Принцесса Ибоно

Кэртон Виктор

Эта красивая девушка еще при первой встрече понравилась Доновану, и он был рад снова ее увидеть. Она хорошо держалась в седле и ехала рядом с отцом, гордо подняв голову. Сразу было видно, что это дождь вождя. Донован и Рикано остались на месте, поджидая пока подъедут охотники.

Обменявшись приветствиями, вождь обратился к Рикано. Охота прошла удачно о чем свидетельствовали туши, привязанные к седлам лошадей и хорошее настроение Инэмана.

– Новости есть, Инэман, но не очень хорошие, – немного помедлив, проговорил Рикано.

– Что там еще? – недовольно проворчал вождь.

– Лесные

люди сообщили, что Акток по-прежнему собирается напасть на нас.

Донован, который до этого момента не сводил с Альвин глаз, увидел, как лицо вождя превратилось в камень.

– Донован, мы рассчитываем на твою помощь, – глухо проговорил он.

– Я помню об этом, вождь. Помню также о своем обещании помочь вам. К тому же, – Донован бросил быстрый взгляд на Альвин, – я принял решение воевать вместе с вами.

Сказав это, он бросил быстрый взгляд на Альвин и увидел, как она одобрительно улыбнулась ему. Ее отец, наоборот, воспринял его слова более чем равнодушно. Донована это слегка задело, но он постарался не обращать на это внимания.

Донован и Рикано развернули своих лошадей, и поехали рядом с вождем. Стражники, заметив их, поспешно открыли ворота, и весь отряд въехал в деревню. На улицу сразу начали выбегать женщины и дети. Они радостно что-то кричали и размахивали руками. Дети туземцев с визгом носились между лошадей, и дергали за лапы убитых на охоте зверей. Всех взрослых и детей охватило праздничное настроение в ожидании пира, назначенного на этот вечер. Под конец в деревне поднялся такой шум и крик, что Донован едва не оглох. По крайней мере, так ему казалось.

Неожиданно к нему подъехал Рикано, который ненадолго куда– то отлучился. Он с торжественно объявил Доновану, что тот, как гость и друг их народа, должен занять на празднике почетное место. На что Донован, в свою очередь, как друг и гость, сразу дал свое согласие.

Между тем подготовка к празднику шла полным ходом. С убитых животных женщины острыми ножами быстро и ловко сняли шкуры. Затем натянули на деревянные рамы и развесили сушиться. Туши они разделали на части, бросив мясо вариться в несколько котлов, под которыми уже тянулись струйки дыма.

Донован, на миг оторвавшись от этого непривычного для него зрелища, решил узнать у Рикано, где его вещи. Для этого он отозвал туземца в сторону.

– Можно тебя кое о чем спросить? – поинтересовался он.

– Говори, Донован, – быстро ответил Рикано. Ему тоже не терпелось принять участие в подготовке праздника.

– Я могу забрать свое оружие и вещи, которые ты отнял у меня в тот день?

– Думаю, теперь можно, – подумав, ответил Рикано, – ты наш друг, а это обстоятельство сильно все меняет. Все твои вещи у меня дома. Можешь их забрать прямо сейчас или после праздника.

Донован в этот момент не чувствовал особой надобности в инструментах и пищевых концентратах, поэтому решил зайти после праздника. С оружием тоже можно было подождать.

– Ну, и хорошо, – проговорил Рикано, поворачивая лошадь, – поедешь со мной, Донован? – спросил он.

– Нет, Рикано. Я хочу посмотреть, как идут приготовления к празднику, – на самом деле, Донован хотел разыскать Альвин.

– Тогда встретимся

в доме вождя, – решил Рикано.

Когда Донован отъехал, Рикано направился к воинам, которые были сегодня на охоте вместе с вождем. Он хотел услышать их рассказ о том, как проходила охота. Он сам был заядлым охотником.

В то время, когда Рикано слушал о подвигах своих соплеменников на охоте, Донован ехал по главной улице деревни, и все время вертел головой по сторонам в надежде увидеть Альвин. Но к этому времени уже стемнело, и на улице, освещаемой только кострами, трудно было ее увидеть. Тем более, в толпе туземцев.

Дети все это время бегали перед его лошадью и показывали на него пальцем. Доновану, в конце концов, это надоело, и он погрозил им кулаком. Испугавшись, дети разбежались в разные стороны, и оставили его в покое.

Проехав еще немного, Донован решил, что Альвин, скорее всего, у себя дома, но ехать в дом вождя без приглашения, он не рискнул.

Он решил посмотреть, как выглядит деревня во время приготовления к пиру. Донован медленно ехал центральной улицей деревни, и с интересом наблюдал за туземцами. Положение, в котором он очутился на этой планете, начинало ему все больше нравиться. Раньше он мечтал о чем-то подобном: лошади, нехитрая еда, приготовленная на костре, простая жизнь дикарей. Еще он не прочь был сразиться с врагами примитивным оружием, где значение имеет его личная сила, храбрость и ловкость, а не техническое превосходство. Так что, понемногу Донован начинал благодарить судьбу за предоставленную возможность реализовать все свои мечты и фантазии. И он воспользуется этой возможностью в полной мере.

Конечно, риск для жизни большой, но за время пребывания среди дикарей, он успел увидеть, как его новые друзья просто относятся к жизни и смерти. И понемногу его взгляды начали меняться. Он рискнет, как настоящий мужчина, и если ему суждено умереть на этой дикой планете, то он умрет достойно. А если останется жив, то ему будет о чем вспомнить в старости.

Глава 10

Пока Донован размышлял в подобном духе, в доме вождя собрались все военачальники. Рикано, заметив Донована, позвал его на пир. Тот сразу согласился и направил лошадь к дому вождя. Потом вошел внутрь и осмотрел празднично убранную комнату.

Стол был накрыт по-праздничному и заставлен тарелками с едой. Всего собиралось человек двадцать. Остальные готовились пировать на улице под открытым небом. Сам Инэман сидел в том самом кресле, в котором его впервые увидел Донован. Слева от него сидела Альвин, а справа кресло пустовало, из чего Донован сделал вывод, что оно предназначено для него. Он не ошибся.

Когда все расселись, он принялся разглядывать гостей. Все они были храбрыми и опытными воинами, которые провели всю свою жизнь в сражениях. Некоторые из них тоже смотрели на него с интересом. Доновану уже порядком надоели все эти смотрины, и он старался не обращать на это внимания. Рядом с Донованом сидел Рикано, который на все время пребывания Донована среди туземцев, был прикреплен к нему в качестве переводчика. Инэман не умел или не хотел говорить на земном языке.