Проблеск надежды
Шрифт:
Глава 13
За годы работы рядом с отцом Трэвис усвоил среди прочего одно правило: если пришла в голову хорошая идея, не раздумывай долго – приступай к ее осуществлению. «Если слишком много размышлять, весь запал пропадет, – любил говорить Чарльз. – Великая вещь – запал».
Поэтому Трэвис не стал долго обдумывать пришедшую в голову мысль и в среду утром позвонил в редакцию «Глоб», где работал Холден Нэш.
– С удовольствием пообедаю с вами, – сказал обрадованный критик. – У меня даже есть
Парковка возле «Траттории», расположенной неподалеку от Саусалито, была заполнена лишь наполовину, когда Трэвис в тот же день около полудня приехал туда. Пребывая в прекрасном настроении и тихонько напевая себе под нос, он посмотрелся в зеркало заднего вида своего красного спортивного «феррари», чтобы проверить, в порядке ли прическа. Убедившись, что выглядит как нельзя лучше, он вышел из машины и быстро направился к ресторану.
Холден Нэш был грузным мужчиной, причем значительная часть избыточного веса сосредоточилась вокруг пояса. Его светло-карие глаза прятались в складках жира, а седая бородка на лунообразном лице делала его похожим на страдающего ожирением профессора.
Хотя за последние несколько лет традиционные предпочтения в еде у миллионов американцев в корне изменились, его привычек это совсем не коснулось, потому что еда была не только страстью Холдена Нэша, но и источником средств существования.
Он был одним из самых известных в Калифорнии ресторанных критиков, и его репутация тонкого знатока кулинарного искусства создала ему имя, которое было у всех на слуху. Редко кто из поваров и рестораторов не испытывал благоговейного ужаса перед человеком, которого многие называли «Великим».
Трэвис познакомился с ним четыре года назад после написанного им весьма неблагоприятного отзыва об открывшемся в отеле «Линдфорд» ресторане под названием «Дежа вю». Трэвис не стал оспаривать мнение «Великого» и, запрятав подальше уязвленную гордость, послал Нэшу ящик его любимых гаванских сигар, поблагодарив за то, что тот указал ему на недостатки ресторана.
Несколько месяцев спустя, когда в ресторане работал новый повар, Трэвис пригласил критика посетить их снова. На этот раз «Дежа вю» получил четыре звездочки и блестящий отзыв.
Трэвиса мало беспокоило, заслуживал ли ресторан такой оценки, или же в этом сыграли свою роль многочисленные знаки внимания Холдену и членам его семьи, включая длительное пребывание в уютном зимнем домике Трэвиса в Юте. Важен был результат.
Теперь, когда они сидели друг против друга за столом, Трэвис, с улыбкой посмотрев на целую гору фетучелли на тарелке критика, заметил:
– Вы, я вижу, проголодались.
– Умираю с голоду. – Холден Нэш намотал на вилку утопающую в соусе лапшу, поднес ко рту и даже закрыл глаза от наслаждения. – Изумительно, – сказал он с видом человека, находящегося на грани восторга. – В сливочном соусе чувствуется капелька чистого
Трэвис, не способный отличить «Эйшаго» от заурядной головки сыра, едва не поморщился от брезгливости. Он презирал привычку пробовать пищу с чужой тарелки и сейчас не собирался отступать от своего принципа даже ради Холдена Нэша.
– Нет, благодарю. Боюсь перебить вкус лососины, которую заказал.
Он сделал глоток «Пино Грижио», подержал вино во рту. Да, Холден знал толк в винах.
– Я благодарен за то, что вы откликнулись на мое приглашение без предварительной договоренности. Я знаю, что вы очень занятой человек.
– Для вас я всегда найду время, Трэвис. Трэвис положил в рот кусочек лососины.
– Как идут дела у ресторанных критиков в наши дни? Трудновато вам приходится?
Холден пожал плечами:
– Еще бы не трудновато после двадцати пяти лет работы.
Для Трэвиса не было секретом, что Нэш устал. Проработав четверть века в «Глоб», он был готов взяться за любое другое дело, осваивать новые горизонты. К сожалению, на человека, который только что отпраздновал шестидесятилетие, предложения с неба не сыпались.
До настоящего момента.
– Вам никогда не приходило в голову, что вы зря растрачиваете свой талант, работая в «Глоб»?
– Не раз. Но что толку сетовать на судьбу, если ничего не можешь изменить?
Трэвис задумчиво перекатывал вилкой на тарелке зеленый горошек, слегка обжаренный в оливковом масле.
– А что, если у меня есть для вас предложение? Кое-что увлекательное по вашей части?
Холден продолжал есть, хотя стал помедленнее жевать.
– Я попросил бы рассказать поподробнее. Трэвис положил вилку и наклонился к нему через стол.
– Вам известна местная телевизионная студия, которую мне оставил отец?
– Да, конечно, известна. – Холден оторвал глаза от тарелки. – Вы, помнится, говорили мне, что собираетесь ее продать, потому что она почти убыточна.
– Правильно. Но, к сожалению, покупателей не нашлось.
– Зря экономят. – Холден обмакнул кусочек хлеба из кислого теста в густой соус и оставил его пропитываться.
– Вот именно. Поэтому я решил сохранить студию, но перепрофилировать ее. – Он наклонился еще ближе к Нэшу. – И вы мне в этом поможете.
На этот раз Холден оторвался от тарелки и уставился на Трэвиса.
– Я?
– Я намерен произвести коренные изменения в работе студии. Я хочу привлечь новых рекламодателей, более высокого класса. А для этого мне нужно предложить такие программы, которые придутся по вкусу более искушенной зрительской аудитории.
– Что вы имеете в виду?
– Новую серию обозрений по самой популярной на сегодняшний день тематике: жилище, путешествия, красота и, конечно, еда.