Превыше соблазна
Шрифт:
В комнате стояла полная тишина. Слышалось лишь тяжелое дыхание Элинор. Потом Ричард закончил читать молитву и взял вторую руку Элинор в тепло своих ладоней. Как будто в ответ на это движение глаза женщины приоткрылись, она слегка повернула голову к мужу, и на ее бледных губах появилась слабая улыбка узнавания.
Ричард замер и перестал дышать.
– Элинор? – тихонько позвал он.
Сердце Мег сжалось. Этот вопрос был наполнен отзвуками отчаяния и надежды.
– Да, Ричард, – ответила Элла и снова тяжело задышала, как будто эти
– Я… я хочу… чтобы ты знал… – запинаясь, продолжала она хриплым голосом. – Я не хотела этого. Не хотела, чтобы ты… – Окончить она не сумела из-за нового приступа кашля.
Закусив губу, чтобы не расплакаться, Мег склонилась над ней, помогая Ричарду держать голову и плечи жены, чтобы хоть как-то облегчить ее страдания.
Наконец приступ кончился. Элинор попыталась вздохнуть. Ничего не получилось. Она хватала губами воздух, но не могла втянуть его внутрь. Мег и Ричард в бессильном ужасе смотрели на эти муки.
Элинор мотала головой из стороны в сторону, дугой выгибала спину, потом плотно зажмурила глаза, из которых покатились крохотные слезинки. Прошло еще несколько мучительных мгновений, губы Элинор посинели, щеки как будто провалились. Мег в отчаянии терла спину Элинор, пытаясь заставить ее дышать и бормоча:
– О Господи, Ричард, что же нам делать? Что можно сделать?
– Не знаю, – отвечал он глухим голосом, в котором звучал надлом от зрелища этих страданий.
Наконец спазм прошел. Тело Элинор расслабилось, она смогла вдохнуть воздух. Сейчас она лежала очень спокойно, дышала часто и неглубоко. Когда она снова открыла глаза, то сначала посмотрела на Мег, потом на Ричарда и произнесла хриплым шепотом:
– Ты должен знать… не ты виноват… не ты…
– Все хорошо, милая. Тебе нельзя говорить, – мягко сказал Ричард. – Надо беречь силы.
Элинор слабо покачала головой, но замолчала, как он ей велел. Мег видела, как она сглотнула, раз, второй… потом вдруг напряглась, распрямилась и часто-часто задышала. Лицо ее вдруг, словно в неведомом ожидании, осветилось странным светом.
– Изабелла, – прошептала она.
Ричард замер на месте, Элинор с такой силой сжала его руку, что у нее побелели косточки на запястье. Казалось, она хочет привлечь его внимание, но ее взгляд оставался неподвижен. Вдруг на лице женщины появилась улыбка чистой радости, а из уголков глаз заструились прозрачные слезы.
– Это Изабелла! – глухо от слабости вскрикнула она. – Ты видишь ее? Ангелы небесные! Ну, скажи же, Ричард, ты видишь ее? Смотри, смотри! Ты должен посмотреть!
Ричард покачнулся, как будто его ударили. Мег видела, как он напряжен, как старается не потерять самообладания. Пытаясь выполнить непонятную просьбу жены, он медленно повернул голову туда, куда она неподвижно смотрела. В его глазах блестели слезы, ему
– Да, Элинор, я вижу, – давясь слезами, выговорил он. – Вижу.
В спальне стало тихо, только из угла доносились сдерживаемые рыдания Агнес. Слова Ричарда успокоили Элинор, она сделала еще несколько частых вздохов.
– Изабелла, – негромко и почти неразборчиво позвано она еще раз.
Ее грудь вздымалась все реже, вздохи становились совсем слабыми. На измученном лице появилось выражение покоя. Голова и плечи отяжелели, она без сил откинулась на руки Ричарда и Мег. Глаза моргнули, на губах опять появилась мягкая улыбка, она чуть слышно пробормотала:
– Милая Изабелла…
Элинор вздохнула в последний раз, пальцы, вцепившиеся в руки Ричарда и Мег, ослабли, и она замерла.
Из глаз Мег тотчас хлынули слезы, она смотрела на кузину и чувствовала тяжелое, неизбывное горе.
– Вот, Элла, ты и отмучилась, – прошептала Мег, с трудом проталкивая слова сквозь стиснутое спазмом горло.
– Отмучилась, – смиренно повторил Ричард, перекрестил жену, осторожно опустил ее голову на подушку, сложил ей руки и прикрыл глаза. – Упокой, Господи, ее душу с миром.
Мег с трудом поднялась на ноги и отступила на несколько шагов. Горе навалилось на нее неподъемным грузом. Она не могла больше сдерживаться. Комната вдруг закружилась перед глазами. Агнес, Хью, Ричард – все с тревогой смотрели на нее, но Мег была не в силах произнести ни слова. Раскачиваясь из стороны в сторону, она шагнула к дверям, окунулась в темноту коридора, а потом побежала.
Мег сама не знала, куда бежала, знала лишь, что хочет спрятаться от всех, забиться в убежище, где сможет найти хоть бы малую толику покоя, где в тишине умрут воспоминания и отдохнет израненная душа.
Глава 6
Стиснув зубы, Ричард шел к часовне на краю деревни. Когда над телом Элинор были прочитаны все необходимые молитвы и начались приготовления к похоронам, он решил отыскать Мег, но это ему не удалось. Девушка словно исчезла.
Сам себе он объяснял, что поиски хотя бы немного развеют тоску, и, конечно, не признавался в отчаянном желании быть рядом с Мег. Нет-нет, Ричард считал, что, двигаясь, он сумеет отвлечься от мрачных мыслей, порожденных не только смертью Элинор, но и всем тем, что не сбылось и скорее всего никогда не сбудется.
Последние дни показались ему дорогой в ад. Попытка Элинор на смертном одре освободить его от неизбывного чувства греха явилась нежданным благословением, но все же не смогла разрушить тот панцирь из вины, раскаяния и упреков, за которым он годами прятал свое сердце. Ричард сам себя не простил, и в этом все дело. Вернувшись в Хоксли, увидев, как страдает Элинор, он как будто разбередил старые раны.
Сморщившись от душевной боли, он тряхнул головой, прогоняя мучительные образы. Надо отыскать Мег.