Пристанище
Шрифт:
– Младший лейтенант, – вмешалась Марта Торрес, помахивая стопкой листов, – я сверила список тех, кто поселился в общежитии в здании бывших конюшен, со списком участников Международного конгресса спелеологов, но совпадений не обнаружила.
– А преподавателей ты тоже посмотрела?
– Да.
– И Астрид Штраусс?
– Она не участвовала в конгрессе.
– Но она могла просто поехать туда, – сказал Камарго. – Редондо говорила, у Штраусс сильный акцент, а Карсавину видели в компании женщины, которая говорила с иностранным акцентом. Что за странное
– Так, капрал, давайте-ка займемся делом, – распорядился Сабадель. – Там тысяча участников из разных стран, и у всех акцент!
– Но это все равно что искать иголку в стоге сена, – уныло протянула Торрес.
– Есть еще кое-что, – вдруг подал голос Субисаррета.
Все повернулись к нему в ожидании очередной философской сентенции.
– Ну что там у тебя? – поторопил его Сабадель.
– Содержимое желудка Карсавиной.
Сабадель закатил глаза:
– Боже, до чего же ты странный тип. Что у нее не так с желудком?
– Карсавина перед смертью ела морепродукты, что-то вроде рыбного салата, лангустов. Я проверил – это из меню воскресного обеда, раздел “закуски”.
– Обеда? – удивилась Торрес. – Но результаты вскрытия показали, что она ела незадолго до смерти, то есть уже вечером.
– Такое вполне возможно, – самодовольно улыбнулся Субисаррета. – Потому что необязательно было есть в столовой. Видимо, участникам позволялось брать с собой еду в контейнере.
– Логично, – отозвался Камарго, – “все включено”, как в отелях! На случай, если кто-то соберется лезть в какие-нибудь пещеры. Судя по всему, в программе значилось посещение долины Асон.
– Ну и как ты себе это представляешь? – вопросил Сабадель. – Карсавина отправилась гулять по пещерам в компании убийцы, а тот, сама доброта, перед убийством накормил ее едой из контейнера? Отличная теория!
– Сомневаюсь, что они пошли бы в пещеры в темноте, – возразил Субисаррета. – К тому же Карсавину, если вспомнить способ убийства, должны были сначала раздеть. Вряд ли она стала бы раздеваться по собственному желанию прямо в пещере, а она, судя по всему, добровольно вступила в сексуальные отношения с убийцей. Так что это произошло в самом фонде или где-то поблизости, в укромном месте.
Сабадель пощелкал языком, изумленно глядя на него.
– Да наш философ – настоящий Пуаро. Я все передам лейтенанту. – Он поднялся из-за стола и добавил: – Что-то еще?
– Да, – кивнул Камарго, – только что прилетело сообщение от криминалистов, они осмотрели комнаты этих трех типов, но еще предстоит проверить отпечатки. Также они осмотрели найденные вещи Карсавиной. Там оказались ее ноутбук и телефон, они даже без пароля. Пока ничего подозрительного, хотя нужно повнимательней изучить содержимое жесткого диска и список звонков. Отпечатков на чемодане и сумке нет – похоже, их протерли, но, возможно, что-нибудь все-таки удастся обнаружить.
– Ясно. Убийца уничтожил следы, – заявила Торрес.
– Это не так уж сложно, – согласился Камарго. – Немного уксуса, воды и лимонного сока – и отпечатков как не бывало, поверь. – Он подмигнул ей.
Марту
– А отпечатки ушей? Что-нибудь известно?
– Следы едва заметны, качество снимков не очень хорошее. Не знаю, повезет ли тут, мы и так на них давим.
– Так, новости есть? – В кабинет вихрем влетела Валентина.
– Как раз собирался отчитаться, лейтенант, – подхватился Сабадель. – Мы думали, вы сейчас на допросе.
– Так и есть, заскочила кофе хлебнуть, не могу больше.
Сабадель сообщил Валентине новые сведения, пока она пила кофе. После чего Валентина вернулась в допросную, где уже начали беседовать с Артуро Дюбахом. Дюбах ей даже нравился, ее позабавила история про ген авантюризма, рассказанная мужчиной, производившим впечатление самого здравомыслящего человека на свете.
Когда лейтенант Редондо вошла в комнату, Артуро Дюбах допивал сок.
Сержант Ривейро продолжил допрос:
– Значит, три недели назад вы были в Исландии, верно?
– Клянусь всеми святыми, мы в этой Исландии себе все отморозили! Провели там полторы недели, можете проверить даты, путешествие запланировали три месяца назад.
– “Мы” – это кто?
– Я и мои студенты, кто же еще! Я преподаю геологию, а разве есть на свете место лучше Исландии для учебной поездки? Сержант, представьте себе, этот остров существует только благодаря сочетанию ледников и геотермальных источников. Земля льда и пламени, понимаете? Гейзеры, активные вулканы… Невероятный материал для исследования, уж поверьте.
Ривейро кивнул, впечатлившись энтузиазмом допрашиваемого. Артуро с подозрением посмотрел на него:
– А зачем вам знать, где я был три недели назад?
– Потому что в это время убили Хельмута Вольфа, сеньор Дюбах.
– А я-то здесь при чем?
– Разумеется, ни при чем. – Ривейро посмотрел на Валентину, которая доверила ему допрос Дюбаха. – А вчера в шесть часов вечера чем вы занимались?
– Наблюдал за последними соревнованиями на спелеоолимпиаде. Весь вечер торчал там после того, как мы с вами попрощались. Можете проверить. Я член оргкомитета и отвечаю за то, чтобы все прошло как надо и обошлось без травм. Разумеется, это совсем не то же самое, что настоящие пещеры, а скорее игра. Понимаете?
– Конечно, понимаю. А когда вы последний раз виделись с Карсавиной? Я имею в виду, до конгресса.
– Ох, давно… – Артуро помолчал, словно пытаясь вспомнить. – Наверное, два года назад, во время поездки по Кантабрии. Из нас троих с ней часто виделся Паоло, они периодически работали над одними и теми же проектами.
Тут вмешалась Валентина:
– Расскажите нам о Паоло, сеньор Дюбах. Только, пожалуйста, честно. Какие отношения связывали их с Вандой Карсавиной?
Артуро вздохнул, он явно сознавал, что любое сказанное им слово могут использовать против его друга.