Принцесса Ибоно
Шрифт:
Тем временем Альвин, покачивая бедрами, прошла мимо Донована и открыла дверь. Рикано, попрощавшись с вождем, пошел следом за ней. Уже на улице он попрощался с Донованом, сказав, что едет к себе домой. Донован в ответ кивнул и отвязал лошадь.
–Ну, и куда прикажете идти, знойная незнакомка? – с легкой иронией спросил, надеясь, что туземка не все поймет слова.
Альвин в ответ улыбнулась и пошла по улице. Донован решил, что она не умеет разговаривать на его языке, и не стал больше тратить сил на разговоры.
За то время, что он провел в доме вождя, на улице уже стемнело, и возле домов горели костры. По запаху,
Идти им пришлось где-то минут десять. Все это время они шли молча. Иногда Альвин поворачивалась к Доновану, и знаком приглашала идти дальше. Донован все это время смотрел, то на идущую впереди Альвин, то на туземцев, сидевших возле своих домов. Все занимались своими делами, и на него внимания никто не обращал. По крайней мере, так ему казалось.
Донован не знал, сколько им осталось идти, и снова стал смотреть на Альвин. Но, к сожалению, сумерки сгустились, и он чего-либо интересного не смог увидеть. Конечно, Донован помнил, что он разведчик универсал, как и то, что ему нужно вернуться на базу, и сообщить о событиях, которые произошли на этой планете.
Но неожиданно его посетила мысль, что за такой большой срок, там и без него все уже знают и теперь, наверное, ведутся уже поиски самого Донована. Был один выход – бежать, но прежде, чем осуществить побег, Донован решил расположить к себе туземцев и научить их тому, чего они хотят.
Тогда он мог бы рассчитывать, что они отпустят его сами, да еще и дорогу покажут. Еще он надеялся на Риба, что то уцелел, и как –то ему поможет. Хотя бы поднимет и посадит корабль в деревне туземцев. В этом случае, с побегом не было бы проблем. Поэтому он решил на время отбросить мысли о побеге и заняться изучением жизни туземцев.
В этом месте его размышлений, Альвин остановилась и показала рукой на дом, возле которого они остановились. Донован привязал лошадь к столбу и пошел следом за Альвин, которая уже поднималась по ступенькам лестницы. Было уже довольно темно, и он не мог хорошо разглядеть свое жилище снаружи. Но Донован решил, что его новый дом, мало чем отличается от остальных строений в поселке.
Внутри дома было темно, и он не решился войти. Альвин уверенно прошмыгнула мимо него, и вскоре в темноте начали раздаваться непонятные звуки. Альвин чем-то стучала, и несколько раз произнесла одно и то же слово. Донован, уже было решил, сам чем-то посветить, но в следующую секунду вспыхнул свет. Он невольно зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что в сложенном в углу камине горит огонь. Альвин подбросила сухих дров и осталась стоять на прежнем месте.
Донован, вздохнув, осмотрел свой новый дом. Он, конечно, по размерам и убранству не мог сравниться с домом Инэмана и, естественно, не шел ни в какое сравнение с его коттеджем там – на Земле. Посреди комнаты стоял стол и несколько стульев вокруг него. На стене, рядом с камином, висела шкура какого-то животного с длинной шерстью. Донован подошел к столу и сел в кресло.
Альвин что-то сказала ему на своем языке, затем улыбнулась и тихо ступая, вышла из комнаты. Донован провел ее взглядом и задумался. Нет, он думал не об Альвин и ее отце, а о превратностях судьбы, по воле которой, он очутился черт знает где. Потом он подумал, что несмотря на все события, он все же сумел сохранить ясность ума и способность реально оценивать ситуацию. Кто-то другой на его месте, вполне мог, мягко
После таких размышлений, Донован еще некоторое время продолжал мысленно хвалить себя, но потом это занятие ему надоело, да и есть хотелось. Как будто угадав его желание, дверь открылась и в комнату вошла женщина: нет, не Альвин, как он ожидал, а старая женщина с подносом в руках. Она молча подошла к столу и положила перед ним тарелку с большим куском жареного мяса и кувшин. Затем повернулась, и так же молча вышла из комнаты.
Донован недолго думая, набросился на мясо и принялся рвать его крепкими зубами. Заодно, он не забыл заглянуть в кувшин, но на этот раз там была не накча, а простая вода. Донован ел мясо, запивая водой. Мясо было таким же вкусным и ароматным, как и то, на поляне в лесу. Когда он дожевывал последний кусок, дверь снова открылась и в комнату вошла та самая женщина. Она молча остановилась у двери и стала ждать, когда он все съест.
–Где Альвин? – спросила Донован, протягивая руку к кувшину.
Туземка в ответ, лишь с непониманием пожала плечами.
–Ладно, потом узнаем, – сам себе проговорил Донована.
Съев все, что ему принесли, он отодвинул тарелку и кувшин на край стола. Женщина подошла к столу и, собрав посуду, не спеша вышла из комнаты, не забыв при том закрыть за собой дверь.
Оставшись в одиночестве, Донован немного посидел, потом поднялся и прошелся по комнате. Он ничего не искал, просто решил лучше осмотреть свой новый дом, щедро предоставленный ему туземным вождем. Подойдя к стене, Донован отодвинул край шкуры. Стена была деревянной, никаких потайных дверей он не увидел. Возможно, туземцы еще не додумались до такого. Потом Донован не поленился заглянуть в дымоход камина, тоже ничего интересного. Осмотрев комнату, Донован подумал, что было бы неплохо отдохнуть после такого дружественного приема в туземном племени. При этой мысли, он улыбнулся.
На кровати, которая стояла в углу комнаты, не было ни одеяла, ни подушки. Только две большие шкуры. Недолго думая, Донован одну постелил под себя, а вторую натянул на себя.
Устроившись удобно, насколько это было возможно и, не обращая внимания на запах, он закрыл глаза и вскоре уснул.
Глава 9
Донован был любителем поспать, но раньше такая возможность ему редко выпадала. Но зато в своем теперешнем положении, он мог позволить себе это удовольствие. Неудивительно, что он проснулся, когда солнце было уже высоко в небе. Открыв глаза, Донован некоторое время смотрел в потолок. Не зная зачем, но он невольно сосчитал все доски, которыми потолок был обшит. Их оказалось двадцать шесть.
Убедившись, что все происходящее это не сон, Донован еще немного полежал, потом поднялся и прошелся по комнате. Постепенно его теперешняя жизнь начинала ему нравиться. Он и сам этому удивлялся.
Он отодвинул шкуру, подошел к столу. Там уже стояла тарелка с мясом и кувшин с накчи. Это он определил по запаху. Но есть Донован не стал. Он вышел на улицу и осмотрелся. Деревня жила своей жизнью. Возле домов горели костры, и женщины готовили еду. Вокруг них, и грая и весело крича, бегали дети.