Претендент
Шрифт:
— Куда ехать, сэр? — во второй раз переспросил тот.
Генрих наклонился вперёд:
— В казино «Ночная звезда» и не спешите, я хочу насладиться видами города.
Соперник Скиннера откинулся на спинку сиденья, отделанного кожей редко встречающейся горной ящерицы, лёгким нажатием кнопки поднял пуле и звуконепроницаемую перегородку из матового стекла. На самом деле его не привлекали местные красоты, хотелось побыть наедине с собой, а в автомобилях — он давно это заметил — ему думалось намного лучше.
«Что я знаю
Неожиданно раздался визг тормозов, машина качнула носом и резко остановилась. Генрих по инерции полетел вперёд, но успел среагировать и врезался в стеклянную преграду руками, а не головой.
Вернувшись на место, вдавил пальцем кнопку. Матовая перегородка с лёгким жужжанием опустилась, открывая его взору перепуганное лицо водителя.
— Что это было? — грозно спросил Генрих.
— Чёрная кошка, сэр! На моей планете встретиться с этой бестией — дурная примета. Если она перебежит дорогу — жди беды. Я поеду другим маршрутом, сэр, так будет дольше, зато надёжнее.
Генрих вздохнул, с трудом удержавшись от желания покрутить пальцем у виска. Перегородка медленно полезла к потолку.
— Ещё раз подобное выкинешь — уволю! — сказал он перед тем, как стекло встало на место.
До самого казино Генрих больше не возвращался к мыслям о полковнике, он просто смотрел в окно и в каждой красивой девушке видел Брунгильду. Нереализованная страсть давно требовала выхода, но сам он не решался открыть чувства секретарше, а та или делала вид, что не догадывается или на самом деле не знала о терзавших начальника любовных муках.
Шурша колёсами по ровному асфальту, лимузин плавно подкатился к светящемуся разноцветными огнями казино. Швейцар в сверкавшей фальшивым золотом форме соскочил с крыльца, открыл дверь машины и низко поклонился.
— Добро пожаловать в «Ночную звезду», сэр.
Йодли покинул автомобиль, перед этим веля водителю ждать на стоянке, и поднялся на крыльцо, покрытое особыми квадратами из сверхпрочного стекла. К моменту как он добрался до входа, возле которого уже стоял проворный швейцар, за ним тянулась цепочка из светящихся четырехугольников, образуя подобие почётной дорожки.
Казино встретило его блеском, великолепием и гулом множества голосов. Женщины в вечерних нарядах под ручку прогуливались с кавалерами в смокингах, в руках у некоторых дам дымились сигареты, другие потягивали шампанское из тонких бокалов. За столами зелёного сукна сидели игроки,
По залу сновали безупречно одетые официанты с подносами в руках, каждый специализировался на определённых напитках. Генрих дождался того, что разносил мартини, взял бокал с плавающей в нём оливкой на шпажке, пригубил, высматривая полковника среди гостей.
Неожиданно его окликнули. Он оглянулся и увидел спешившего к нему человека с лошадиными чертами лица и набриолиненными, зачёсанными назад волосами. За ним деревянной походкой шёл мужчина в чёрном, застёгнутом на все пуговицы, смокинге.
— Генрих, какая встреча! Как я рад тебя видеть! Где ты пропадал столько времени? — шумно заговорил старый знакомый Йодли, схватил его за руку и сильно затряс, словно хотел вырвать из сустава.
— Добрый вечер, Остин, — улыбнулся Генрих и перевёл взгляд на его соседа. — Ты нас представишь друг другу?
— Ах да, конечно. Знакомься, Генрих, это Дин Бэйли. Дин, это Генрих Йодли, прекрасный человек скажу я тебе, президент «Фарм Гэлакси» и будущий председатель ВКС. Генрих — Дин полковник и занимает пост директора АГБ. Бо-ольшая шишка в нашем городе, — Остин захихикал, прикрывая рот узкой ладонью.
«Вот я тебя и нашёл», — подумал Йодли, расплываясь в вежливой улыбке. На фотографии, которую он выискал в Сети, полковник выглядел намного моложе и был в форме. Если бы Остин не представил их друг другу, Генрих вряд ли принял Бэйли за того человека, которого выискивал среди гостей казино.
— Я же просил никому не называть мою должность, — вполголоса рявкнул на весельчака помрачневший полковник.
Остин повернулся к нему, вытянул губы трубочкой и засюсюкал:
— Ты сегодня не в духе, проигрался в пух и прах вот и ворчишь, а так даже мухи не обидишь. Да, Пуся?
Бэйли помрачнел ещё сильнее, в другое время он бы высказал всё, что думает об Остине, но сейчас он нуждался в его помощи. Поручительство одного из богатейших людей города могло помочь ему выхлопотать отсрочку.
— Милейшей души человек, — прошептал словоохотливый Остин, наклонившись к самому уху Генриха. — О! Крупье объявил о новом круге игры в рулетку. Я вас покидаю, господа, хочу сегодня обыграть казино. Счастливо оставаться.
Остин махнул рукой на прощанье и направился к рулеточному столу. Полковник шагнул за ним, но тут же заставил себя остановиться. Вернётся, никуда не денется, надо подождать. А этот чего пялится во все глаза, руку тянет, что ему нужно?