Проделки купидона

Кинг Валери

Вместо этого Александра собрала всю свою волю и приготовилась к сражению, зная, что во что бы то ни стало должна добиться его согласия.

— Буду с вами откровенна, — сказала она. — Я хочу, чтобы вы дали бал через девять дней, в канун Хэллоуина.

Лонстон был так озадачен, что долго смотрел на нее, приоткрыв рот.

— Что вы хотите? — переспросил он в изумлении.

— Чтобы вы дали бал-маскарад.

Он засмеялся.

— Вы меня поражаете! Только вчера вы злились на меня и жаловались на мой дурной характер.

Что должно было произойти, чтобы вы посетили меня, — Лонстон медленно перевел взгляд на низкий вырез ее платья и снова взглянул ей в лицо, — с такой невероятной просьбой? Будь между нами более дружеские отношения, я был бы польщен и даже доволен.

— Значит, вы не окажете мне эту услугу? — спросила Александра, решив, что повела себя очень глупо.

— Я этого не сказал, только мне вдруг стало ужасно любопытно. Во-первых, почему вы хотите, чтобы я дал этот бал, а что еще более интересно, как вы намеревались убедить меня сделать это?

Дотронувшись до ее руки, он добавил, понизив голос:

— Хотя я не сомневаюсь, что вы способны убедить меня — мне вот уже два года это известно.

Александра тут же рассердилась. Она прекрасно поняла смысл этих слов, сопровождавшихся выразительным взглядом.

— Подумать только, — сказала она, вставая, — я чуть не забыла, что вы — не настоящий джентльмен.

Лонстон тоже поднялся и, взяв у нее из рук рюмку, поставил рядом со своей на столик.

— Потому вы и надели сегодня самый неприличный утренний туалет, какой я когда-либо видел? Хоть я и нахожу его абсолютно обворожительным. И как это ваша мать позволила вам выехать в таком виде?

Его слова и усмешка заставили ее почувствовать себя глупой девчонкой, которая залезла в материнскую баночку румян и была поймана на месте преступления. Ее возмутило собственное лицемерие.

— Ваши упреки справедливы, — сказала она, искренне глядя на Лонстона. — Я надеялась повлиять на вас любым способом, чтобы вы только согласились дать бал. И хотя моя мать видела это платье и была шокирована, она ни слова мне не сказала, ведь я совершеннолетняя.

Виконт смотрел на нее прищурясь, с чуть заметной улыбкой.

— Вы сегодня в высшей степени загадочны, — прошептал он, шагнув так близко, что Александра могла разглядеть темные крапинки в его карих глазах. — Какая удивительная прямота и откровенность! Скажите только, почему вы хотите, чтобы я дал этот бал?

Александра тем временем тщательно обдумала свой ответ. Она хорошо знала Лонстона и потому решила, что было бы тщетно пытаться его обмануть, но и сказать ему правду было невозможно.

— Потому что я желаю этого, — сказала она, твердо выдерживая его взгляд.

— Вы этого желаете и поэтому думаете, что я пойду вам навстречу? — Он придвинулся еще ближе, так что его брюки касались ее бархатных юбок.

Он был теперь слишком близко, и взгляд его был снова устремлен на низкий вырез платья. Ей стало трудно дышать, и

она с трудом могла смотреть ему в глаза. В голове ее промелькнули воспоминания о его поцелуях.

— Д-д-да, — пролепетала она, оглушенная стуком собственного сердца.

— Я предлагаю вам пари, — сказал Лонстон, не сводя с нее глаз.

— Пари? Какое пари? — Александра чувствовала его дыхание на своих губах. Мысли ее путались.

— Держу пари, что угадаю, сколько на вас нижних юбок. Если угадаю, вы меня поцелуете. Если ошибусь, ваш бал состоится.

— Идет, — отвечала она, даже не подумав о последствиях.

— Их шесть, — объявил он.

Александра покачала головой. Она хотела улыбнуться, но Лонстон был чересчур близко, так близко, что ноздри ее дразнил запах мыла, которым он пользовался для бритья.

— Я вам не верю. Мне известно из верных источников, что женщины всегда носят по шесть нижних юбок. Так сколько же их на самом деле?

— Всего пять.

— Так покажите!

Все это было так непристойно, что у Александры даже слов не нашлось.

— Нельзя! Вам придется поверить мне на слово.

— Я не дам бала, если вы не докажете мне, что на вас пять нижних юбок.

Только сейчас, когда дело приняло такой оборот, девушка несколько освободилась от наваждения.

— Хорошо, — сказала она, садясь. Опустив руки на колени, она слегка приподняла платье и предложила ему посчитать самому.

Лонстон, усмехаясь, опустился на одно колено.

— Ничего не вижу. Приподнимите платье повыше.

Александра, краснея, зажала в руках еще несколько дюймов голубого бархата.

— Раз, — начал он медленно, приподнимая край первой юбки. — Два. Очень мило. Вы всегда носите одну юбку из тафты между двумя муслиновыми?

Он поднял на нее глаза, и Александра, встретившись с ним взглядом, едва не задохнулась. Боже, до чего он хорош собой, подумала она, машинально кивая.

— Три. Четыре. Пять. У вас прелестная ножка, леди Александра.

К ее удивлению и крайнему смущению, Лонстон обхватил рукой ее лодыжку как раз над башмачком и чуть пониже края панталон. Сквозь шелковый чулок она ощущала тепло его руки. Это мгновение длилось бесконечно. Александра казалась себе кроликом, застывшим в свете охотничьих факелов. Голова у нее закружилась, словно под воздействием чар Энтероса. Что он делает? Уж не пытается ли соблазнить ее? Нет, этого она не позволит!

— Перестаньте! — прошептала она в панике.

Александра поджала ноги, опустила юбки и встала.

— Вы удовлетворены? — спросила она, отступая.

Ее напугало то, сколько удовольствия доставило ей это дерзкое прикосновение. Девушка понимала, что ей пора уходить.

— Вы удовлетворены? — повторила она, когда Лонстон снова шагнул к ней.

— Не совсем, — отвечал он хрипло и, прежде чем Александра успела увернуться, обнял ее и крепко поцеловал в губы.