Приметы времени

Ильичев Валерий Аркадьевич

– Значит, влюбленный парень решил так избавиться от соперника? Ладно, но вам придется позже подойти к нам в отдел и дать официальные показания. А мне надо будет изобличить вашего нового знакомого в ложном доносе.

Спускаясь вниз, Корин подумал: «Если это циничная девица говорит правду, то Витька скинул нож здесь в подъезде. Орудие надо найти».

Посветив фонариком сквозь решетку, закрывающую вход в подвал, сыщик заметил на полу блестящее лезвие ножа. Вызвав слесаря, он проник за решетку и изъял орудие преступления.

Вернувшись

в отдел, Корин отдал нож на экспертизу и получил заключение, что на нем имеются отпечатки лишь одного человека. Теперь изобличить Виктора не составляло труда.

Часа через два Тамара появилась в отделе вместе с матерью. Корин сразу предупредил, что хочет привлечь Виктора к ответственности за ложный донос. Но мать студентки резко возразила:

– Нашей семье огласка этой истории не нужна. Это может расстроить свадьбу с Гришей. Такого допустить нельзя.

– Но если его отпустить, то влюбленный Ромео начнет серенады петь под вашим балконом. Вы так просто от него не отвяжетесь.

– Такое возможно. Но вы постарайтесь все уладить по-тихому. Надо заставить его уехать из города. Надеюсь, этой суммы хватит?

Увидев толстую пачку денег, положенных на стол, Корин расчетливо прикинул: «Улаживание семейного конфликта нельзя считать взяткой, тем более я знаю, как этого добиться».

И, положив деньги в карман, сыщик заверил:

– Я сделаю все возможное. Вечером позвоню и сообщу.

Сразу после ухода женщин, Корин направился в больницу к Виктору. Врач подтвердил, что рана нанесена не глубокая, задеты лишь мягкие ткани, и пациента через пару дней отпустят на амбулаторное лечение. И сыщик направился в палату. Увидев его, Виктор скорчил болезненную гримасу и поинтересовался:

– Вы его задержали?

– Нам не пришлось искать черную кошку в темной комнате. Ты сам себя порезал. Нож мы нашли в подвале. На нем отпечатки только твоих пальцев. Тамара обрисовала ваши отношения. Так что говори откровенно и не зли меня, если не хочешь сразу отправиться в тюремную больницу. Учти, твой рассказ записывается.

– Ладно, расскажу, как было. Когда Тамара меня выгнала, я спустился вниз, приставил рукоятку ножа к стене и навалился на лезвие спиной. Все удачно получилось. Нож бросил в подвал и вызвал медиков.

– Ты только скажи мне, чего ты хотел добиться?

– Хотел Тамару вернуть по большой любви. Больно уж она отличается от наших деревенских простушек. Я бы на ней женился.

– Ты себя в зеркало видел? Где ты и где она? Вы же с разных планет. Меня отец учил: руби дерево по себе, не гонись за умной и образованной. Тебе селяночка из родных мест сгодится. А сейчас в колонию поедешь за ложное обвинение человека в тяжком преступлении.

– Послушайте, я совершил ошибку, влюбившись в принцессу. Не губите!

– Я тебе сочувствую, но без суда и следствия такие вопросы единолично решать не могу. Встречу с тобой сегодня будем считать предварительной беседой. Но из сочувствия готов помочь. Если исчезнешь навсегда из города, то объявлять тебя в

розыск не стану. Прими правильное решение.

На следующее утро из больницы сообщили, что Витька Духов срочно выписался по собственному желанию. И Корин с удовлетворением подумал, что никогда больше не увидит этого парня. Но еще долго он ощущал неприятный осадок от сочувствия к деревенскому жителю, наивно возмечтавшему о выгодной женитьбе на образованной и богатой москвичке.

На остановке

Автобуса долго не было, и на остановке скопилось много народа. Ежась от холода, все угрюмо молчали, невольно прислушиваясь к разговору двух старушек в вигоневых платках, но в поношенных дорогих шубах, перешедших в их владение от модных дочерей. Старушки дружно ругали правительство, высокие цены, низкие пенсии, плохих врачей и неблагодарных внуков. Темы были дежурными и особого интереса не вызывали.

Внезапно в беседе произошел резкий поворот, и люди на остановке резко насторожились. Одна из старушек спросила про их бывшую соседку Марию Степановну, и ее подруга запричитала:

– Ой, не говори, беда у нее.

– Неужели, заболела?

– Нет, жива и здорова. А вот с сыном Толей все неладно сложилось.

– Да, ты что, пьет?

– Хуже, даже говорить не хочется.

– Ты уж расскажи, раз начала.

– Был ведь хороший, нормальный парень. Рос у нас с тобой на глазах. Всегда вежливый обходительный. Бывало, идешь из магазина с тяжелой сумкой, подбежит и поможет до лифта донести.

– Да, помню. Давай, не тяни, расскажи что случилось?

– Года три назад устроился работать в полицию. И пошло – поехало.

– Убили или покалечили?

– Нет, в добром здравии. Только за эти годы уже три иномарки приобрел: две себе и одну жене. Сам на одной на работу катается, а на другой по казино разъезжает. А недавно еще новую квартиру купил и съехал из нашего дома в престижный район. Разве от честной жизни такое богатство скопишь?

– Надо же, а какие надежды подавал. Весь дом им любовался. И, на тебе, свернул на скользкий путь. Ну, а что Степановна говорит?

– Я пыталась ее образумить. Так она меня оборвала. Сказала, что достатку их семьи все завидуют. И это не сын у нее плохой, а время ныне такое откровенно корыстное. На том наша многолетняя дружба и закончилась.

– Да, вот уже беда так беда!

В этот момент подошел автобус и остановка опустела. На скамейке лишь остались сидеть две старые женщины, которым никуда не надо было ехать. Они просто коротали время, вспоминая безвозвратно ушедшие годы, когда еще не были смещены понятия морали, и зло никто не считал за добро.

Неудачное сватовство

Анна Николаевна любила устраивать свадьбы своих подруг и сослуживиц. Когда она предложила Галине познакомить ее с одиноким мужчиной Алексеем Ивановичем, та поначалу отказалась. Но Анна Николаевна была настойчива: