Препод 2
Шрифт:
— Да не за что, — потупившись, ответил ей.
— Есть, есть за что, — ответила та, — хоть ты и заноза в заднице, Вольдемар, но чтобы мы без тебя делали, не представляю.
«Жили бы куда спокойней», — мелькнула мысль, которую я тут же постарался отогнать.
В конце концов, всё хорошо, что хорошо кончается.
Эпилог
Лежа в своей кровати,
— А вот и я.
Убийца Протектората, моя телохранительница и одновременно надсмотрщица, чью личность я так и не мог никак раскрыть, вновь пришла по мою душу.
— Вроде полгода ещё не прошло, — осторожно заметил я, стараясь не шевелиться, а мысли в голове заметались суматошно.
«Неужели поступил приказ увезти меня раньше? Или, быть может, они о чём-то догадались? А может это лич их так всполошил?»
Но, жарко дыхнув мне в ухо, та ответила:
— Со всем уважением глава Протектората передаёт, что тот, кто может вызвать лича, а затем его уничтожить, волен заниматься своими исследованиями где захочет, столько, сколько ему будет угодно. А когда он решит посетить Протекторат, то будет встречен с самыми королевскими почестями.
— То есть, — переспросил я, всё ещё не до конца веря своему счастью, — мы никуда не едем?
— Только тогда, когда захочешь ты сам.
— А ты?
— А я, — она лизнула моё ухо, — остаюсь с тобой, как твой верный телохранитель. Что бы ни единый волос не упал с твоей головы, мой господин.
Ночь давно наступила, поэтому, обернувшись, в неверном свете луны я смог разглядеть лишь женский силуэт. А коснувшись его руками, понял, что на нём совсем нет одежды.
— Призвать лича, а затем призвать бога, чтобы получить от него божественное здоровье и меч полный божественной силы, и не выдать в себе некроманта, — прошептала незнакомка, оседлав меня сверху, — ты действительно великий маг.
А затем, она припала ко мне в жарком поцелуе.
Проснувшись утром, я вспомнил всё, что происходило ночью. Сейчас это казалось сном, потому что было чем-то нереальным. Но вот я лежу в кровати, а на плече ощущается тяжесть женской
— Ясула?! — с неподдельным удивлением произнёс я.
Передо мной, ничуть не смущаясь наготы, сидела мать Авсана и жена купца Русавра, подозревавшего жену в измене со мной. И вот теперь его подозрения обрели твёрдую почву.
— Удивлён? — та принялась убирать разметавшиеся за ночь волосы.
Достав откуда-то резинку, стянула их в хвост.
— Честно говоря, да. Ты всегда выглядела такой примерной женой и матерью, хозяйкой домашнего очага.
— Приятно, что ты оценил, — улыбнулась Ясула, — легенда прикрытия, это то, к чему надо подходить с наибольшей тщательностью. За двадцать лет здесь никто меня не заподозрил.
— И что теперь? — спросил я, пытаясь понять, чем мне всё это грозит.
— Ничего, — ответила та, — теперь ты знаешь, кто я и мне легче будет тебя защищать.
— А как же муж?
— А мужа нет.
— Как нет? — опешил я.
Женщина вздохнула, но не недовольно, а скорее со скукой.
— Этот дурак так и не бросил идею тебе отомстить и нанял убийц. Мне пришлось их уничтожить. Всех.
— И тебе не жалко было? — осторожно уточнил я.
— Кого, его? — удивлённо приподняла она бровь, — нет. Ты думаешь, я любила его? Он был просто удобен для легенды. Не мешался под ногами, по долгу отсутствовал, не лез в мои дела, до последнего момента. Но теперь так даже лучше.
Признаться, такая циничная прагматичность была для меня внове, вот так легко убить того с кем прожила двадцать лет. Впрочем, чего ещё ждать от профессионального убийцы.
— И всё таки, это как-то… — не смог промолчать я.
— Он хотел тебя убить, — тихо произнесла она.
Приблизившись, коснулась ладонью моей щеки.
— И не оставил бы этих попыток, пока не добился своего. Я не могла этого позволить.
— Потому, что я важен Протекторату? — попытался хмыкнуть я.
— Не только, потому, что ты важен мне.
А затем она, обхватив за шею, снова со страстью принялась меня целовать.