Принцесса Торн
Шрифт:
Мои бедра подрагивали при мысли о том, как он прижимался ко мне. Затем перед глазами мелькнуло воспоминание о его крови у меня во рту. Он настолько испорчен, что его заводили подобные шалости. Но… видимо, и меня тоже.
Когда мы подъехали к Тортоз-крик, я выскочила из машины и подбежала к ближайшей урне, где меня вырвало тем, что я съела за последние сорок восемь часов. Холодная дрожь прокатилась по рукам, когда я, покачиваясь, зашла внутрь.
Каким-то образом обнаружила, что один из людей Рэнсома бродит по вестибюлю, вероятно, проверяя, нет ли чего-нибудь подозрительного. Я могла найти их
20
Примерно 195 см.
Я похлопала одного из них по плечу, чтобы привлечь внимание. Мужчина обернулся.
– Отведите меня в номер.
Он тотчас узнал меня. Его лицо побледнело. Не могла его винить. Он собирался доставить своему боссу очень расстроенного клиента, прибывшего без охраны.
– Мы должны сообщить Рэнсому.
– Нет. Вы работаете на меня, а не на него. – Я направилась к лифту. Мужчина последовал за мной.
– Не думаю, что вам стоит подниматься туда прямо сейчас. – Он тяжело сглотнул.
Разумеется, не стоит. Рэнсом точно устроит скандал.
– По-моему, я не спрашивала вашего чертова мнения!
– Мисс Торн…
– Нет, послушай меня. – Я подняла палец к его лицу, не обращая внимания на то, что вестибюль забит людьми в вечерних платьях и костюмах, которые сидели вокруг бара и слушали пианиста, играющего неотрепетированную версию «Венгерской рапсодии». – Ты очень пожалеешь, если не впустишь меня в мой номер прямо сейчас. Может, Локвуд и отдает тебе приказы, но не забывай, кто подписывает чек.
– Мэм…
– Я хочу в свой номер. Сейчас же.
Мужчина сопроводил меня в лифт, где провел карточкой по панели управления и нажал кнопку, ведущую на верхний частный этаж.
Я взглянула на свое отражение в зеркале. Глаза покраснели, волосы в полном беспорядке. Губы сухие и потрескавшиеся. Штаны в пятнах. Я выглядела так же плохо, как и ощущала себя. А ощущала я себя мусором. Мне хотелось завалиться в постель и забыть о сегодняшнем дне.
Лифт открылся. Качок вышел первым, взглянул налево и направо, а затем жестом пригласил меня присоединиться к нему. Он остановился перед дверью моего номера, занеся руку над считывателем карт.
– Открывай уже, – отрезала я. – И проваливай.
Если Рэнсом занял большую спальню, я задушу его во сне.
Нехотя мужчина последовал моим указаниям, затем слегка склонил голову и скрылся в лифте. Убегая от спектакля.
Как только дверь захлопнулась, моя кожа покрылась мурашками.
Чувство тревоги ползло по мне, как паучьи лапки.
Из второй спальни доносились звуки. Тревожные звуки. Будто кто-то безудержно рыдал.
Только не снова…
Я ринулась к открытой двери спальни, на всякий случай сжимая в кулаке телефон.
Передо мной сразу открылась полная картина.
Картина того, как Рэнсом трахал совершенно незнакомую девушку у панорамного окна с видом на ресторан отеля, входя и выходя из нее, сжимая мускулистые ягодицы при каждом толчке.
Он был полностью одет, строгие брюки едва спущены,
А ты не терял времени даром, да?
– Вот так. Получай и не забудь… если кому-нибудь расскажешь, тебе же будет хуже, – прорычал Рэнсом ей в лицо.
Я попятилась, захлебываясь слюной. Воображаемый меч пронзил мне сердце. Сначала я ощутила жжение, затем боль.
Глубокую. Дикую. Вцепившуюся в горло, как когти.
Не потому, что я испытывала тревогу.
А по той причине, что на этот раз я не просто возбудилась. Я ревновала.
Я не понимала ее. Эту восхитительную, захватывающую боль, которая охватила меня с яростью лесного пожара. Я ненавидела Рэнсома. Он отвратительный подонок. Но никак не могла отвести взгляд. Не могла оторвать глаз от того, как он входил в другую женщину, как она стонала, притворяясь, что протестует, хотя ногами требовала большего.
Девушка отвесила ему пощечину.
Рэнсом грубо рассмеялся, прижал ее руки над головой к стеклу и толкнулся сильнее.
– Тебе это с рук не сойдет. – Но произнося это, она с радостью принимала каждое его движение.
Он крепче сжал ее руки, наращивая темп.
– Спорим?
Оторвав взгляд от его лица, девушка заметила меня.
– У нас гости.
Вот черт.
– Она может смотреть. Большего этой мелкой соплячке не позволено.
Гори в аду.
– Если только тебя это не смущает? – Он притормозил, растирая запястья, и теперь изучал ее лицо. Рэнсом вел себя внимательно и мило. Эта его сторона была мне незнакома.
Девушка медленно покачала головой.
– Мне слишком приятно, чтобы останавливаться.
– Хорошо. – Он снова поднял ее руки над головой и возобновил толчки, полностью игнорируя меня, на этот раз даже не пытаясь извиниться.
Меня поймали. Я словно любопытный Том [21] . Нет. Хуже. Похотливая Хэлли. Бесстыдно наблюдающая за тем, как мой телохранитель занимается сексом с другой женщиной.
– Тебе нравится смотреть, как я трахаю незнакомку, да, Соплячка? – промурлыкал он.
21
Отсылка к фильму «Подглядывающий» (1960 г.), в оригинале называется «Peeping Tom» (англ.).
Его взгляд был устремлен на меня, когда он входил в нее. Она отвернула голову в другую сторону, чтобы я не видела ее лица. Она добровольно ему помогала! Примкнула к запутанной, извращенной игре между двумя очень нездоровыми людьми.
– Правильно. Досмотри чертово шоу до конца. Познай свои предпочтения.
Я ощутила стыд. В основном потому, что, пока Рэнсом изучал меня, я зациклилась на кусочке пространства между их телами. Где могла видеть, как его член в блестящем презервативе, набухший, толстый и темный, появляется, а затем исчезает внутри ее.