Препод 2
Шрифт:
— Ну… — парень, переборов брезгливость, сощурился, — из того что на поверхности, это человек, мужчина, причем достаточно молодой. И он был раздет перед смертью.
— Неплохо, — кивнул я, — первым делом мы устанавливаем внешние признаки объекта. Нагота трупа, остатки мужских половых органов, строение тела и отсутствие растительности на лице, позволяют достаточно точно установить видовую принадлежность. Итак, Авсан, записывай, — это мужчина, в возрасте от пятнадцати до двадцати лет, человек.
Парень, дёрнулся, с некоторым трудом отводя
Специальной одежды для работы с трупами я не нашел, поэтому просто реквизировал из столовки несколько поварских фартуков, воспользовавшись отсутствием поваров.
— Профессор, нам придётся его резать? — сглотнув, спросил Тар.
— Зачем? Мы же не лекари какие. Нет, ножи нам не нужны, му будем работать исключительно магией.
— Фух! — не скрывая облегчения, выдохнул тот.
— Но это не означает, что работа будет менее грязной, — предупредил я, — возможно нам придётся покопаться внутри…
Тут Маршуш не выдержал и побежал блевать в угол.
— Образно говоря, — закончил я свою мысль, глядя на согнувшегося пополам парня. — Ничего, привыкните.
— Профессор, — спросил Тар, стараясь не смотреть на издающего не слишком приятные звуки товарища, — а вам самому не противно?
— Противно конечно, — кивнул я, — но наука требует жертв.
— Не в смысле, что прям жертв, — тут же спохватился я, увидев излишнюю бледность на лицах студентов, — это просто выражение такое. Просто мы должны быть готовы приложить какие-то усилия, для получения результата, пожертвовав своим временем, своим чувством брезгливости, вот как сейчас, — показал я на останки на столе.
— Всё требует свою цену, ничего не даётся бесплатно.
Настроив таким образом студентов на рабочий лад, я навис над трупом, определяясь, с чего начать. Момент был достаточно волнительный, насколько я помнил, подобной магической экспертизой не занимался никто и нигде на Яоле. По крайней мере, в открытом доступе подобных методик я не видел. Что-то, возможно, было до Катаклизма, чем-то владела инквизиция и высшие маги, если верить Калистратису. Но гражданской службы подобного плана не было точно. И сейчас, возможно, я стоял у истоков новой методики, нового направления магической науки, какой-нибудь суд-маг экспертизы.
Парни, конечно, не чувствовали всей эпохальности события, но это пока. Со временем поймут.
— В первую очередь, — произнёс я, — внимательно изучим само некротическое свечение. Бари, говори, что ты видишь?
Тот, как и я, произнёс заклинание некрозрения, и стал медленно двигаться вдоль стола.
Я внимательно наблюдал за ним и то, что я видел, мне нравилось. Он не пытался подойти к вопросу формально, тяп-ляп, быстрей-быстрей. Нет, он действительно внимательно изучал, силясь увидеть какие-то нюансы, особенности испускаемого трупом свечения.
— Вижу очаг большей плотности, — сообщил меж
— Где? — тут же переспросил я.
— Внутри тела, под нижними рёбрами.
— В районе солнечного сплетения? — подсказал я и парень тут же кивнул:
— Да, профессор, там.
— Итак, — я посмотрел на остальных, — кто-нибудь может мне сообщить, что это означает? Какой вывод мы можем сделать из этого наблюдения?
Наступила тишина и я уже было хотел сообщить догадку сам, как Маршуш, стоявший у стены и не горевший желанием возвратиться к столу, отдышавшись, хрипло произнёс:
— Обычно в районе солнечного сплетения находится источник магической силы мага.
— Верно, — улыбнулся я, — значит мы можем сделать обоснованный вывод, что перед нами маг, но не просто маг а… кто?
— Некромант, — буркнул Бари.
— Правильно. Авсан, запиши, — уплотнение в грудине совпадает с местоположением источника магии, поэтому, предположительно, объект был одарённым магии смерти.
— По всей видимости, — поделился я наблюдением, — магия смерти отличается от других видов магии и требует специфический источник, но, это надо проверить, и сравнить как сохраняется аура источника магии у обычного мага после его смерти. Это вам будет задание на дом.
— И как его сделать? — посмотрел на меня Тар.
— Ещё раз сходите с Бари на кладбище и просканируете могилы, только в этот раз обычным магическим зрением, — ответил я как само собой разумеющееся, — только не слишком поздно, и не слишком явно. Не стоит плодить дикие слухи. А если спросят, скажете, что ищите могилу давнего родственника.
— Да, кстати, помимо некрозрения, магическим зрением кто-то труп осматривал?
Все дружно замотали головами.
— Так чего ждёте? — усмехнулся я, — приступайте и доложите, что увидели.
Спустя полминуты, последовало четыре ожидаемо коротких ответа, — Ничего.
— Именно, — кивнул я, — он совершенно не светиться в обычном диапазоне. Но, здесь могут быть равно вероятны два вывода, либо аура обычной магии быстрее развеивается и остаётся только некротический фон, либо некромантия это совсем иной вид магии и некроманты обладают исключительно даром к магии смерти, из-за чего не могут творить обычное колдовство. Но из этого вытекает и обратное утверждение, что обычному магу напрямую с магией смерти также взаимодействовать будет невозможно.
Увидев, что народ слегка загрузился и озадачился, я произнёс:
— Авсан, запиши, — проверить теорию о невозможности сочетания дара к обычной магии и магии смерти. Однако, надо постараться определить как давно объект был убит. Но как раз, пока я займусь выяснением этого вопроса, вы решите ваше домашнее задание. Бари, ты старший. Постарайся найти и описать состояние магического фона у умерших полгода, год, два, пять и десять лет назад. Это минимально необходимая выборка. Можешь сделать больше замеров, но в рамках десятилетнего интервала. Старше не нужно.