Принцесса гарема
Шрифт:
Александр пожал плечами.
– Я не знаю. Мое сердце так ни к кому пока и не привязалось, – его чувственный рот расползся в дразнящей улыбке. – Так ты влюблен в женщину?
Дамиан кивнул.
– Возможно, тогда у тебя и получится, – милостиво признал Луканус. – Расскажи мне, когда выяснишь это.
Если выясню, поправил его про себя Дамиан.
Глава 34
Дьявол, несомненно, кроется в деталях.
– Что ты здесь делаешь? – вопросила Агриппина. Круглолицая служанка Мохаммеда заведовала кухней с той же надменностью, как и Публиус гаремом. Я сама позабочусь о нуждах его живота. А ты не забывай про то, что ниже, – и она грубо расхохоталась собственной шутке. Валдис заставила себя улыбнуться старой женщине. Я хотела приготовить кое-что вкусное для хозяина. Ты же знаешь, мы едем сегодня на гонки колесниц, – сказала Валдис. – Я уже приготовила корзину с продуктами, – Агриппина указала на плетеную корзинку. Я положила лук, оливки и холодную курицу, как он и просил.
– А напиток? – с надеждой спросила Валдис. – У меня есть свежие фрукты с рынка, апельсины и гранаты. Я хотела приготовить из них сок. Пожалуйста, Агриппина, я хочу сделать для него что-то особенное.
Агриппина нахмурилась. Она явно забыла о напитке.
– Ладно, можешь помочь мне, – решила она, – но не путайся под ногами.
Валдис смотрела, как Агриппина порезала фрукты и поместила их в пресс, чтобы выжать из них сок.
– Вот, – протянула она Валдис лопатку с длинной ручкой. – Можешь помешать, пока я добавлю специи. Держу пари, тебе бы это даже не пришло в голову. Любой дурак может смешать сок, но только настоящий повар способен добавить нужные специи, чтобы получилось нечто особенное, – Агриппина бросила оценивающий взгляд на Валдис. – Ты первая из всех, кто решился спуститься ко мне на кухню. Они не понимают, что мужчинам нравится, когда женщина готовит им что-то собственными руками. Так ты сможешь в скором времени стать любимицей.
Валдис улыбнулась, как будто статус любимицы гарема был ее единственной целью в жизни. Агриппина добавила в сок щепотку молотой гвоздики и чуточку мускатного ореха. Затем повариха сунула палец в жидкость и облизнула его, чтобы оценить свое творение.
– Нужен мед, – Агриппина взяла горшок с медом с верхней полки и положила щедрую порцию в напиток.
Валдис продолжала мешать, думая о том, как бы ей добавить важный ингредиент, который она принесла в пузырьке в складках своей паллы. Нельзя было допустить, чтобы Агриппина что-то заподозрила. Хуже того, она могла снова попробовать напиток.
Агриппина налила чуть-чуть сока в маленькую чашу.
– Нектар, – наконец объявила она.
– Может, добавить лед? – спросила Валдис, надеясь отвлечь повариху.
Агриппина поджала губы. Очевидно, она не привыкла, чтобы ей давали советы на собственной кухне. Она покачала головой.
– Нет, ему не нравятся осколки льда в напитках. Но сок должен быть холодным. Сможешь перелить его в эту амфору, не пролив? Я наколю льда и положу его вокруг амфоры, тогда сок будет
Валдис едва могла поверить в собственную удачу, когда Агриппина вразвалку пошла в холодную комнату. Рука Валдис дрожала, пока она высыпала порошок из пузырька в амфору. Потом, пытаясь держать сосуд в устойчивом положении, она потихоньку начала выливать туда сок. При каждом всплеске она бросала испуганный взгляд в сторону двери и трясла амфору, чтобы яд распределился равномерно. Когда вернулась Агриппина с маленьким ящиком, наполненным льдом, Валдис уже вставляла в амфору пробку.
Агриппина одобрительно кивнула Валдис.
– Если ты будешь так же хорошо служить хозяину в опочивальне и родишь ему сына, то я не удивлюсь, если тебя поднимут до ранга жены.
Валдис съежилась от страха при этой мысли. Поднимаясь по лестнице обратно в свои комнаты, Валдис задумалась о том, что станет с поварихой, Публиусом и всеми женщинами гарема, когда Хабиб ибн Мохаммед исчезнет. Оказалось, нелегко решиться на убийство. Она никогда не думала, что ей когда-то придется сделать это. Теперь же поняла, что ее поступок повлияет на жизнь многих других, а не только ее жертвы. Сделал ли что-либо Мохаммед, чтобы о его слугах и женщинах позаботились после его смерти?
Валдис сомневалась в этом.
И все же даже если бы она пошла на попятный, то Эрик завершил бы начатое. Когда он придет за ней на ипподром, то не сможет оставить Мохаммеда в живых из чувства долга, иначе тот опять попытается помочь Лео Порфирогенито сбросить императора с трона.
Мохаммед очень хорошо владел своей турецкой саблей. Он с легкостью отрубил головы бедным Ландине и Бернарду. Валдис говорила себе, что мстит за смерть своей убитой подруги, но это было правдой только отчасти.
Она боялась. Эрик был хорошим воином, но пережитый им шок мог повлиять на его силу. В любом случае борьба в ложе привлечет внимание, и Валдис не сможет убежать. Она не хотела рисковать.
Если ей повезет, когда Эрик придет за ней в частную ложу Мохаммеда, тело ее хозяина уже будет остывать.
Эрик выглянул из-за угла в коридор. У входа в конюшню стоял только один охранник. Эрик повернулся к своему другу Хауку.
– Ты готов?
– Разве я посмею не подчиниться восставшему из самого Хеля? – Хаук открыл бурдюк с вином из финиковой пальмы и вылил на себя половину содержимого. Затем сделал большой глоток из горлышка. – Ну я пошел, а то меня может стошнить от этой гадости.
Эрик наблюдал, как Хаук пошел по направлению к тагмате, шатаясь и распевая песни во весь голос.
Воин смотрел на якобы пьяного варяга с ухмылкой на лице.
– Послушай, друг, – сказал тагмата. – Тебе нельзя здесь находиться.
– Где уборная? – икая, произнес Хаук. – Не говори, что у вас ее нет здесь.
Пока охранник объяснял Хауку, как пройти в ближайшую уборную, Эрик незаметно проскользнул в конюшню.
– Ты уж точно говори, – услышал Эрик возмущенный голос Хаука. – Скажи еще раз, и помедленнее.