Президент Фу Манчи

Ромер Сакс

– Готовы? – резко спросил Смит.

– Готовы, шеф.

– Тяните дверь на себя. Теперь, Кэрриган, нужно втащить мачту внутрь… Теперь отпускайте потихоньку дверь, – задыхаясь, скомандовал Найланд Смит. – Но постарайтесь, чтобы она не закрылась окончательно.

Приведенная в движение мощной пружиной, дверь начала закрываться, таща за собой двух мужчин, – и одновременно с этим вторая дверь медленно, дюйм за дюймом, стала подниматься вверх.

– Больше не можем держать, капитан, – с трудом проговорил наконец один из полицейских. – Сейчас пальцы

отдавит.

– Отпускайте, – скомандовал Смит.

Дверь захлопнулась с легким лязгом, и Найланд Смит направил луч фонарика вверх.

Шлюзный затвор высовывался на два дюйма из прорези в потолке тоннеля.

Точный механизм действия хитроумного устройства оставался не совсем ясным. И укрыться в каменном коридоре вошедшим было негде.

– Я понял вашу мысль, – сказал Кэрриган. – Но у нас нет шансов уцелеть, если мы не откроем огонь.

– Без приказа не стрелять.

– Думаю, они все равно раскусят этот номер с дверями, – заметил один из полицейских.

– Когда они сунутся на док, Азиат встретит их должным образом, – ответил Кэрриган. – Приготовьте оружие, ребята. Как только эта дверь откроется – набрасывайтесь на них.

Наступила тишина, нарушаемая лишь плеском реки, доносившимся сквозь узкую щель заклиненной двери.

– Надо проверить еще одну вещь, шеф, – сказал Кэрриган. – А вдруг механизм не работает, когда дверь не плотно закрыта? Потяните ее, ребята… осторожно… просто посмотрим, все ли в порядке.

– Сэр, все в порядке, она открывается.

– Тогда стойте там, – приказал Найланд Смит, – и тяните на себя, если почувствуете толчок.

Спрятавшийся на верхнем доке Азиат увидел маленький моторный катер, который тихо шел вниз по течению, то выплывая на свет, то пропадая в густой тени. Один из двух китайцев стоял на носу суденышка, пристально вглядываясь вперед; второй управлял катером. На корме виднелась смутная человеческая фигура. Над водой плыл туман.

В свете прожекторов проплывающего мимо парохода стало видно, что человек на корме одет в черный непромокаемый плащ и клеенчатую зюйдвестку, козырек которой полностью скрывал его лицо. Точно так же были одеты остальные пассажиры катера.

Укрывшийся на доке отряд затаив дыхание наблюдал, как маленькое судно покачнулось на маслянисто поблескивающих волнах, свернуло в узкий канал – невидимый с середины реки – и остановилось возле ведущего на пристань трапа. Стоящий на носу катера человек схватился одной рукой за железный поручень, а вторую протянул пассажиру. Шум мотора стих, и все огни на суше погасли.

Осторожно ступая, пассажир прошел к трапу и с помощью матроса поднялся по нему. На пристани они шепотом обменялись несколькими фразами – не слышными для притаившихся наверху людей. Но Азиат, наблюдавший за предыдущей высадкой в бинокль, предположил, что возглавляет группу китаец, который стоял на носу катера…

В темном тоннеле четверо мужчин напряженно ждали. До слуха их донесся слабый скрип деревянных ступенек.

– Станьте к двери, – прошептал Кэрриган. – И хватайте их.

Дверь

открылась – неизвестно, приведенная ли в движение потайным механизмом или усилиями двух стоящих за ней мужчин.

– Руки вверх! – резко скомандовал Найланд Смит.

Он направил луч фонарика прямо в лицо впереди идущего человека.

Но даже в этих чрезвычайных обстоятельствах на бесстрастном монгольском лице не отразилось ровным счетом ничего. Человек поднял руки. Его спутник в блестящем черном плаще тоже.

Снаружи донесся приглушенный крик, шум бегущих ног и громкий всплеск воды.

– Ловите его! – раздался крик Азиата. – Он спрыгнул с катера!

Послышались ответные крики и топот многих ног по деревянному настилу.

– Обыщите задержанного, Вейгуд, – приказал Кэрриган. – А вы – обыщите китайца.

Человек по имени Вейгуд грубо сдернул зюйдвестку с головы пассажира катера и сорвал с него плащ, в то время как второй полицейский принялся обыскивать неподвижно стоящего китайца.

Найланд Смит пристально вгляделся в открытое теперь для обозрения лицо задержанного – и осознал ужасный факт. Счастливый случай, столь редко приходящий Найланду Смиту на помощь, помог ему выбрать для нападения на штаб доктора Фу Манчи ночь, когда проходило собрание самых влиятельных членов тайной организации.

Он думал увидеть перед собой суровые черты генерала Ли By Чанга – но его ожидало разочарование.

Найланд Смит увидел лицо восточного типа, но характерное скорее для жителя Ближнего, а не Дальнего Востока: гордое, оливкового цвета, с горящими черными глазами и надменным ртом. Но это было совершенно незнакомое лицо.

У китайца изъяли пистолет и устрашающего вида нож. Спутник его оружия при себе не имел, и – странное дело! – под плащом на нем оказалась черная сутана с капюшоном!

В дверь ворвался Азиат и доложил:

– Мы упустили второго китайца. Он плавает, как акула. Должно быть, очень долго плыл под водой, прежде чем вынырнул. Во всяком случае его и след простыл. А с моря надвигается туман.

– Плохо дело, – резко сказал Смит. – Однако продолжайте наблюдать за рекой. – Он повернулся к Кэрригану и приказал: – Выведите китайца на пристань. Я хочу задать его спутнику несколько вопросов.

Через несколько мгновений Найланд Смит стоял перед величественным пленником, чье лицо было освещено фонарем Кэрригана.

– Вам знаком тот китаец, Кэрриган?

– Нет. Но его легко узнает Финней с Мотт-стрит. Он знает всех китайцев в городе.

Смит устремил пронзительный взгляд на египтянина (он уже определил национальность задержанного).

– Ваше имя?

– Какое вы имеете право задавать мне вопросы?

Человек на удивление хорошо владел собой и говорил на безукоризненном английском свободно и грамотно.

– Я правительственный агент. Ваше имя?

– Судя по вашему обращению с моим китайским знакомым, молчанием я не добьюсь ничего, кроме рукоприкладства, – ответил египтянин. – Меня зовут Ахмед Фаюм. Вы желаете взглянуть на мой паспорт?