Принц Ардена

Анри Софи

Он лежал на земле, уставившись на небо, пока там не погасла последняя звезда и не взошло яркое весеннее солнце. Тристан недовольно прищурил слезящиеся от ослепительного света глаза и продолжил упрямо смотреть вверх, глупо надеясь увидеть в этом ярком желтом пятне черты любимого лица.

Его личного солнышка – Анны.

Глава 34

Аврора села на кровати и спросонья посмотрела на дверь. Кто мог стучаться посреди ночи? Рэндалл крепко спал, и даже настойчивые посторонние звуки не смогли разбудить

его, хотя было совсем на него не похоже. Она натянула ночной халат и, приоткрыв дверь, через небольшую щель увидела Анну. Даже в темноте было видно, насколько девушка взволнованна.

– Анна? Что произошло? – удивленно спросила она, открыв дверь настежь, чтобы золовка могла пройти.

– Аврора, прости, что беспокою вас в столь поздний час. Но мне очень надо поговорить, – ее голос дрожал.

Аврора бросила подозрительный взгляд на стражников, что стояли как истуканы и упрямо взирали перед собой, словно не слышат разговора господ.

– Проходи, я разбужу Рэндалла.

– Нет! Не стоит, – испуганно пролепетала Джоанна. – Я хотела поговорить с тобой.

– Со мной?

– Да. Мы можем пойти ко мне, чтобы не беспокоить Рэндалла? – Анна бросила испуганный взгляд на кровать.

– Конечно, – коротко ответила Аврора, и девушки направились в соседние покои.

В комнатах Анны до сих пор горели лампы. Они расположились на большой кровати. Джоанна выглядела совершенно разбитой, ее лицо было заплаканным.

– Анна, милая, что с тобой? – Аврора встревожилась, и ей отчего-то захотелось позвать Рэндалла, будто он одним своим присутствием мог решить все проблемы света.

– Аврора, мне так плохо. – Джоанна судорожно всхлипнула и расплакалась.

Аврора была совершенно сбита с толку. С чего вдруг счастливая невеста, по уши влюбленная в жениха, льет горькие слезы за день до свадьбы? Она притянула к себе подругу, и та, положив голову ей на колени, разрыдалась пуще прежнего. Аврора терпеливо ждала, пока она не выплачется, поглаживая ее длинные золотистые локоны.

Анна в конце концов успокоилась и гнусавым голосом спросила:

– Аврора, тебе когда-нибудь приходилось скрывать ото всех секрет, который может разрушить твое счастье, а заодно и счастье близких?

Аврора оцепенела. Перед глазами тут же всплыл суровый Древний лес и красные капли крови на снегу.

– Почему ты спрашиваешь? – спросила она, пытаясь скрыть волнение.

Джоанна подняла голову и посмотрела на нее обезумевшим взглядом.

– Я люблю его, Аврора… все еще люблю его, – прошептала она и покачала головой, словно пыталась убедить себя в обратном.

Аврора совсем запуталась.

– Анна, что произошло? Ты ведь выходишь за него замуж, почему тебя так пугает любовь к Уиллу?

Анна грустно улыбнулась и, достав из кармана платья белый мужской платок, вытерла им слезы. В тусклом свете Аврора разглядела на уголке белой ткани инициалы «T.W».

– Я говорю не про Уилла. Я люблю… – Анна всхлипнула и зажала пальцами переносицу, пытаясь сдержать слезы. – Я люблю Тристана, Аврора.

Три

года назад

Анна не могла поверить своему счастью. Она наконец-то смогла уговорить дедушку, чтобы тот отпустил ее вместе с Рэндаллом на лето в Фортис. Рэндалл, как и обычно, отнесся к своей роли временного опекуна слишком серьезно и контролировал каждый ее шаг. Но даже это не могло омрачить ее радость.

В огромном Фортисе кипела жизнь, словно в бурлящем чугунном котле. Светские рауты, королевские балы, городские празднества, театр, прогулки, охота. О такой праздной жизни арденийцы могли только мечтать. Анна не могла перестать восторгаться столицей и ее жителями – утонченными, красивыми, умеющими брать от жизни все.

– Анна, прошу тебя, будь осторожна. Южане отличаются от арденийцев: то, что для нас дикость, для них – обыденность.

Это было раннее июльское утро. Она сидела в покоях Рэндалла, пока тот собирался покинуть столицу на неделю по делам.

– Рэндалл, перестань вести себя как нянюшка. Я не ребенок, и со мной ничего не случится. А твое недоверие меня обижает, – недовольным тоном сказала она, сидя на кресле-качалке и раскачивая его ногой.

Расправившись с кинжалом, который пристегивал к поясу брюк, Рэндалл повернулся к сестре и с заботой произнес:

– Анна, я не доверяю не тебе, а обитателям дворца. Ты сдружилась с Кристин, но, поверь мне, я знаю ее с детства, она не та, кому стоит открываться. Поэтому, пожалуйста, будь осторожнее.

Она поджала губы.

Кристин была двоюродной племянницей короля Алана. И Анне очень хотелось быть похожей на эту обворожительную девушку, которая, казалось, ничего и никого не боялась и умела найти общий язык со всеми.

– Ты к ней несправедлив, Рэндалл. Она добра ко мне, и благодаря ее стараниям я не чувствую себя в этом замке чужой.

Его взгляд смягчился. Он подошел к ней и поцеловал в макушку.

– Прости меня за мое занудство, сестренка, но я забочусь о тебе. Веселись и наслаждайся прелестями столицы, но не забывай проявлять бдительность и не доверяй всем подряд. Доверчивость в Фортисе – хуже смертного греха.

– Хорошо, Рэндалл, буду с нетерпением ждать твоего возвращения, – искренне ответила Анна.

Но обещание Анна не сдержала. Весь следующий день она провела в компании зеленоглазой блондинки Кристин, а вечером та уговорила ее остаться с отпрысками знатных лордов и сыграть в известную на Юге игру.

Они сидели в покоях Кристин – в огромной комнате, обставленной по последнему веянию моды. В центре располагались два больших дивана, обшитых темно-синим бархатом, и голубые кресла с пуфиками. Между ними громоздился большой круглый стеклянный стол, на котором слуги выставили целый ряд бутылок с пьянящими напитками и солидный поднос с фруктами. В дальнем конце комнаты стояла огромная кровать с небесно-голубым балдахином, который был задернут, и это почему-то смутило Анну. Она села рядом с Кристин на большой диван и посмотрела на гостей. Здесь находились уже знакомые ей молодые лорды и леди, а также те, кого она видела впервые.