Приручить Цербера
Шрифт:
— Не помню.
— И как он?
Тимошка промолчал. Он был истинный телохранитель: ни лишнего слова, ни лишнего жеста. Жутко перекаченный, но при этом ловкий.
— Анастасия Николаевна, шли бы вы спать, — наконец попросил он, и Настя, тяжело вздохнув, поплелась назад по подъездной аллее, как недобитая цапля. Свернув немного за деревья, она вдруг пронзительно закричала, как если бы на нее напал тираннозавр. В общем, убедительно сработала, и Тимошка вместе со вторым охранником кинулся ей на спасение. В окне на втором этаже загорелся свет.
Стоило охранникам поравняться
Не зря Настя занималась столько лет гимнастикой и воздушным танцем: она с разбега запрыгнула на ворота и, вскарабкавшись, легко перемахнула через острые пики, не пропоров себе живот, как представлялось в мыслях. Тимошка уже был в нескольких шагах, когда Настя спрыгнула на землю, отбежала — и со всего маха ударилась в чью-то грудь в оранжевой униформе. Подняла голову и обомлела.
— Летов, — ахнула Настя, повиснув у него на шее. Рядом, взвизгнув шинами, затормозила машина, и Данила, распахнув дверь, затолкал Настю на заднее сиденье, повалившись рядом.
На месте водителя оказался Стас, в таком же оранжевом комбинезоне.
— Церберчик мой, я извелась, думала, тебе переломали ноги. — Настя залезла Даниле на колени и при близком рассмотрении обнаружила, что у любимого разбита губа.
— Мне ничего не отбили, только поговорили немного. Пустяки. Главное, что ты со мной… — Он поцеловал ее, а Настя расстегнула молнию на комбинезоне, просунула руки под футболку и провела ладонями по теплому твердому животу.
— М-м, как же я скучала.
Данила шумно выдохнул и ответил тем же, запустив руки ей под майку.
— Вы не одни, вообще-то, — возмутился Арес, и Настя нехотя отстранилась от жениха, поглаживая его бедро.
Стас резко свернул в переулок, и они, пересев в другую машину, поехали окольными путями.
Насте хотелось рыдать от счастья, но вместо этого решила послушать, что же произошло.
Оказалось, как только Даниле вежливо объяснили, что ему больше нельзя видеться с Настей, он поехал к Сане. Проклятый Тимошка изъял у Цербера телефон, но все контакты Летов сохранял в «облако», так что ему было достаточно зайти в интернет в свой аккаунт и найти номер Стаса. Тот выслушал, проникся, и они с Саней встретили Данилу у себя дома.
— Вы послушайте только: у них дома. Арес, и ты после этого будешь отрицать, что вы с Саней по сути — муж и жена? — Настя фыркнула, с укором покачав головой, но Арес, как обычно, ответил равнодушием.
В общем, Данила поделился планом расписаться утром с Настей, и Саня хмуро ответила, что подругу скорее всего посадили под домашний арест, ибо звонила она всего один раз и то с чужого номера.
Когда все попытки снова связаться с Настей не увенчались успехом, было решено дожидаться ее у дома. Стас уверял, что может легко проникнуть на территорию, положить охранников и вынести Терехову на волю, и этот вариант остался про запас, если у Насти не получится сбежать. Данила ни секунды не сомневался, что Аида не бросит его погибать от одиночества, а значит, выберет время перед
Они взяли у знакомых Стаса машину «Обслуживания электросетей», переоделись в униформу, запарковались по соседству и стали ждать. Когда Настя закричала во дворе, Данила рванул на помощь, и вот они сидели в чужом авто и ехали в центр Москвы.
— Саша будет ждать у ЗАГСа, — пояснил Арес. Только он умел произносить имя Саньки так, что хотелось затаить дыхание. Раньше Настя не замечала этого просто потому, что почти не общалась с телохранителем подруги. Он говорил: «Саша», а слышалось: «Царица моего сердца, мнение которой слишком сильно уважаю, чтобы выкрасть ее и утащить в пещеру».
«Ну и упрямый человек… совсем, как я», — подумала Настя.
***
Данила был абсолютно и безоговорочно счастлив.
План похищения невесты сработал, и вот — среда, девять утра, и они стоят у ЗАГСа на Новом Арбате.
— Поверить не могу, что вы наконец разобрались в своих отношениях, — со смехом удивилась Саня и, сама того не замечая, оперлась рукой о плечо Стаса, который стоял рядом. Девушка поправила ремешок на туфле и выпрямилась.
Данила тоже не мог поверить, но это правда. Между ним и Настей как будто возвышалась плотина, но вот ее прорвало, и они хлынули навстречу друг другу, а потом слились в общий поток и закружились в танце. Не было ни сомнений, ни недоверия — все смылось на пути, оставив только чувство свободы.
— Я так счастлива, что ты еще в Москве. — Настя снова обняла подругу. — Когда на Ибицу улетаешь?
— Сегодня вечером. Вещи упакованы, паспорт вот, в кармане. Осталось поработать свидетельницей на свадьбе — и можно прыгать в самолет, — весело сказала Саня и показала на сумку с фотоаппаратом, висевшую у нее на плече. — Не представляю, что могла бы улететь раньше, как и хотел Володя, и пропустить бракосочетание Аиды и Цербера. Я бы не простила себе, если бы не запечатлела вас на камеру для потомков.
Как Данила и предполагал, договориться о регистрации брака не составило труда: помогли дар убеждения и приличная сумма денег, для благотворительных целей, конечно же.
Глядя на Настю, стройную и гибкую, в тесных джинсах и синем топе, он не мог не улыбаться, и решил, что, наверное, вот такой ее и запомнит до конца дней — взволнованной и близкой, с надписью: «Не разговаривайте со мной, когда я трезвая» на майке. И с эльфийской плетенкой на шее. Додумалась же.
У него самого тоже костюм был нестандартным, Данила купил его в ночном бутике, чтобы не ехать домой: черные джинсы и белая футболка с надписью: «Кеер Cаlm аnd Gеt Маrriеd».
В общем, идеальная пара новобрачных. Не было волнения или страха, только желание поскорее выбраться из здания и улететь в «медовый месяц». Думать о работе Данила себе запретил, чтобы не омрачать этот день. Он сделал свой выбор и ни капли не сожалел.
Настя держала его за руку, расцепив пальцы только для того, чтобы обменяться кольцами.
— Можете поцеловать невесту, — объявила строгая сотрудница ЗАГСа, и Данила, обхватив Настю двумя руками, отклонил ее назад, удерживая в равновесии, как в танго.