Приручить Цербера
Шрифт:
Из всего рассказа Настя выцепила только две фразы: «Цербера нет» и «Тимошка одно дело сделает и приедет». Тимошка был глава охраны ББ, бывший сотрудник спецслужб.
От страха за Данилу затошнило, но Настя просто не верила, что отец способен на такое. Этого не может быть. Он же Летова как сына любит. Но ББ не дал возможности просить и переубеждать; он вышел из машины, хлопнув дверью в знак того, что беседа окончена.
Ужинали они в полном молчании, хотя кусок в глотку не лез. Настя пыталась связаться с Данилой, выпросив мобильник у Нины Михайловны,
Все, о чем она могла думать: где Данила? Интернет в доме обрубили, домашние телефоны убрали — чтобы наказание было действительно поучительным. Еще раз выманить у домохозяйки мобильник не удалось.
Разумом Настя понимала, что Большой Босс не убьет Данилу, может только припугнуть, но сердце обливалось кровью. В любом случае, утром она намеревалась каким-то чудом выбраться из заточения и попасть в ЗАГС, даже если там никого не окажется, ни Сани с Аресом, ни Цербера. Но нутром она чувствовала, что Данила не откажется от нее и, если будут целы ноги, то придет.
Поэтому, когда они завершали ужин с отцом, Настя сказала, глядя в стол:
— Я люблю тебя, папа… — Она сглотнула ком горечи. — Мне сложно говорить такие слова, но если уж произнесу, то никогда не возьму назад. Ты ведь знаешь?
— Да, так и нужно, — сухо ответил ББ, допивая чай.
«Тогда ты поймешь», — подумала Настя.
Она отложила столовые приборы, поднялась к себе и посидела в тишине, думая о том, что произошло за день. Она вспоминала страстный шепот Данилы, его руки на своих бедрах, и то, как он произнес слова, которых она ждала много лет.
Настя взяла чистый лист бумаги и красным маркером написала: «Прости, папа, но я его всю жизнь любила». Он простит, он ведь — ББ, импульсивный, но отходчивый. Оставалось придумать, как исчезнуть на рассвете из дома, чтобы ее не успели хватиться и найти.
***
Выйдя из здания NеwТеk, Данила решил поехать в ювелирный, а по дороге созвониться с Прохоровой. Девушка была надежным человеком и не проболтается о скоропалительном бракосочетании третьим лицам (не хватало еще, чтобы к ЗАГСу утром подкатили журналисты).
Летов чувствовал себя подонком, который решил потоптаться на «святом источнике» Большого Босса, человека, впустившего Иуду в свой дом. Но жизнь — это жизнь, не строй иллюзий по поводу людей, тогда и не разочаруешься. Терехов достаточно умный, чтобы понять: нельзя контролировать мир по своему усмотрению, как и нельзя предвидеть все возможные риски.
Данила нажал на кнопку ключа, разблокировав двери джипа, и потянулся за телефоном. Открыть дверь он не успел, потому что услышал за спиной:
— Это не ваше?
Данила повернулся — и ему врезали так, что он отлетел на капот. Последовал резкий удар под дых, и Летов согнулся пополам, силясь вдохнуть. Он умудрился извернуться и поставить блок от нового
— Я так понимаю, что ваше, — резюмировал Тимошка, человек-скала, и швырнул Даниле фотографии: они с Настей на пляже, как парочка воркующих влюбленных; они идут к машине, держась за руки… Когда такое вообще было? Судя по снимку, в день приема в английском посольстве. «Я что, не заметил, что взял свою помощницу за руку?»
— За нами следили? — нахмурился Данила, глядя, как Тимошка постукивает пальцами по кобуре, как будто играет на бубне.
— Знаете, Цербер Дмитриевич, кто ж мог подумать, что вы — змея, пригретая на груди? Никто не следил, конечно. Но тут Большому Боссу голубка в лапках вот это добро принесла, очень обидно.
Тимошка был неподражаем. Очень вежливая скала, душевная. Рыпнешься — и он достанет пистолет, прострелит череп и помолится за упокой от всего сердца. Именно Тимошка спас Большого Босса год назад, когда покушались на жизнь Прохорова и случайно чуть не угробили обоих друзей.
— У голубки есть имя? Не Мельник ли?
— Это уже не мое дело. Мое дело простое. Передать послание. Дословно: «Покажешься с ней рядом еще раз, и тебе конец. На работу завтра можешь не приходить». Согласитесь, Цербер Дмитриевич, вы счастливый человек, на работу ходить не надо.
С этим Тимошка вмазал Даниле под ребра, забрал его телефон и удалился.
Летов сел в машину, подумал о бытии и том, что пора обзавестись оружием; приложил к разбитой губе влажную салфетку, которую откопал в бардачке, и поехал в ювелирный. Кольца выбрал из белого золота, себе простой ободок, а Насте — с сапфиром, под цвет глаз. Зашел в интернет-салон и нашаманил в своем «облаке» номер Стаса, который был предан Сане Прохоровой, а та — своей подруге.
***
Наступила полночь, но придумать толковый способ бегства так и не получилось… Настя не спала ни в час, ни в два… В три она переоделась в красивое облегающее белое платье, сделала макияж, обулась, послушала музыку… Вздохнула с сожалением, переоделась в черные обтягивающие джинсы и синий топ с принтом «Dоn’t sреаk tо mе whеn I’m sоbеr». Синий — любимый цвет у Данилы, ему понравится ее «свадебный» наряд. Вспомнив, что среди драгоценностей лежит эльфийская корона, Настя надела ее себе на шею, щелкнув застежкой. Вместо фаты, так сказать.
В четыре часа она бесшумно спустилась вниз, вышла во двор и заметила у ворот двух охранников, которые курили. Весь участок обнесен по периметру высоким каменным забором, с защитой от грабителей в виде высокого напряжения, так что путь один — через металлические ворота с плетеным узором. В кармане джинсов были банковские карточки, включая те, о которых ББ не знал, а значит, не сможет заблокировать.
Настя подошла к одному из боровов — а это был Тимошка, и сказала:
— Привет, ты видел сегодня Цербера?