Пробежка ввысь

Хвалев Юрий Александрович

– Пошли, - беря под руку тренера, сказала тётя Клава.

Савва Кузьмич не сопротивлялся. Они вошли в небольшую комнату, уборщица предусмотрительно заперла дверь.

– Наливочки выпьете?

Савва Кузьмич кивнул.

Тётя Клава быстро накрыла на стол.

– Я могу вам помочь, Савва Кузьмич. Я играю в футбольный тотализатор уже давно и с большой вероятностью знаю: кто, как сыграет. К тому же у меня ушки на макушке, человеку свойственно говорить, а я по долгу службы имею возможность слушать. То, что вы, вернее те, кто за вами стоит, заплатили инспектору, ещё не о чём не говорит.

Тут игры серьёзнее, чем вы думаете. Я потом вам всё расскажу. У инспектора есть одна проблема. Он безумно любит свою жену, но у неё есть любовник. Давно есть. Но кто он, инспектор не знает. Что он только не делал, кого только не нанимал. Всё тщетно. Вот за эту новость он многое даст.

– Почему вы так думаете?

– Я не думаю, я знаю. Вы подойдёте к нему и скажете, что знаете любовника жены. Вот и всё. А потом уж просите чего вам надо…

– А вам?

– Мне... – тётя Клава засмеялась. – Я женщина одинокая, мужчинами не избалованная. Как там у поэта: «Любви все возрасты покорны»…

– Я согласен…

– Я так и думала. Только, Савва Кузьмич, не обманите, - тётя Клава снова засмеялась.
– После того как инспектор согласиться на ваши условия вы мне позвоните. Вот моя визитка.

Савва Кузьмич пустился на поиски инспектора. Как он и ожидал, тот снова напутствовал судью эротическим массажем. Второй тайм судиться будет непросто, возможно, поэтому жесты инспектора казались проникновеннее. Тренер подошёл и бесцеремонно оттащил инспектора.

– Вы что себе позволяете? – возмутился инспектор.

– Я знаю любовника вашей жены, - чеканя каждое слово, сказал тренер.

– Что? А-а-а… Кто он? Я вас умоляю, скажите, кто он? Я заплачу…

– Сука, ты продажная, инспектор. Мне нужна победа, ты понимаешь, победа!

Инспектор опустился на пол и как маленький ребенок заплакал.

– Вставай! – пригрозил Савва Кузьмич. – Иди, дирижируй в мою пользу!

Второй тайм, как утверждают комментаторы, прошёл в интересной, бескомпромиссной борьбе, и победу добыл тот, кто больше этого хотел, то есть Савва Кузьмич.

…Войдя в комнату, Савва Кузьмич глубоко вздохнул; приятный запах до краёв наполнил лёгкие. Пахло цветами и нетронутой постелью.

– Клава… М-м-м… Юрьевна, - прошептал Савва Кузьмич. – Спасибо…

– Не за что… - прошептала в ответ тётя Клава и приблизилась к тренеру-победителю.

ПРО ХВОСТ

Молодые могут умереть, старые – должны

Г. Лонгфелло

За несколько минут до наступления вечера Василий, чиновник по госзакупкам, проникся ненужной спешкой. Взглянув на настенный циферблат, он в суете сует прошёлся по кабинету туда-сюда, затем поспешил сверить время с наручными часиками. Они, ориентируясь на швейцарское эталонное время, всегда показывали точно, а вот настенные, витая в провинциальных облаках, притормаживали. Разница в несколько минут расстроила его настолько, что он вынул из-за пазухи камушек и, отсчитав от стены, на глазок метров пять, прицелился. Стрелки циферблата, отделавшись лёгким испугом,

ускорились (именно в них метил Василий), но разница в несколько минут всё равно сохранилась, так как эти часы были из глубинки, где, собственно, и родился Василий. Часы с разницей в несколько минут, чтоб не забывал родовые корни, ему подарила бабуся (так он её называл). К ней, собственно, чиновник и поторапливался.

Ручные часики, заведённые на вечер, приметно свистнули, напомнив Василию о деньгах, которые необходимо было захватить. Циферблат же, не умеющий свистеть, в знак протеста, произвёл скрежет шестерёнками, похожий на кашель заядлого курильщика.

Так как рабочий день, так или иначе, закончился, Василий передумал бросаться камушками. Выйдя из кабинета, он сунул камушек обратно за пазуху.

Приёмная была пуста. Лишь на диванах, где сидели посетители, от ягодиц остались специфические разнокалиберные вмятины.

Увидев у секретарши на столе табличку «Ушла в ясли за ребёнком», чиновника передёрнуло, так как её ребёнок пака не родился. И не должен родиться, потому что Василий требовал прервать беременность.

Грубый шантаж секретарши произвёл впечатления, левый глаз Василия бессознательно задёргался. Порывшись в ящике её стола, он кое-как нашёл приемлемую для себя табличку «Ушла на консультацию к гинекологу».

«Лучше договориться по-хорошему, - положив деньги в ящик, Василий немного успокоился, но тот, в свою очередь, не хотел закрываться, поэтому пришлось добавлять.

Чиновник уже уходил, как вдруг:

– Апчхи…

– Кто здесь?!

Василий вздрогнул и, взглянув в сторону «чиха», насторожился. За шторой кто-то прятался.

– Я…

– Кто это я?

Из-за шторы вышла невысокая, полная девушка, чуть смущённая, возможно, тем, что для неё этот разговор должен был начаться как-то по-другому.

– Меня зовут Валя, я насчёт памперсов.

– А-а-а! Я же вам всё сказал: памперсы для доярок мы уже закупили!
– Василий неосознанно повысил голос. – Девушка, тема закрыта.

– Но наши памперсы дешевле, - настаивала Валя, – потом не забывайте они отечественные.

– Только не нужно обвинять меня в антипатриотизме. А качество, где?
– Василий выглядел убедительно. – В закупках всё решает качество! Потом поставленную задачу: поднять производительность труда у доярок за счёт ликвидации времени на отправления естественных надобностей мы выполнили.

– Но…

– Главное для страны молоко, так что, пожалуйста, без но… - Василий направился к выходу. – Простите, рабочий день закончен, мне пора.

– Но последние испытания показали, - Валя преградила чиновнику дорогу. – Наши памперсы впитывают лучше.

– Тогда дождитесь нового тендера, - Василий заложил вираж. – Будьте терпеливее.

– Отмените сделку.

– Это невозможно.

– Я буду жаловаться.

– М-м-м, зря.

Выскочив наружу, где в февральском вечере рассыпалась ледяная, манная крупа, от которой пахло бакалеей, чиновник юркнул в проходной двор. И хотя до кладбища, где рядом жила бабуся, было рукой подать, Василий, естественно, осторожничал, поэтому и решил дать круголя. Ему мерещилось, что кто-то идёт следом.