Программа
Шрифт:
Тим устранил элементы старого прикрытия и с помощью Пита Криндона добавил несколько новых, так что он мало напоминал Тома Альтмана. С его новой стрижкой, гладко выбритыми щеками и подбородком и зелеными контактными линзами он издалека выглядел совсем по-другому, да и оставшаяся после травм припухлость лица тоже сыграла ему на руку. И все же он был рад, что столкнулся с новым в секте человеком. Рэкли щелкнул пальцами, и Хранитель в изумлении замер на месте:
— Лучше успокойся и включись в Программу, мой друг, а не то заработаешь себе место в Ряду жертв. А где Скейт Дэниелс? Я думал, это его пост.
—
Тим положил руку парню на грудь и отодвинул его в сторону:
— Я глава направления на Восточном побережье, [37] а это мой помощник. И если ты меня еще раз об этом спросишь, я тебя уволю. Ты понял?
37
Восточное побережье — восточная морская граница США, особенно территория между Бостоном и Вашингтоном. (Прим. переводчика.)
Парень разинул рот и кивнул.
— Отойди-ка.
Тим прошел через двери в зал, Реджи следовал за ним по пятам. Когда на Рэка вдруг пахнуло духотой и жаром, он моментально почувствовал, как у него пересохли губы. Реджи шел, опустив голову, чтобы никто из заслуженных Про его не узнал.
Дрей и Бедермана они послали по официальным каналам, потому что они не рисковали тем, что их кто-нибудь здесь узнает. Они заранее сделали заказ на вымышленные имена. Уилл охотно заплатил по 2000 долларов за каждого из них.
Перегородку между местами для зрителей и сектором упражнений убрали, чтобы в зоне со стульями стало просторнее — теперь она вмещала почти тысячу стульев. Медведь предупредил их об этом, он вчера заглянул в зал под видом строительного инспектора. Измененное расположение зон было им на руку: теперь легче будет отвлекаться во время упражнений, к тому же у них появилась возможность не выпускать из вида зону Про.
Сзади Нео потягивали пунш и поглощали печенье, в их глазах соединялось затуманенное и безумное выражение, как у измученных неудачами игроков, из последних сил надеющихся на финальный кон. Люди в синих рубашках ходили между новичков, предлагая им добавку еды и питья, дружелюбно стискивая их руки под мерное, почти неразличимое бормотание, доносящееся из спрятанных где-то колонок.
Еще двое вышибал охраняли черные занавески, закрывающие вход в зону для Про. Так что, как Тим и подозревал, пробраться за занавеску к Ли во время групповой медитации сегодня не выйдет. Еще трое хранителей сновали между новичками. На них были стандартные синие рубашки, которые помогали им особо не выделяться из толпы, но эти ребята выглядели более неряшливыми и крепкими, чем остальные Про. Один из них, скорее всего, займет пост у главного входа, за который раньше отвечал Рэндел, когда начнутся тренинги и упражнения. Тим предположил также, что остальные хранители займут места по обеим сторонам от сцены.
Тим заметил в толпе Бедермана и Дрей, которые только что вошли через обычный вход для
Реджи со свистом выдохнул воздух, когда раздался мерный барабанный стук. Про начали активно подгонять Нео, и все бросились к расставленным перед сценой стульям.
Дрей и Тим одновременно подошли к одному ряду и сели на соседние стулья. Они ничем не показали, что знают друг друга. Бедерман и Реджи тоже сели вместе с другой стороны. Дрей потерла лоб, ее волосы уже потемнели от пота. Сидящая рядом с ней женщина вдруг сползла вбок и навалилась на Дрей, не выдержав действия жаркого воздуха и заправленного по полной программе пунша. Дрей плечом подтолкнула женщину в прежнее положение, как раздраженный пассажир экономкласса в самолете местных авиалиний.
Тим попытался найти взглядом знакомых ему недавно вступивших в ряды секты людей. Дон Стэнфорд и Джейсон Стратерс сидели на дальних рядах, с явной гордостью демонстрируя свои синие рубашки. Вэнди сидела сгорбившись, засунув в рот большой палец. Шанну Тим нигде не видел.
Джени одна поднялась на сцену за неимением Стэнли Джона, который мог бы поддержать ее, и начала перечислять правила. Сначала ее голос слегка дрожал, но она почувствовала себя более уверенно, когда начала выпаливать условия посещения «семинара».
Слушая ее, Дрей издала несколько недовольных восклицаний и тем самым привлекла к себе взгляды части Нео.
— Пусть встанут те, в ком достаточно силы, чтобы поклясться, что они не уйдут, что бы ни случилось.
Раздался шелест и шорох, когда почти все сидящие в зале поднялись, в том числе Бедерман, Дрей и Реджи. Свет в зале почти погас, по рядам задвигались лучи прожекторов, выискивая одного непокорного за другим. Тим подумал, что с прожекторами сегодня обращаются как-то неуклюже. Джени давила на тех, кто отказался сразу последовать общему примеру, до тех пор, пока они не вставали или не выходили из зала. Наконец она повернулась к Тиму — его новая прическа, цвет глаз и другие результаты работы Криндона не позволяли Джени узнать его с такого расстояния.
— А как насчет тебя? Какими отговорками ты собираешься воспользоваться, чтобы оправдать нежелание поработать над своим ростом и развитием?
Тим вдруг ощутил неловкость и смущение, которые уже почти забыл, — неловкость, которую человек всегда испытывает, когда сидит, а все остальные стоят, когда на него направлены сотни взглядов.
Даже несмотря на то, что Тим выкрикнул свой ответ, он смотрелся более чем скромно на фоне ее превентивного удара, усиленного микрофоном и мощными динамиками:
— После того, что я здесь видел, я еще не уверен, нравится мне Программа или нет. Если я решу, что мне не нравится то, что здесь происходит, я уйду. Спасибо, что пригласили меня.
Джени усмехнулась, ее накрашенный ротик приоткрылся, чтобы произнести заранее заготовленный ответ.
Тим вдруг резко поднялся и начал хлопать. На другом конце рядов его поддержали Реджи и Бедерман, а потом и другие Нео, сбитые с толку, тоже начали аплодировать, заглушив Джени.
Когда аплодисменты стихли, Тим уже стоял, не дав Джени высказать свой обычный набор аргументов. Она покраснела и перешла к следующему правилу: