Проект Каин. Адам

Берг Даниил

Она не слышала, как взорвался котел в первой городской больнице, она не слышала криков и воя толпы, один из которых — бывший кадровый военный сапер, а теперь всего лишь еще один одержимый жаждой убийства безумец — и заложил небольшое устройство в подвал. В ее голове снова и снова раздавался сухой щелчок, с каким ломается ветка — и этот звук заглушал все другие, заставляя слезы катиться по щекам бесконечным горьким потоком. Девушка полагала, что сошла с ума, но ее радовала эта мысль, и тогда она начинала смеяться. Но потом слышала звук, с которым сломались шейные позвонки матери, и Аня снова плакала.

Она бежала так, не разбирая дороги,

минут десять. В конце концов, ее занесло в тот дворик, где, спрятавшись от толпы и решая, что делать дальше, укрылись Максим и Николай Гладышев, которого Макс называл про себя Гражданин Портфель.

Глава десятая

1.

Рыжий пришел в себя, когда они уже почти добрались до больницы. Ехать пришлось почти час: на центральной улице произошла авария, прямо посреди дороги сцепилось между собой полдесятка авто. Ехали вокруг, по односторонним улицам, из-за чего частенько приходилось петлять, да и ко всему прочему качество дорожного полотна оставляло желать лучшего. Когда «шестерка» жалобно скрипнула рессорами на пятой (если не на десятой) кочке, Мишка волей-неволей сбросил скорость. Сергей то и дело оглядывался назад, где развалился Рыжий. Выглядел тот не важно, и Сергею казалось, что с каждой минутой состояние ухудшалось.

— Б…ь! — ругнулся Мишка, когда машина подскочила на очередной выбоине.

Сергей посмотрел на него — бледное лицо, желваки на щеках, взгляд, напряженно всматривающийся в дорогу перед машиной — и сказал:

— Потише, Мишка. Почти приехали.

— Я знаю. Как Рыжий?

Одинцов посмотрел через плечо на тяжело дышавшего приятеля и покачал головой.

— Так же. Не могу понять, что с ним такое. Вроде все кости целы, а лежит будто в обмороке. Или как там это называется, когда долго в себя не приходят?..

— В коме, — подсказал Михаил. — Нет, я не думаю…

— Кто тут у вас в коме? — поинтересовался сзади хриплый голос.

Мишка от неожиданности крутанул руль, выскочил на встречную полосу, но быстро вернул автомобиль на место.

— Сашка, мудак!

— Сам мудак, — вяло огрызнулся Рыжий. Он с трудом сел на сиденье и поинтересовался: — Мы куда?

— В больницу, — Одинцов посмотрел на Сашку. Тот выглядел не только больным, но еще и очень слабым. Казалось, он и сидит-то с трудом.

— Ты как?

Александр посмотрел на него измученным взглядом, вытер рукой рот, потом, как будто через силу, ответил:

— Пить хочу.

— Мишка? — Сергей встретился взглядом с приятелем в зеркальце заднего вида.

— Нет ничего. Почти приехали, там попьешь.

— Добрый ты… — Сашка снова откинулся на спинку сиденье, будто он потратил на разговор последние силы. Прикрыл глаза и просто сидел, тяжело дыша.

— Что там произошло-то? — спросил Сергей. Ему не хотелось, чтобы Рыжий снова отключался. Не нравились ему эти обмороки: где-то он слышал, что с человеком в тяжелом состоянии надо много говорить, чтобы тот всегда оставался в сознании до оказания квалифицированной помощи. Сашка же, не смотря на то, что с виду был вполне цел, выглядел так, будто одной ногой уже стоял в могиле… Ну или, по крайней мере, серьезно раздумывал над тем, чтобы туда ступить.

Наконец, к облегчению Сергея, Рыжий открыл глаза, закашлялся и ответил:

— Да я сам толком ничего не понял, — он провел рукой по лбу, вытирая выступивший пот. — Черт, как пить хочется… Мы шли в раздевалку,

я шел первым. Немного задумался, открыл дверь и тогда он кинулся на меня. Воняло от него, скажу я вам, премерзко!

Мишка неопределенно хмыкнул, Сергей кивнул.

— Ну, вот… Он меня затащил в комнатушку, пару раз дал по сопатке, да еще зачем-то укусил в руку, идиот, — Рыжий ткнул пальцем в почти идеально ровную круглую рану на предплечье со следами запекшейся крови. — А потом уж извиняйте, вам лучше знать: я в себя пришел, когда меня уже грузили в этот катафалк…

— Ты почти час без сознания пролежал.

Сашка пожал плечами. Его лицо казалось уже не просто бледным, а каким-то мертвенно-серым, и Сергею это не нравилось.

— Приехали, — сказал Михаил, останавливая машину перед больничным крыльцом, на котором курили какие-то мрачные личности.

— Я пойду, найду врача — вдвоем, с моей ногой, мы его не дотащим, — сказал Сергей.

Мишка кивнул и ничего не сказал.

— Я быстро, — добавил Сергей и выбрался из машины. Когда он почти дошел до дверей больницы, начал накрапывать мелкий дождь.

2.

В больнице царил хаос.

Весь приемный покой оказался забит людьми, около справочной образовалась плотная толпа, что-то галдящая и добавляющая к гулу голосов истерический и злой оттенок. Мимо прошел мужчина, поддерживаемый под локоть молодой симпатичной девушкой. Он прижимал к щеке что-то вроде носового платка, насквозь пропитавшегося кровью, и, шагая с пустыми глазами (направляемый толи дочерью толи подругой), оставлял за собой на истоптанном полу ровные кругляши крови. Один из посетителей прошел за его спиной, наступив на каплю, даже не заметив ее, и на следующем следе оставив смазанный отпечаток кроссовки. Сергея замутило.

— Смотри куда прешь, образина, — здоровый мужик наступил на ногу Одинцову и, словно виноват был он, выпучил разгневанные глазки упитанного борова. От мужика разило как от пивного бочонка, простоявшего открытым на солнце этак с недельку.

— Извините, — пробормотал Сергей и отступил в сторону.

Ему сейчас было не до этого. Рыжему явно не становилось лучше, а тут еще это столпотворение… Непонятно, с чего это все? Что случилось? Сергей почувствовал, как где-то в животе зарождается неприятный, липкий страх. Что-то непонятное творилось, и эта толпа в больнице только усиливала ощущение странностипроисходящего. Он попытался припомнить, видел ли когда-нибудь такую кучу народа в приемном отделении и не смог. На ум все время приходила сцена из какого-то американского мультика, где толпа людей в белых халатах терпеливо ожидала перед огромными воротами, когда их, наконец, впустят в рай. Только эти люди вовсе не походили на тех, в мультике: в них было слишком много злости и недоумения. А доминировал над всем страх.

Сергей подошел к кучке людей, осаждавших регистратуру. Одна старушка что-то втолковывала уставшей женщине за окошком, которая выглядела так, будто сейчас десять вечера пятницы, а не утро понедельника. Очередь возмущенно гудела, но пока не решалась отстранить бабульку прочь, хотя, как чувствовал, Сергей, до этого оставалось совсем ничего. Воздух был пропитан нервозностью, злостью и страхом. За окном раздался вой сирены, скрип шин — похоже, к поликлинике подъехала очередная скорая. Несколько людей обернулось на звук, но никто не проявил особого любопытства — у всех, похоже, хватало и своих проблем.