Принц Альберт

Пейдж Сабрина

– Ты собираешься уезжать? – спрашивает она. Это звучит одновременно осуждающе и разочаровано, и я не знаю, что с ней делать. Я не уверена, хочет ли она со мной дружить или она возненавидела меня с первого взгляда.

Я пересекаю комнату, чтобы сесть на кровать. – Ты можешь войти внутрь, знаешь ли, - говорю я. – Если хочешь, я имею в виду.

Войдя внутрь комнаты, она осматривается вокруг. – Я сюда давно не заходила, - говорит она. – Я и забыла, как всё устарело в этих гостевых резиденциях. Ты не похожа на сноба, ты из

тех девушек, которым всё это подходит.

– Спасибо, - благодарю я. Думаю, что это комплимент, хотя я в ней совсем не уверена, особенно учитывая её реакцию на мою расторгнутую помолвку. Описать её реакцию, как ликование, было бы преуменьшением.

Она повернулась ко мне спиной, глядя на одну из картин на стене. – Всё это дерьмо, - сказала она. – Ты знаешь, что эта картина стоит миллион долларов? Здесь практически музей. – Тебе, определённо, нужно всё здесь переделать, если останешься.

Миллион долларов. Я боюсь к чему-либо здесь прикасаться.

Александра оборачивается, заправляя прядь волос за ухо, и я замечаю пирсинг на губе, который раньше не видела. Может быть, она достаёт его для особых мероприятий, например, как объявление о помолвке, которое обрушивается на её новую сводную сестру. – Я извиняюсь, что была сукой раньше, - сухо говорит она. – О том, что ты не выходишь замуж, я имею в виду.

Я пожимаю плечами. – Похоже, это довольно возмутительно.

– Обычно я разочаровываю своего отца, - отвечает она. – Было приятно не оказаться в центре скандала, на этот раз. Я уверена, это звучит ужасно эгоистично.

Я понимаю, что не хочу быть центром сплетен. – Должно быть, трудно находиться в центре внимания всё время?

Она поднимает голову, когда смотрит на меня. – Знаешь, это будет твоя очередь, - говорит она. – Вся твоя жизнь будет разрушена.

Её слова посылают укол страха сквозь меня. – Ты пришла сюда, говоря всё это, чтобы я почувствовала себя ещё хуже?

Стыд мерцает в её глазах, и она бросает взгляд на пол. – Я не… - начинает она. – Дерьмо. Я имею в виду, извини. Иногда я… я слишком туплю.

Её телефон вибрирует, и она скользит пальцем по экрану, облегчение читается на её лице. – Мне надо идти, - говорит она, не смотря на меня, и выходя из комнаты.

Я смотрю, как дверь закрылась за ней, и меня наполняет чувство страха.

Твоя жизнь будет разрушена.

ГЛАВА 7 

Альби

– Это будет неофициальное мероприятие. Это всего лишь ужин с семьёй. Я сам могу одеться, Бен, спасибо, - говорю я, даже не пытаясь скрыть жёсткость в своём голосе. Смущение промелькнуло на лице камердинера, и я почувствовал вину. – Извини. Я вчера не выспался.

Он кивает. – Я могу пригласить доктора Эванстона, если хотите, Ваше Высочество, - говорит он.

–

Нет, - быстро отвечаю я. Слишком быстро. – Это ерунда. Всё в порядке, я хочу сказать. – Это совсем не так. Я не спал всю неделю, с тех пор, как вернулся из Штатов.

– Как пожелаете, Ваше Высочество, - отвечает он, отступая к двери.

– Бен? – останавливаю я его. – Удалось ли найти утерянный паспорт Мисс Кенсингтон?

– Пока нет, Ваше Высочество, - говорит он. – Но, будьте уверены, я его найду.

Мысль о том, что Белль Кенсингтон будет бродить по дворцу всё лето, выглядела привлекательной, но, если она действительно хочет вернуться в Штаты, она должна.

Интересно, а будет ли она вообще на ужине. Это обычный ужин, в соответствии с повесткой дня, который, в действительности, означает, что необходимо одеть смокинг, а не полноценный вечерний костюм. Для меня, вечерний костюм означает военную форму с полными регалиями. Этот ужин предназначен для объявления помолвки моим двоюродным сёстрам, тётям и дядям; небольшая семейная встреча перед началом более массовых мероприятий.

Я иду по коридору в сторону одного из обеденных залов, неофициального, а не формального, используемого для больших приёмов.

– Альб, подожди, - зовёт меня Алекс, и прежде, чем я успеваю среагировать, она врезается в меня, размахивая руками, и обнимает за плечо.

– Боже, ты заноза в заднице, - шучу я, когда она опирается на меня. – Что делаешь? Идёшь на ужин?

– Да, - говорит она, надув пузырь из жвачки и громко лопнув его возле моего уха. – В любом случае, зачем ты одеваешь эту херню?

– Потому что я ответственный член общества, - отвечаю я, ухмыляясь. – И уважаемый член королевской семьи.

Алекс брезгливо морщит нос, глядя на меня. – Ты никогда не был ответственным, ты лживый обманщик, - говорит она. – Даже не пытайся меня обмануть – я знаю, что армия не изменила тебя настолько. А, если серьёзно, зачем тебе смокинг? Ты не можешь сделать меня единственным мятежником. На кого ты пытаешься произвести впечатление? Оооо.

Я качаю головой, когда её глаза широко раскрываются. – Я никого не пытаюсь впечатлить, - говорю я.

– Девушка, - говорит она, её голос льётся, как песня. – Да, ты. Ты пытаешься произвести на неё впечатление, потому что она, определённо, секси.

Я пожимаю плечами. – Я не заметил.

– Да, точно, - смеётся она. – Ты заметил. Она твоя новая сводная сестра, если ты ещё этого не понял. А это значит, что тебе нужно держать свой член в штанах.

– Надеюсь, что такие выражения я от тебя больше никогда не услышу, - говорю я. – Возможно, ты захочешь одеть что-нибудь ещё, кроме этих джинсов. Может быть, подумаешь о том, чтобы задобрить нашего отца, играя по правилам, на этот раз. Разве ты не собираешься в Монако?