Пробурить Стену
Шрифт:
— Странные отношения, — буркнул он. — А если не даст?
— Может и не дать.
— Ни один мужик не будет тратить своё время зря на какую-то там Мокошь, которая ещё «может и не дать», — пробурчал он и ожидал пинок от Валькры, но та концентрировалась на том, чтобы удержать содержимое своего желудка. — Тебе плохо? — сообразил он.
— Всё в порядке, — одними губами прошептала она. — Пойду воздухом подышу.
Валькра вышла, Ник с круглыми глазами пододвинулся через стол ближе к нам:
— С ней всё в порядке?
— Токсикоз,
Ник медленно вернулся на место, прожёвывая кусочек мяса. Глаза его сделались стеклянными.
— У вас девочка, — улыбалась во всю Сеамни.
Ник медленно перевёл на неё взгляд круглых глаз на бледном, заросшем лице.
— Наверное, давно пора, — проронил он и тут же оживился. — А где тут врач, чтоб показаться? Ей же сейчас тяжести нельзя! А рожать тут как? Сеамни, ты умеешь роды принимать? А мне нужно будет присутствовать?
Его руки мелко задрожали.
Я оставил их, вышел из-за стола, слыша отдалённый призыв самого Ворвуса.
Шиярец не верит ни в кого. Ни в Беллатора, ни в меня. Но продавать его другому божеству? Почему-то это звучало грубо. Среди всей грязи, которую я творил, эта грязь казалась мне наиболее мерзкой.
Я почуял зов, откликнулся на него и, пролетев по астралу к нужному месту, встал на мягкую землю, сразу увидев несколько растерзанных тел гноллов. Один ещё дёргался, пытался куда-то ползти с несколькими рваными ранами в районе живота. За спиной моей стояли четверо: человек и трое орков.
— О, парни, вы тоже здесь, — обернувшись, сообщил я. — Пришло время…
Я почуял хищный и полный ненависти взор недобитого лешего, который никуда не ушёл, на мгновение отвлёкся и потерял контроль над телом.
Ворвус перепугался, орки тоже принялись смотреть по сторонам. Через вздох я встал, отряхиваясь. Ворвус, весь перемазанный в чужоё крови, с длинным ножом в руке и левой половиной тела, закованной в латы, выглядел вначале встревоженным, но после вздохнул и побледнел.
— Я готов принять неизбежность, я готов идти на смерть.
Он стал на колени, протягивая мне нож.
Шиярцы ушибленные на голову.
— Вот и хорошо. Значит ты согласишься служить Беллатору до конца своих дней?
Он похлопал глазами.
Орки стояли, словно статуи, ни слова не говоря. Когда-то из Аннуриена уходило четверо, сейчас же их было трое: воодушевлённых, дерзких, гордых собой, но значительно помятых.
— А вас я зову драться, как и обещал. Идёте?
И по лицу Ворвуса, и по мордам орков я уже знал ответ.
Глава 7. Змеиное гнездо
Энейя
23-ий день Деток
12 дней до штурма
К концу дня Энейя стала видеть результат и приблизительно представлять, с кем имеет дело. Бес, демонесса
— Я не знаю, не знаю, не знаю! — причитала девушка.
Энейя опустилась к ней на корточки. Заплаканное лицо, колотящиеся расцарапанные руки, безумные, ничего не понимающие глаза. Даже немного сочувствовала ей. Первым порывом было дать пощёчину — эльфийка сдержалась и взяла девушку за подбородок, заглядывая в глаза.
Там был лишь страх.
Цепь сильна по слабейшему звену.
— Как твоё имя? — спросила Энейя.
— Диэ, госпожа Темноликая, — всхлипнула тифлинг.
Энейя задумалась. «Что же мне с ней делать теперь? Была бы на ярмарке — нашла бы другую. Она старается, однако этого мало».
— Хорошо, Диэ. Дыши и смотри на меня, — приказала Энейя.
Прошло не меньше пяти минут прежде чем Энейя почувствовала, что Диэ приходит в себя. Теперь главное не спугнуть.
— Я бы хотела тебя пожалеть, Диэ, — произнесла после долгого молчания тихим шёпотом тёмная эльфийка. — Но жалостью не поможешь, потому попробую помочь советом, — она улыбнулась. — Иди домой, иди и поспи хорошенько — это мой приказ. А пока будешь идти, вспоминай всё, что ты сегодня ощущала и до чего касалась. Каждую деталь, каждую мелочь. Соединяй всё воедино. Концентрируйся так, чтобы ничего больше в твоей голове не было. Поняла?
Диэ утёрла слёзы и кивнула. Энейя помогла девушке подняться с холодной земли.
Солнце село, мир погрузился во мрак. Брума не зажгла огней, лишь слышны стали вопли и крики, раздававшиеся из разных мест: и внутри города, и снаружи, в лесу. Где-то там, за пределами поляны, притих и выжидает Аш, наблюдая за Энейей — это придавало решимости и уверенности в своих действиях.
Диэ уже развернулась, собираясь уходить.
Пряник дали, теперь кнут.
— Завтра, Диэ, мы повторим и ты мне ответишь. Правда ведь? Ты же не хочешь, чтобы мастер Шатурнэ прознал о нашем маленьком недоразумении?
Диэ сглотнула, руки её мелко задрожали, однако она держала себя в руках.
«Спать не будет, но головоломку в кучу соберёт».
Стоило ей скрыться из виду, как на виду оказался Аш, положив руку ей на ягодицу, периодически её пожмякивая. Молча они направились в город.
— Что скажешь? — спросила вдруг его мнения Энейя.
— Демоны как демоны, только ещё и маги — змеиное гнездо, Темноликая дора, — отозвался Аш.
— Гнездо… Я что-то не заметила, — нахмурилась Энейя.
При ней все вели себя чинно и благородно. Не увидела она и конфликтов между учениками Шатурнэ — это настораживало.