Принцесса Чикаго
Шрифт:
«Ничего, мэм». - сказал Оскуро, подходя ко мне. «Я снова проверю внизу».
Рауль посмотрел на Оскуро, но ничего не сказал.
«Если это не проблема, Оскуро…» Я перевела взгляд на кабинет Алессандро. В секретных видео Кэтрин она всегда находилась в странном положении, но не так, как если бы она смотрела вниз из источника света, а как будто она пробралась в угол комнаты ... или на книжную полку. «Оскуро!»
«Проверьте книжные полки».
Он поднял брови, но спорить не стал.
Мы с Раулем последовали за Оскуро в гостиную. Он провел руками по книжным полкам, поднимая рамы для картин и проверяя орнаменты. Я собиралась сказать ему, чтобы он остановился, когда он вытащил книгу, протянул руку и поднял ее, чтобы мы оба увидели.
В его пальцах размером меньше ногтя было маленькое черное устройство, улавливающее свет.
Челюсть Оскуро сжалась. «Рауль, проверь все книжные шкафы». Его глаза обратились ко мне. «Капо захочет узнать об этом».
Глава девятая
Мы собрались вокруг раковины, глядя на маленькие устройства, которые мы утопили. Не больше дюжины, но по одному в каждой комнате. Мы даже нашли одно в шкафу для белья, заправленное старыми одеялами.
«Они выпущены правительством». - сказал Оскуро. «Ничего, что мы бы использовали».
«Была ли на них пыль?» Я спросила.
И Рауль, и Оскуро посмотрели на меня. «Пыль, мэм?»
«Я пытаюсь выяснить, как долго они были здесь и что они могли слышать». Я сказала. "Пыль?"
«Нет. Никто из них не выглядел так, будто пробыл здесь очень долго ». Оскуро подтвердил.
Я вернулся к изучению жучков. Что они могли слышать? Единственное, что я делала скрытно, это слушала видеозаписи и аудиозаписи на USB-накопителя Кэтрин. Они бы услышали только то, что я распаковываю вещи, или несколько телефонных звонков с мэром Солсбери. Даже немного болтает с Терезой. Ничего такого, что доставило бы кому-нибудь неприятности.
«Как вы думаете, федералы слышали то, чего им не следовало рассказывать?» - спросил Рауль.
– Мальчик, - рявкнул Оскуро.
«Все в порядке, Оскуро». Я мягко улыбнулась им и покачала головой. «Они бы ничего не услышали». Кроме, может быть, их собственных записей. Я слушала видео спокойно, но в моем кабинете было найдено устройство для прослушивания. «Вообще ничего».
Мой телефон в этот момент загорелся, рингтон прорезал воздух. Оба солдата немедленно отреагировали, собираясь уйти.
Я подняла трубку, нисколько не удивившись, когда с другого конца на меня рявкнул знакомый голос.
«Что означает Оскуро, обнаружил в нашем доме кучу жуков?» - потребовал ответа Алессандро. Я слышала шум ветра среди его голоса - вероятно, он был снаружи. "София?"
«Мы нашли около дюжины подслушивающих устройств». Я сказала. «Их не было в света, они были спрятаны на книжных полках и в других странных местах».
«Наверное, придумал какой-то идиот».
Я вытащила вилку из раковины. «Точно мои мысли».
«Пусть Оскуро сделает еще одну проверку. Я посылаю Неро посмотреть - он блестяще замечает эти штуки. Как гончая по запаху ».
Моя кровь остыла. «Ты отправляешь убийцу в мой дом?»
"Я. Вот почему ты не должна покидать Оскуро. Все время, пока Неро находится в доме, Оскуро будет с тобой. Даже туалет». Его тон не оставлял места для споров. «Я уже рассказал все это Оскуро».
Я выглянула в окно, как будто увидела Неро, идущего по улице. Как катафалк. С другой стороны линии я услышала громкий крик, сопряженный с усилением ветра. "Где ты?" - спросила я прежде, чем смогла остановиться. «Это ужасно громко».
«Эванстон».
"Эванстон?"
«У меня здесь дела».
«Я не знала, что тебя не было в Чикаго. Я думала, ты в городе.
«Я здесь ненадолго». Сказал Алессандро рассеянно. Я слышала, как он кричал на кого-то, прежде чем сказал мне: «Ты чувствуешь себя небезопасно в доме? Мы можем организовать дополнительную безопасность ».
Я проигнорировала его вопрос. «Я не знал, что твой брат отвечал за безопасность».
«Он отвечает за всю защиту Наряда. Почему?" Раздался рев двигателя, заглушавший его голос.
"Нет причин." Я врала.
Алессандро фыркнул. «Почему, София?»
«Расскажи мне о своей матери, и я скажу тебе причину».
Как только слова были произнесены, я поняла, что зашла слишком далеко. Молчание Алессандро на другом конце провода было оглушительным. Я практически слышала его гнев, его ярость из-за того, что меня преследовали из-за того, о чем он никогда не говорил. Если бы не фотография в его кабинете в пентхаусе, его матери никогда бы не существовало.