Прикладной
Шрифт:
Но, как подсказывал опыт, когда не знаешь, с чего начать, действуй по правилам.
– Мне нужно осмотреть город, – доложил я маршалу.
– Чего ради? – въедливо спросил маршал. Не думаю, что он пытался от меня что-то скрыть, скорее просто пытался держать процесс под контролем, как всегда и привык. Пусть даже конкретно этот процесс он не понимал ни на йоту.
– Нужно начертить руны поиска. Если в городе или его окрестностях действительно присутствует малефикар, руны укажут не только на само его присутствие, но и на направление самого явственного магического следа.
– Чегось? –
– Покажут, где его логово, – пояснил я.
Тут я, конечно, всё сильно упрощал. Под «магическим следом» подразумевалась, конечно же, наиболее яркая эманация, оставленная малефикаром. Чаще всего её след, действительно находился именно в логове чудовища, однако не всегда. Он мог остаться и на месте самого мощного выброса нечестивой энергии.
На месте убийства, например.
– Так просто? – удивился маршал. – Нарисовать руны и… и всё? Вот он, злодей?
– Не совсем так. Во-первых, руны имеют ограниченный радиус действия. Чем больше территория поиска, тем менее точным будет результат. Но тут зависимость обратная, чем та же самая территория меньше, тем меньше шансов, что на ней обнаружатся магические следы. Если делать по-хорошему, то необходимо разделить город на квадраты, и чертить руны в каждом из них, а затем экстраполировать полученный результат…
– Экстра… Что?
– Сложить, – пояснил я чуть проще. – В целом, работает это как типичная полицейская облава. Прочёсываем район за районом и ищем, где спрятался преступник.
– Теперь понял, – кивнул головой маршал.
– Но, так как времени у нас в обрез, придётся действовать грубо. И опять же, результат не гарантирован. Потому что есть «во-вторых». А именно – поисковые руны настроены на эманации повышенной силы. Аркана пронизывает весь мир, она в каждом из нас. В заклинаниях магов, в молитвах священников, даже в обычных бытовых ругательствах она присутствует. Уже не говоря об адресных проклятиях к Милитантам Армии. «Катись ты к Баалтулу», – это тоже магия. Проще говоря, если малефикар окажется недостаточной силы, допустим, уровня-терциус или даже квадрус, поиск ничего не даст. Но в вашем случае это даже неплохой результат. Потому что такая тварь особой опасности не представляет, а труп девушки – лишь досадное происшествие, вызванное излишней самоуверенностью малефикара и стечением обстоятельств. Вы вполне сможете продержаться до прибытия моего коллеги.
Он продолжал буравить меня непонимающим взглядом.
– Короче, – вздохнул я. – Поиск может ничего не дать. В таком случае – это хорошая для вас новость, тварь слишком слаба и сильно навредить не может.
– А если покажет?
– А если покажет, то это значит, что у вас проблемы.
– Хорошо, уразумел, – произнёс маршал.
Во время своего длинного монолога я неотрывно смотрел на него. Лысый законник слушал меня внимательно и с интересом, стараясь не упустить ни одной детали. Хотя, откровенно говоря, вряд ли понимал всё до конца. Впрочем, от него этого и не требовалось.
Такая преданность делу мне даже льстила.
– Допустим, найдёте гадёныша, – продолжил законник. – А что потом?
– Зависит от обстоятельств, – пожал я плечами. – Если это какая-то мелкая сошка, то прикончу
– Добро, услышал вас, господин арканолог. От меня что-то нужно?
Я задумался.
– Только одно. Дайте мне кого-нибудь из своих людей. Я в городе впервые, а мне его за сегодня предстоит обойти весь. Как бы не заплутать. Да и на всякий случай, чтобы у остальных ваших подчинённых вопросов не возникало. А то ходит тут, рисует что-то… – я выдавил из себя нервный смешок.
Законник гоготнул в ответ.
– Будет. От него что-то особенно требуется? Грамотность там, руки прямые?..
– Ничего. Он сегодня будет в роли мебели. Стоять и смотреть. Всё работу буду делать я.
– Добро, – кивнул маршал. И тут же зычным басом заорал. – Гаррет!
Через секунду дверь в кабинет законника распахнулась и на пороге возник молодой человек лет двадцати с вихрастой причёской и правильным чертами лица. Знаете, у некоторых есть предубеждения против городской стражи (да и у меня, чего греха таить), что они, мол, все пузатые бездельники, которые могут только штаны просиживать да честных граждан пугать. Гаррет же одним своим видом ломал эти стереотипы. Подтянутый, богатырского телосложения, он явно был способен не только догнать базарного вора, но и вбить его в камень мостовой таким образом, чтобы даже родная мама не узнала. Притом, судя по лицу, он не был необразованным сельским детиной, способным только кулаки чесать. Взглядом цепким, по-настоящему волчьим он уже успел прочесать комнату, заметить меня и оценить ситуацию.
А потому приказ начальства воспринял без всякого удивления.
– Гаррет, до конца дня поступаешь в распоряжение господина арканолога, – сурово сдвинув брови начал инструктировать своего бойца маршал. – В работе ему не мешать, с расспросами не лезть, все приказы исполнять незамедлительно. Если кто-либо из патрульных проявит к господину арканологу особое внимание, ответишь, что он здесь с моего высочайшего дозволения. Если не поверят – разрешаю бить по морде. Всё ясно?
– Так точно, господин главный маршал, будет исполнено! – оглушающе гаркнул Гаррет. – Когда велите приступать?
– Немедленно, – коротко отозвался маршал. – Подожди за дверью, господин арканолог к тебе выйдет.
– Слушаюсь.
Я с интересом поглядел на захлопнувшуюся дверь.
– Сурово тут у вас. Не забалуешь.
– Я офицер бывший, – крякнул законник, довольный похвалой. – Да и парни почти все тоже войну прошли. Что такое дисциплина, прекрасно понимают. От меня ещё что-то требуется, или вы сразу начнёте?
– Сразу начну. Можете возвращаться к своим обязанностям, если я что-то найду – вам обязательно сообщу.