Проект «Ватикан»
Шрифт:
— И, располагая всем этим, они ни за что от этого не откажутся.
— Не все. Богословская группировка — дело особое. Некоторые из них совершенно откровенно полагают, что Ватикан отклонился от заданного курса, предал главную цель. Другие — их большинство — элементарным образом напуганы. Вселенная оказалась сложнее, чем они думали. В ней оказалось гораздо больше странностей и непонятностей, чем им казалось. И, естественно, им просто страшно становится от тех данных, что добывают наши Слушатели. Они начинают чувствовать себя беззащитными
— А ведь мы могли бы сблефовать, — предложил Теннисон. — Что если взять да распустить слух о том, что мы знаем, как добраться до Рая? Ведь они до смерти не хотят, чтобы кто-нибудь попал туда. Если бы кто-то сумел проникнуть туда и доказать, что это вовсе не Рай, это разом выбило бы почву у них из-под ног. Такой слух мог бы остановить их на какое-то время, по крайней мере, у нас было бы больше шансов.
Экайер решительно покачал головой.
— Нет, это не годится. Если мы сблефуем, а они выведут нас на чистую воду, это только укрепит их позицию, и они станут уверены в себе, как никогда. Если мы решимся на такое заявление, мы должны быть вне всяких придирок.
— Да, пожалуй, ты прав, — кивнул Теннисон.
— Джейсон, ты вот что вспомни: когда Декер сказал тебе, что знает, где находится Рай, как тебе показалось — есть у него какое-то документальное подтверждение или это просто слова?
— Ты имеешь в виду нечто вроде лоции?
— Да, что-то в этом духе. Знаешь, на кораблях бывают такие устройства, где фиксируется весь полет. Он попал в космическую катастрофу, так? А мог он забрать с корабля «чёрный ящик», прежде чем спасся на катере?
— Правду говоря, — сказал Теннисон, нахмурив брови, — у меня именно такое впечатление и было, — что он не просто слова на ветер бросает, а у него есть какое-то фактическое подтверждение. Но он молчал об этом. Так что я сам не знаю, почему это мне в голову пришло. Я действительно все время так думал, но теперь, говорю тебе, я ни в чем не уверен…
— Джейсон, а мы не могли бы… — осторожно проговорил Экайер и, растерявшись, оборвал фразу, не договорив.
Теннисон понял его, но ответил не сразу.
— Это против моих принципов. Том — мой товарищ, он мне доверяет. Я не могу, Пол, прости.
— Но, Джейсон, мы должны узнать! Я должен узнать!
— Не знаю, — покачал головой Теннисон. — Может быть, ты и прав. Но, умоляю, Пол, аккуратно! Следует все поставить на свои места.
Они приступили к поискам. Теннисон заметил, что обработанные Шептуном камни лежали не на столе, а в небольшой коробочке, что стояла на полке.
Ничего похожего на то, что им хотелось обнаружить, они не нашли.
— А может быть, он хранит его не в доме? — предположил Экайер.
— Если у него вообще есть то, что нам нужно, — ответил Теннисон, по-прежнему чувствовавший себя в высшей степени неловко. — А если и есть и он действительно спрятал, то нам не найти ни за что на свете.
А про себя подумал, что, наверное, об этом может
— Есть одна возможность… — вырвалось у него.
— Какая? — спросил Экайер с надеждой.
Теннисон пожал плечами.
— Да нет, это ерунда. Считай, что я ничего не говорил.
Он ни разу не рассказывал Экайеру о Шептуне. Слава богу, успел вовремя язык прикусить. Не стоило об этом пока.
«Да, — думал он, — есть, есть такая возможность, если Шептун поможет. Если он смог перенести меня в математический мир, то почему бы и не в Рай, в конце концов? Нет, это не выйдет. Ведь я не видел „райских“ кристаллов…»
Кроме него и Декера о Шептуне знала только Джилл, и он решил, что пока все пусть так и остаётся.
Вот как получилось — их единственной надеждой оказался Декер. Если он знает такое, что сможет лишить богословов последнего шанса, они спасены. Если нет — Поисковая Программа будет ликвидирована или ограничена до предела, а Ватикан станет тем, чем он собирался стать с самого начала — стаей гончих роботов, мчащихся, высунув языки, за призраком духовной истины…
«Шептун, — думал Теннисон, — скорее всего, ушёл вместе с Декором, значит, придётся ждать их возвращения, чтобы узнать, не блеснёт ли хоть слабый лучик надежды».
Теннисон и Экайер вышли из хижины, закрыли дверь, заложили задвижку. Немного постояли на вершине холма, глядя на Ватикан. Яркий полуденный свет чётко выделял ярко-белое пятно зданий на изумрудном фоне лесов и коричневом — гор.
Созерцание нарушил громкий звон колоколов.
— Колокола? — изумился Экайер. — Почему они звонят в колокола? Сейчас не время. К тому же слишком громко. Что-то случилось.
Тут ветер переменился, и до них донёсся звон во всей своей мощи — гулкий, полнозвучный, требовательный.
— Это большие колокола базилики! — воскликнул Экайер. — Что там, хотел бы я знать, творится?
И оба опрометью бросились с холма вниз.
Глава 41
Джилл сжимала кулаки от злости и бессилия.
«Никогда, — повторяла она про себя, — никогда в жизни меня ещё так не унижали и не бесили! И как только эта тупица медсестра до такого додумалась? И как посмела наврать?»
Джилл хлопнула дверью. Джейсона дома не было. Она присела на кушетку перед камином, но быстро поняла, что сидеть на одном месте не в состоянии. Она вскочила и стала ходить по гостиной.
Нет, то, что случилось, не имело никакого отношения к Мэри, что бы там ни выдумывала эта безмозглая сестра. Если уж кто и совершил чудо, так это Джейсон — да и потом, чудо ли это? Наверняка, если как следует поломать голову, можно было бы найти этому разумное объяснение. «Но самое ужасное, — думала Джилл, расхаживая по комнате, — что я сама толком ничего не понимаю и объяснить не могу! Джейсона нет, да если бы и был, вряд ли бы что-то сказал». Ей хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать воплей на улице.