка крепче сжала мою руку, и по ее щеке скатилась беззвучная слеза.
— Ребекка?
Моя сестра покачала головой, ее короткие волосы упали на лицо.
— Когда… когда они вернулись из Нового Сиона и рассказали нам, что сделал Иуда. Все эти люди…
Я ненадолго закрыла глаза от воспоминаний.
— Когда они вернулись без тебя, сестра моя, я не могла дышать. Я боялась… Боялась, что тебя тоже убили. Потом Райдер, он же Каин, сказал мне, что ты спасла Грейс. Ты спасла ее и отправила ко мне, потому что знала, что я буду заботиться о ней, — она покачала головой. — Я не знала, что чувствовать. Тебя не было, но ты дала мне благословение, о величине которого даже не могла догадываться.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
В ее голосе слышалась боль.
Ребекка глубоко вздохнула, затем сказала:
— Когда я вернулась с холма погибели, я… — она прочистила горло. — Я была не в лучшем состоянии.
Она рассеянно провела пальцем по шраму на своем лице.
— Я больше не хотела видеть это лицо, Фиби. Не хотела ничего из этого. Поэтому порезала себя. Причинила себе боль, чтобы избавиться от искушения, которое испытывали мужчины, глядя на меня.
Я была уверена, что ничто не может причинить мне большую боль, чем последние несколько дней, когда АК держал меня в своем доме, очищая мое тело от зелья Мейстера. Я ошибалась. Знание того, что моя Ребекка, девушка, которую забрали за то, что она была слишком красива, была вынуждена сделать с собой нечто подобное… И это ранило меня больше, чем что-либо на этой земле.