Пробуждение
Шрифт:
Именно в таком порядке. Ведь разные железы вырабатывают разные гормоны, которые в свою очередь выполняют разные задачи.
Первый из участников процесса контролирует всю эндокринную систему. Второй вырабатывает соматотропные гормоны, которые стимулируют рост костей, мышц и других тканей. Вилочковая железа предотвращает патологический рост клеток, и без её разрешения нормально ничего нового не вырастет. Надпочечники не только угнетают воспалительные процессы, но и являются универсальным для особей любого пола производителем эстрогенов,
После ознакомления с описанием вырабатываемых гормонов и их ролью в организме, эмоциональный посыл для каждой из областей стал более понятным.
А результат я так и не получил, как не старался. Пришлось сделать шаг назад и вернуться к более простым организмам.
У растений, как оказалось, нет специальных органов для выработки фитогормонов, но есть места, где они концентрируются в бoльшем количестве. Так же и у грибов.
И если, например, для исцеления, воздействовать не на место пореза, а на скопление фитогормонов, то на получение результата тратится гораздо меньше энергии.
Уже не нужно тянуть энергию пациента в сторону оздоровления. Достаточно стимулировать нужный процесс и задать ему направление. А для этого нужно предложить выгодную концепцию объекту воздействия. Тот образ, к которому он сам будет стремиться изо всех сил. И когда я допёр, как воздействовать на грибы, то понял почему не получалось с животными.
Предлагаемую энергию, организм пациента, осваивал сам, как мог. А у меня не было достаточно контроля, чтобы не только направить такой сложный процесс, но и удержать его в нужных рамках.
Ведь я старался привести организм к результату, который был нужен мне.
Но проработав более детально эмоциональные образы, которые передавались к железам вместе с праной, мне удалось запустить процесс, которого желала сама мышь. И то, что она при этом спала, роли вообще не играло.
Организм уже знал о потере, стресовал, вырабатывал кортикостерон, готовился выживать в новых условиях. И тут ему предложили снова стать полноценным, завершённым, счастливым.
Мастерство, оказалось, не в том, что бы всё самому сделать, как нужно. А в том, что бы пациент сделал всё сам, а был благодарен тебе.
* В то же время * Фракция Небесной Жемчужины *
Прекрасный солнечный день, и приятная прохлада в тени деревьев. А ещё и отличная премия в ближайшем будущем. И ни что из этого не могло поднять ему настроение. Наоборот, он был готов сильно доплатить, чтобы оказаться, как можно дальше от этого места.
И Нурамин был не одинок в таком желании, но был вынужден, медленно продвигался вперёд. Хотя, он бы предпочёл идти ещё медленней, но командир бы этого точно не одобрил. И выразится, его неодобрение могло в таких формах, которые стражнику совершенно бы не понравились. Да, его не стали бы убивать или даже
Долбанные пчёлы! Долбанная смена! Долбанный Изман! Ну, какого чёрта, этот сын шакала и свинья проиграл ему свою очередь на караул в деревне. А? Как знал, ублюдок, что не успеют они, как следует, селяночек повалять. Если боги дадут ему возможность выбраться отсюда живым, если он вернётся… Нет, когда он вернётся, этот щербатый картёжник лишиться последних зубов.
Накручивая себя такими мыслями, чтобы не дать стрекача, воин продолжал идти вперёд. Ни выучка, ни наличие рядом других солдат, ни даже близость штурмовых магов не могла унять его страх. Наоборот, штурмовики его только усиливали.
Если Рой атакует их построение, то волшебники без раздумий ударят по пчёлам. И никто не будет ждать, пока стражники выйдут из зоны поражения. Одна надежда, что атакуют не их группу, всё же в лес они втягивались несколькими колоннами. Так что шанс выжить был.
В то, что пчёлы могут кинуться на рабов, идущих перед ними, Нурамин не верил. Надеялся на это, но верил. Уж слишком много страшных слухов ходило о разумности этих насекомых. С них бы сталось пропустить передовой отряд и ударить в тыл. Но маги скрыли своё присутствие, так что он вместе с товарищами по оружию этим самым тылом и был.
— Ох, пресвятая Система и все системные боги, только помогите выбраться отсюда живым, и следующие три месяца я буду оставлять в храмах ту часть содержания, что раньше тратил на шлюх и выпивку. Только помогите выбраться, — одними губами произнёс стражник.
Очень может быть, что идущие рядом возносили похожие молитвы. Слов, конечно, никто не произносил. Еще не хватало привлечь к себе внимание, но губы шевелились у многих. Это он успел подметить, когда крутил головой, высматривая опасность и надеясь, что её рядом нет.
Пока спереди не раздался жуткий рёв.
— Вперёд, черти, — отреагировал десятник. — Тройку последних, лично сгною.
Строем по лесу особо не походишь, но перемещаться по одному было слишком опасно. Отсюда и появилось такое деление. Десятник и три тройки, которые и с разных сторон атаковать могут, и кого-нибудь массивного сразу на несколько альшписов принять, и спину друг другу прикрыть при необходимости.
Сжав зубы, Нурамин кинулся между деревьев так, чтобы выйти на источник шума по дуге, и топающие рядом напарники не стали возмущаться такому выбору маршрута.
Поэтому они не были первыми, кто добежал до беснующегося раба. Им повезло.
Тот стоял посреди не большой поляны и что-то ревел. Ровно до тех пор, пока не увидел других стражников, на которых и кинулся с яростью берсеркера.
Попытка встать плотнее, сыграла с воинами страшную шутку. Выставленные альшписы были частично сметены топором, а частично проигнорированы. После этого безумец, что не обращал внимания на собственные раны, и, разрезая щиты, в несколько взмахов обезглавил стражников. Те не успели даже рассредоточиться, так велика оказалась скорость раба.