Приговор
Шрифт:
— Почему они думают, что это мошенничество?
— Работодатель подал жалобу вместе с необходимыми бланками. Это четвёртое заявление Келли за тот же учебный год, и она вернулась на работу всего на неделю, прежде чем таинственным образом снова поранилась.
— Свидетели?
— Ни одного.
— Запись с камеры?
— В начальной школе?
— После коллапса, — объяснила она. После разрушения барьера между Царством Смертных и Другими Мирами мир изменился.
— Хорошее замечание. — Папа ухмыльнулся. — Но никаких записей с камеры.
— Доктор? — спросила Рейвен.
— Она ходила в разные клиники по поводу каждой травмы и каждый раз обращалась к разным врачам.
— Кредиты? Долги?
— Майк уже копается в её финансах и проводит проверку. Скоро мы узнаем больше.
Рейвен побарабанила ладонями по внешней стороне бумажного стаканчика.
— Оплачиваемый отпуск?
— Она израсходовала свой оплачиваемый отпуск по болезни, так что теперь она на инвалидности.
— Полная оплата?
— Почти. Девяносто пять процентов. WCBC компенсирует работодателю потерю заработной платы.
— И они не ведут расследование, потому что…? — спросила Рейвен, хотя и подозревала ответ. Обычно каждый раз было одно и то же.
— Завал.
Да, очко в пользу Рейвен.
— Как всегда, — сказал папа.
Рейвен поставила пустую кофейную чашку на стол.
— Ну, мы должны довольно быстро прояснить для них это дело. Всё кажется прямолинейным.
— Ты знаешь, что они говорят о предположении?
Она знала, какого ответа он хотел: Предположи, и ты выставишь нас с тобой идиотами. Вместо этого она спросила:
— Это преднамеренные разочарования?
Папа усмехнулся.
— Я ставлю Майка на наблюдение. Он устанавливает камеру, так что мы будем знать, когда она будет в движении. Если ты не работаешь в закусочной, ты нам понадобишься.
Рейвен кивнула. Обладая способностью превращаться в стаю воронов, она могла незаметно следовать за кем угодно с безопасного расстояния. Мысленно составляя список всего, что ей нужно было сделать для обеих работ, неприятное чувство неловкости скрутило её внутренности. Между этими двумя работами и её сменами в закусочной, как, чёрт возьми, она найдёт время, чтобы изучить тонкое искусство быть крутой, необходимое для того, чтобы принять мантию Королевы Воронов?
Глава 9
Здравомыслие — это уютная ложь.
— Сьюзан Сонтаг
Из открытой двери спальни высунулась рука и обхватила её запястье. Рейвен остановилась и посмотрела вниз на мамины розовые кинжальные ногти, отражающие свет прихожей. Кончики пальцев вдавились в её кожу.
— Пойдём со мной. — Мамин серьёзный тон окутал её с большей силой, чем хватание за запястье. — Сейчас.
— Ладно…
Она последовала за мамой в спальню родителей. Ей скоро нужно было уходить, чтобы посидеть
О нет. Пожалуйста, не показывай мне шкаф. У неё не было никакого желания видеть папин социопатический гардероб из рубашек поло и одинаковых брюк.
Мама остановилась у большой кровати, покрытой серым пуховым одеялом. При мягком освещении спальни металл поблескивал посреди уютной мягкости.
Оооо. Блестящий. Её птички оживились. По крайней мере, Рейвен могла рассчитывать на одну постоянную вещь в своей жизни.
— Что это? — Она подошла ближе, её ноги утопали в плюшевом ковре.
Мама повернулась к ней. Бровь приподнялась, а губы скривились.
— Пистолет.
— Я знаю, что это пистолет, — сказала Рейвен. Sig P226, если быть точной. — Почему у тебя на кровати лежит один из папиных пистолетов?
— Ну, нам вряд ли нужно беспокоиться о том, что малыш наткнётся на это. Кроме того, это твой любимый. Твой отец научил тебя правильно стрелять, и у тебя ограниченная лицензия на оружие. — Она сделала глубокий вдох. — Я думаю, тебе следует носить его с собой.
— Что? Почему?
И святая банши, он был заряжен? Мама старательно следовала протоколу правильного хранения оружия с… с незапамятных времён. Очевидно, теперь правила вылетели в окно. Потребовалось всего лишь несколько пассивно-агрессивных тёмных лордов фейри, которые смутно угрожали её безопасности во время воскресного ужина.
Мамино бедро выпятилось вперёд, выдавая больше осанки, чем следовало бы тому, кто со вкусом одет в осенние цвета и брюки.
— Потому что Тёмный мир теперь знает тебя. Ты не можешь рассчитывать на защиту Коула. Ты не должна. У вас нет официального союза, и он служит своей собственной цели. Кроме того, женщины Кроуфорд стоят сами за себя.
Где-то бабушка Лу ликовала.
— Мама.
— Иные ничего не делают по доброте душевной, Рейрей. — Суровое выражение лица Элизабет смягчилось.
— У меня нет оружия для ношения или даже разрешения на открытое ношение, если уж на то пошло. Ни один гражданский так не делает. Даже папа. Это Канада.
Мама фыркнула.
— Никто не обращал внимания на этот закон после краха. Иные могут умереть от пули, как и редж.
— Мама.
— Возьми это. — Мама подняла пистолет и протянула его Рейвен, рукоятью вперёд. — Это успокоит мой разум.
Рейвен шагнула вперёд и забрала у мамы огнестрельное оружие. Её руки сомкнулись в знакомой прохладной хватке. Оружейное масло и порох щекотали ей нос. Держа палец на спусковом крючке, она направила дуло в угол комнаты и выпустила полный магазин. Мама официально потеряла его.
— Мошонка Одина, мама. Он был заряжен.
— Почему бы ему не быть заряженным? Какая тебе польза от разряженного?
Как только Рейвен извлекла боеприпасы, она осмотрела патронник, проверила путь подачи и осмотрела канал ствола. Пусто.