Превентивный удар
Шрифт:
– Хватит, – упавшим голосом пробормотал Каныгин. – Достаточно. Вы даете мне понять, что, если я расскажу о нашем разговоре в органах, они пострадают.
– Не совсем так. Вернее, только наполовину. В случае, если вы откажетесь от предложения, но не станете афишировать факт нашей беседы, их не тронут, но вы погибнете.
– Я должен подумать, – стол и лицо Гормана уплыли вниз. Профессор поднялся.
Антон взял в руки станцию:
– Дрон, встречайте клиента.
– Понял.
Он перевел взгляд на Данилу.
Сняв с себя
– Что и следовало ожидать.
– Ты говорил, что узнаешь, кто стоит за этой организацией, – напомнил ему Филиппов, кладя свои головные телефоны на небольшой столик.
– Один из крупных политиков и бизнесменов Латвии, – покосившись на сидевшего за пультом справа от него офицера, вздохнул Линев.
– И все? – Антон, не сводя глаз с Данилы, ослабил галстук.
– Ливиец по происхождению и гражданин Англии – соучредитель.
– Я так и знал, – Антону почему-то стало легче. До этого его одолевали сомнения в правильности своих предположений, и он очень не хотел верить, что террористы работают на американские спецслужбы.
Теперь все более-менее приобретало ясность. Ненавидевший Россию прибалтийский олигарх и религиозный фанатик из Эмиратов. Вполне нормальный тандем.
– Я уверен, что есть еще кто-то, – Антон отодвинул занавеску и выглянул в образовавшуюся щель на улицу.
Мокрый снег сменился дождем.
– Думаешь, без наших олигархов не обошлось?
– Это как водится, – подтвердил Антон.
– Кстати, ты был прав насчет того деда из Светлого, – неожиданно сменил тему Линев. – Есть у него племянник.
– Неужели нашли? – оживился Антон.
– И потеряли, – Линев пощупал лоб. – Все, кто участвовал в попытке похищения Полынцева, убиты, включая девушку. Ею оказалась Григорьева Елизавета Максимовна, а родственник деда – гражданин Лазарев Сергей Аркадьевич, известный в криминальных кругах под кличкой Серый. Разбои, грабежи, киднеппинг. Заправлял этой бандой Пеплов. Их обнаружили на квартире у Григорьевой. Застрелены из пистолета. Сопротивления оказать не успели. Следов, свидетелей, – он вздохнул и с тоской посмотрел на часы, – нет.
– И что?
– Есть версия, что на «Инвест» работает бригада киллеров. Все остальные – случайные люди, нанятые за деньги. В случае прокола их ликвидируют.
– Ликвидаторы, – протянул Антон, – да еще бригада… Это серьезно.
Данила встал, склонив голову, чтобы не стукнуться о потолок, поправил шарф:
– Сейчас я напишу рапорт на имя своего шефа. Будем работать по старой схеме.
– Ты имеешь в виду объединенный штаб?
– Да, – кивнул Данила и, просунув руку в окошко между салоном и кабиной водителя, тронул дремавшего за рулем мужчину за плечо: – Поехали. Через пару кварталов мы выйдем.
– Нурпаши! – окликнул бесшумно вошедший в комнату Сиражеддин.
– Да, – встрепенулся Аджимуратов,
Помощник выглядел удрученно.
– Там Акутин, – чеченец показал рукой на двери. – Разговор есть серьезный.
– Это он решил или ты? – усмехнулся Нурпаши, глядя на переминающегося в коридоре химика. – Вспомнил новую формулу? Или домой захотел?
– Поляк задумал побег, – заговорщическим шепотом проговорил Акутин и, не обращая внимания на иронию в голосе террориста, бесцеремонно прошел в комнату. – У него уже готова взрывчатка. Он хочет выпустить газ, а потом взорвать двери. У вас нет противогазов.
– Забавно, – задумчиво протянул Нурпаши. – А зачем ты его заложил?
– Как зачем? – Акутин обиженно надул губы и захлопал глазами. – Я с вами!
– Странно, – поднимаясь из кресла, протянул чеченец.
Сняв со спинки пиджак, он надел его и подошел к химику.
– За это я прошу только человеческого отношения к себе, – догадавшись, о чем подумал чеченец, пояснил Акутин.
– Хорошо, – немного подумав, Нурпаши перевел взгляд на Сиражеддина. – Передай Аслану – материал нужен немедленно.
– Что ты задумал? – чеченец насторожился.
– Сегодня проверим газ, – Нурпаши присел на подлокотник кресла и пристально посмотрел на предателя. – Ты один сможешь делать зарин?
– Без проблем, – подтвердил Акутин.
Спустя час старенький, поскрипывающий на ухабах «Баркас», сошедший с конвейера еще во времена существования ГДР, выехал на небольшую поляну, окруженную давно потерявшими листву деревьями. Следом за ним выкатился джип Нурпаши.
Вечерело. Моросил мелкий и нудный дождь, иногда сменяющийся снегом. Пожухлая трава под ногами шуршала, словно мокрая бумага.
Из джипа вышли Нурпаши и Акутин. Оглядев окрестности, они направились к древним руинам какого-то каменного сооружения, смотревшего на окружающий мир чернотой оконных проемов. Едва не поскользнувшись на обломках черепицы, Нурпаши вошел внутрь. Просторная комната когда-то служила гостиной. Вдоль стен сохранился пол. Края оборванных досок были обгоревшими. Они нависали над огромной ямой. Крыши не было.
Удовлетворенный осмотром, Нурпаши вернулся на улицу и махнул рукой Сиражеддину, топтавшемуся возле микроавтобуса.
– Подвози козлов!
Сидевший за рулем рыжеволосый чеченец, не дожидаясь команды Сиражеддина, завел двигатель и тронул машину. Подъехав почти к самому входу, он вышел наружу и открыл боковую дверь:
– Добро пожаловать, пан!
Изнутри раздался лишь всхлип и возня, словно кто-то прятался в самый дальний угол салона.
Сиражеддин забрался в салон и через минуту выволок оттуда Владзимежа. Руки поляка были связаны за спиной. Рот заклеен скотчем. Следом появился щуплый паренек со слегка вьющимися черными волосами. Лицо его было в синяках и ссадинах. Он испуганно озирался по сторонам, напоминая затравленного зверька.