Прикосновение Иуды
Шрифт:
— Если не хочешь целовать меня, скажи «нет».
Гаррет был так близко, что Ильза чувствовала его выдохи и выгибалась ему навстречу. У нее напряглись соски, матка сжалась, и между ног стало влажно. Каждое ее нервное окончание молило о продолжении, но она ждала, давая Гаррету время смириться.
— Да или нет, Гаррет? — Ильза облизала губы, сопротивляясь искушению скатиться до мольбы.
После некоторых колебаний он все-таки потянулся к ней и, ухватив под ягодицы, приподнял. Она оказалась с ним грудью к груди, лицом к лицу. Обхватив Гаррета ногами, Ильза попыталась удерживаться
— Да, — одно короткое слово, и Гаррет припал к ее губам.
Соприкосновение опаляло, и когда он вторгся языком в ее рот, она попала во власть нежданного голода. Ильза раздразнила Гаррета и теперь сгорала вместе с ним. Все разумные мысли затуманились и рассыпались, как эритроциты в чаше. Соблазнительный запах окутывал. Вцепившись в волосы Гаррета, Ильза держалась изо всех сил, пока ее тело слабело и плавилось от беспощадного желания.
Глава 14
Мир сошелся клином на женщине в его руках. Каждое восхитительное касание ее языка напоминало удар молнии. Ильза провела ногтями по коже головы Гаррета. И хоть больно не было, но ощущения стали чрезмерными. Он упивался ею, наслаждаясь каждым тихим вздохом и требовательным стоном. Ильза не была нежной или особо застенчивой. Она боролась с Гарретом за контроль, сминала, облизывала и покусывала его губы, пока для него на всем свете не осталось ничего, кроме нее.
Он медленно отпустил Ильзу и, подняв голову, вдохнул. Член натягивал ширинку — твердый, напряженный и угрожавший взорваться. Погладив Ильзу по волосам, Гаррет посмотрел на монитор. В чаше Петри, как и прежде, не было никаких реакций.
Осмелился бы Гаррет поверить, что это возможно? Ильза провела пальцами по его щеке и обрисовала овал лица. Незнакомые ощущения охватили все его тело, вызвав настоящий бунт. Гаррет не мог мыслить здраво, но должен был постараться.
— Я не знаю, справлюсь ли, — с трудом признался он. Прошло слишком много времени с тех пор, как Гаррет к кому-нибудь прикасался, и никто никогда не прикасался к нему.
Ильза склонила голову набок. Веки ее были полуопущены, губы припухли.
«Припухли из-за моих поцелуев», — гордость пересилила неуверенность.
Обычно Ильза собирала волосы в хвост, теперь растрепавшийся, из которого выбилось несколько светлых прядей. Гаррет непроизвольно поднял руки и, стянув завязку, распустил золотистые локоны.
— Нам некуда спешить, но ты вряд ли захочешь ждать, — Ильза потерлась о член в его штанах. Гаррет застонал от мук вперемешку с удовольствием, и она рассмеялась. — Вот оно, возбуждение. Неконтролируемое напряжение, усиленное возможностью реализовать его.
— И часто оно у тебя возникает? — нахмурился Гаррет. Черт, он не имел права сердиться или удивляться. Ильза была невероятно красивой, высокой, фигуристой, умной. В первую же их встречу Гаррет заметил, насколько она прекрасна.
Между ее бровями пролегла морщинка, и уголки губ приподнялись в улыбке.
— Нет, нечасто, — медленно покачала головой Ильза. — На самом деле, я могу пересчитать все свои
Она потерла ладонями его грудь. Неторопливые круговые поглаживания усилили тактильную атаку. Как ни странно, они расслабляли и вместе с тем возбуждали.
— Гаррет, когда ты в последний раз с кем-то был? Только честно.
Гаррет задрожал. Подняв руки, Ильза помассировала натянувшиеся мышцы его шеи. Он шумно выдохнул. У нее была очень мягкая кожа. Как теплый шелк, вот только прикосновение к шелку не вызывало дрожь и не встряхивало нервную систему.
— Я не был ни с кем годами. И ни одна женщина никогда меня не трогала, — его проклятый голос тоже дрожал. — Никто никогда не трогал.
— В таком случае, я дотронусь до каждого дюйма твоего тела. Мы не будем спешить. Мы…
Гаррет завладел губами Ильзы в очередном поцелуе, прервав ее логические рассуждения. Он обожал ее ум, напоминавший кристально чистое озеро посреди зимы. Свежее, ясное и бодрящее. Ильза никогда не отворачивалась от Гаррета. Если он показывал характер, она противостояла ему, сокрушая его ярость практичностью. Когда Ильзу похитило кошмарное животное, Гаррет испугался.
«По-настоящему испугался»
Он бы любил ее, даже если бы не мог до нее дотронуться. Поразившись внезапному откровению, Гаррет отстранился от Ильзы и соприкоснулся с ней лбами. Он любил.
— Я хочу прикоснуться к тебе, — сказал он с беспощадной нуждой. Гаррет хотел не просто прикоснуться к Ильзе. Он хотел гладить ее, ласкать, наблюдать за ней в момент оргазма, только чтобы потом начать сначала.
— Хорошо, — ее улыбка разбивала ему сердце, выворачивала наизнанку душу, сжигала сознание. Она заставляла Гаррета пылать, как нью-йоркскую энергосистему. Никаких колебаний или сомнений. Всматриваясь в глаза Ильзы, он видел лишь доверие.
Вспомнив, что она ранена, он подхватил ее на руки и понес к лестнице, но остановился снова посмотреть на монитор в лаборатории.
По-прежнему никакой реакции.
Черт возьми, их кровь просто не могла не вскипать в одной чаше, потому что Ильза, безусловно, распаляла Гаррета.
— Ты же знаешь, что я могу идти сама, — она расчесала пальцами его волосы. Ему понравилось чувствовать легкое натяжение и блаженное покалывание ее ногтей.
— Ты не должна. Мне нравится носить тебя, — Гаррету и впрямь нравилось. Он наслаждался весом ее тела в своих руках. Ильза была крепкой, но легкой и теплой. Очень, очень теплой. От нее волнами исходил жар. На них было слишком много одежды, чтобы насладиться по-настоящему, но Гаррета все устраивало.
Ильза тихо рассмеялась, привлекая к себе внимание. Он спешно поднимался на второй этаж, радуясь тому, что команда не вернется домой еще несколько часов.
Несколько часов наедине с Ильзой.
Несколько часов без необходимости прерываться на вопросы и неотложные проблемы.
Несколько часов, чтобы утонуть в ней.
Гаррет был счастливчиком.
— Не беги, — прошептала она ему на ухо и когда лизнула мочку, его ум сошел на «нет». Боясь уронить Ильзу, Гаррет сжал ее крепче, но не сумел скрыть дрожь, прошедшую через все его тело.