Прочитай меня
Шрифт:
– У вас очень стойкие чувства, – смеется кто-то. Если Никита считает этих людей друзьями, то зря. Над ним смеются, так же, как раньше смеялись надо мной.
И я на их стороне.
Ворчливый незнакомец продолжает крутить в руках вилку, его настроение не улучшилось.
– Как была слепой, так и осталась! – заявляет и отворачивается к сцене.
Эти слова цепляют, и я дергаю Никиту за рукав.
– Кто это? Откуда он меня знает?
– Ты что, не узнала? – удивляется. – Хотя… я его часто вижу, поэтому привык. Это Егор!
– Егор? – Жду пояснений от Никиты, но получаю ответ от
– Воронцов, – бросает через плечо, обжигая меня усмешкой на перекошенном лице.
Его гримасы и раньше показались знакомыми, но даже сейчас, зная, кто он, я его не узнаю. После школы прошло всего пять лет, но… Сидящий передо мной мужик выглядит так, будто съел щуплого лохматого заучку, с которым мы проучились одиннадцать лет.
– Правда, что ли… Егор? – спрашиваю потрясенно. Так же, как одноклассники спрашивали меня на вечере встреч.
Он не спешит оборачиваться, только машет рукой, чтобы я замолчала. Ах да, аукцион.
В торгах остались трое, Королев-старший не сдается, нервно ерзает после каждого повышения цены.
– Идиот! – зло выдает Никита, глядя на отца. – Лучше бы мне деньги отдал.
Егор бросает острый взгляд через плечо. Смотрит он, конечно же, на меня, а не на Никиту, и на его лице осуждение. Вызывающе задираю подбородок, хотя внутри все сжимается от стыда. Я надеялась, что пришла на вечер инкогнито, а оказалось, у моего позора есть свидетель, старый знакомый. Школьный заучка, преобразившийся во взрослого мужчину.
Неудивительно, что я не узнала Егора. Щупленький, невысокий, он увлекался «Звездными войнами» и старался походить на одного из героев, поэтому отказывался стричься. Из-под буйной шевелюры торчал кончик веснушчатого носа. Учителя жаловались, но родители всегда вставали на сторону сына. Хочет растить космы до плеч – пожалуйста, его право. Хочет носить в портфеле световой меч из «Звездных войн» – пусть носит, ведь он никому этим не вредит. После уроков Егор накидывал плащ джедая, доставал меч и гордо шел к родительской машине.
Вспоминаю об этом и улыбаюсь. В старших классах Егор перестал размахивать мечом, но так и не постригся. А теперь он вырос, накачал груду мышц и выглядит так, словно съел трех школьных Егоров. Похоже, не одна я страдала комплексами по поводу внешности, и еще одному однокласснику удалось изменить себя в лучшую сторону. Однако на вечера встречи он не ходит, я не видела его на прошлых фотографиях. Егор всегда знал себе цену. В отличие от меня ему не нужно что-то доказывать одноклассникам.
Почувствовав мой взгляд, Егор дергается, как будто стряхивает его. Пожимаю плечами. Насильно мил не будешь. Егор всегда был острым на язык. Одноклассники считали это завистью – куда уж ему, мелкому и немощному, до парней типа Никиты! Но Егор срывал звезды в других местах – бесконечные олимпиады по математике, не только городские, но и по стране. Умный парень, ничего не скажешь. Его не слишком доставали и не дразнили, было в нем что-то особенное. Незримое превосходство, заставлявшее парней обходить его стороной и не задирать, а порой и обращаться за помощью, в которой он никогда не отказывал. С раннего детства Егор знал, кто он такой и чего стоит, и остальное его не волновало.
Мы не виделись и не общались
Никита ерзает, не может усидеть на месте. Аукцион его не интересует. В то время как остальные следят за действом, он перебрасывается взглядами с женщинами за соседними столиками и одновременно что-то ищет в вырезе моего платья.
Если бы во мне осталась хоть капля влюбленности, я бы расстраивалась. Ревновала бы, негодовала из-за его поведения. Надеюсь, что Изабелла тоже переросла чувства к Никите.
Допив вино, он вертит головой в поисках официанта.
– Должно же у них быть что-то покрепче…
– По-моему, тебе уже хватит, – говорю осторожно.
– Да ты что, детка, я только начал. Я большой мальчик, – весело дергает бровями и добавляет: – во всех отношениях!
Я выскальзываю из его рук, силясь скрыть отвращение, но моя гримаса не ускользает от Никиты. Выругавшись и оттолкнув стул, он уходит в направлении бара.
Королев-старший бросает на меня встревоженный взгляд. Пусть уволит меня с почетной должности няни, но я не пойду за Никитой. Если он ввяжется в драку, так тому и быть. У моей ответственности есть пределы, и я только что их достигла.
Под всеобщие аплодисменты Королев-старший выигрывает лот. Он только что потратил сумму, в десяток раз превосходящую мой заработок за год.
Пока готовят новые лоты, ведущий объявляет перерыв.
– Значит, ты визажист.
Я не сразу нахожу источник голоса. В присутствии Никиты Егор вел себя грубо и невежливо, и я не ожидала, что он снова со мной заговорит.
– Да, – отвечаю неохотно.
– Другими словами, ты помогаешь женщинам обманывать мужчин, приукрашивая их внешний вид.
Это типичный для Егора выпад. Он изменился только внешне, а внутри так и остался непроходимым занудой.
– Именно так и написано на моей визитке.
– Внешний глянец – это ложь, – непримиримо говорит он. Остальные заняты разговорами, поэтому не обращают на нас внимания.
– Если так, то зачем ты накачал мышцы? Выглядишь так, будто съел прежнего Егора.
Поджав губы, он комкает салфетку и отбрасывает в сторону.
– Я сделал это ради здоровья.
– Пусть ты сделал это ради здоровья, но все равно мышцы придают тебе внешний глянец. Так что никакая это не ложь, а способ самовыражения. Твоя внешность изменилась, но темперамент остался таким же очаровательным, как раньше, – говорю язвительно.
– Я удивлен, что ты заметила мои мышцы. Неужели тебе наконец удалось оторвать взгляд от Королева? – Егор насмешливо изгибает бровь и, наклонившись вперед, сжимает в руке многострадальную вилку. Я уязвила его, и вот прилетел ответ. – Надеюсь, ты не питаешь пустых надежд. Никиту женят на Изабелле, это без вариантов. Их родителям нужно слияние компаний, они готовятся к этому уже второй год. На рынке новые конкуренты, большие универсамы, и магазинам поменьше не справиться по отдельности. Поверь мне на слово и не питай иллюзий.